Полночная звезда - Кэтрин Коултер

— Вы ведете себя по-свински, — тихо выдохнула она, почувствовав под ногами твердую почву.

— Вот теперь намного лучше, — обрадовался Делани. — Когда вы сердитесь, то теряете свой дар красноречия.

— Но, заметьте, я вполне искренна! Я начинаю думать, что вы не способны ни на что, кроме пошлых шуток.

— Чонси, снова наскакиваете на меня? Перед вами самый обыкновенный человек, который стремится скрасить ваше одиночество во время ужина.

— Вы чертовски скользкий и беспринципный человек!

— Возможно, но зато еда — одна из немногих настоящих радостей жизни.

Чонсй пристально посмотрела на Делани.

— У вас шрам на нижней губе, — отрывисто произнесла она.

— Это след от топора, который вручил мне отец на Рождество, когда мне было всего восемь лет. У меня есть и другие шрамы, но в более интересных местах.

— Вы, очевидно, очень гордитесь своей храбростью, доказательством которой являются эти шрамы?

— Я это сказал только для того, чтобы вызвать у вас восхищение и немного смягчить ваше отношение ко мне.

«Не хочу быть мягкой с тобой!» — хотелось закричать ей, но вместо этого она демонстративно зевнула и равнодушно спросила:

— Понравилась прогулка с мисс Стивенсон? Его левая бровь мгновенно взлетела вверх.

— Не странно ли, что я догадался о причине вашего недовольства?

— И вы думаете, что я ревную вас? — «Получи, негодяй», — злорадно подумала она, удовлетворенно отметив про себя, что его глаза слегка потемнели от столь неожиданного выпада.

— Пенелопа — очень… осторожная наездница. Не такая, как вы, черт возьми. Благодаря ее осмотрительности и осторожности она в полном порядке.

Он издевается над ней, играет, как большой и ленивый кот обычно играет с маленькой, беззащитной мышкой. Это сравнение так понравилось ей, что она забыла о своем гневе и рассмеялась.

— Вот так-то лучше. Я рад, что вы готовы разделить мое веселое настроение.

«Почему бы и нет? — решила она. — Все остальное не дает нужного результата».

— Я представила вас в виде огромного пушистого кота, который нацелился на бедную маленькую мышку с переломанными ребрами.

— Интересно, — сказал он с ухмылкой, — кто из нас был бы котом, если бы на вас сейчас не было бинтов?

Замечание попало в самую точку. Чонси прикусила нижнюю губу и посмотрела на свою тарелку.

— Я никогда не пыталась играть с вами, — глухо прошептала она.

— Возможно, — согласился он и тут же добавил: — Но вы все же преследовали меня, хотя и делали это с величайшим мастерством. Мне кажется, что я должен упасть к вашим ногам и посмотреть, что вы сделаете с моим измученным телом.

— Да, это было бы хоть каким-то разнообразием, — лукаво кивнула она.

— Все-таки трудно лежать в своей, то есть в моей кровати и чувствовать, что не способна прижать жертву к земле?

— Картошка уже давно остыла. — неожиданно заявила Чонси. — Лин будет расстроена. Теперь вы вряд ли сможете похвалить ее вкусное блюдо.

Делани взглянул на остывшее картофельное пюре, а потом поднял голову и посмотрел Чонси в глаза.

— Что бы вы, интересно, сказали, моя дорогая, если бы я сейчас забрался к вам в постель?

Что же ему ответить, черт возьми? Поиздеваться над ним?

— О Господи, я не знаю! — с притворным равнодушием промолвила она.

Он взорвался таким громким смехом, что чуть было не опрокинул стоявший на столе поднос.

— Вы просто прелесть!

Его слова обрадовали Чонси и вызвали ощущение безотчетного триумфа.

— Эта прелесть хотела бы знать, чем вы сегодня занимались. Сент сказал мне, что вы очень занятой человек и все свое время посвящаете делам. Чем вы занимались до того, как пришла мисс Стивенсон?

— Я действительно занимался важными делами, — ответил он, отодвигая стол и наклоняясь к ее кровати. — Дело в том, что я ожидаю прибытия одного из моих судов. Оно было на Востоке и может вернуться в любую минуту.

«Он еще и судовладелец? Наверное, чертовски богат».

— И сколько же у вас судов?

— Три. Мой отец был судостроителем в Бостоне, как, впрочем, и брат Алекс в Нью-Йорке.

— Понятно, — задумчиво прошептала она. — Как это… интересно.

Он скрестил руки на груди и вытянул ноги.

— Стоит ли понимать ваш вопрос как появление досужего интереса, или вы хотите знать, богат ли я так же, как вы?

— Я очень богата! — неожиданно выпалила она, тут же пожалев о своей несдержанности. Этот негодяй действительно читает ее мысли. Просто обезоруживает ее своей проницательностью. Она чувствует себя, как рыба, неожиданно выброшенная на берег.

— Мы с вами похожи на набобов, наместников империи Великих Моголов. Вы тоже считаете себя редким образцом благовоспитанности и необыкновенной изысканности?

— Не совсем так. Мое богатство коренится в глубокой древности, пока… пока не умер мой отец, после этого все стало по-другому.

— Скажите мне, пожалуйста, как вы получили свое наследство?

«Скажу ему, — подумала она. — Подобное откровение может быть даже полезным. Вызовет его доверие, симпатию».

— Мой крестный отец долгое время жил в Индии и накопил там приличное состояние. Несколько лет назад он потерял своих близких — жену и сына. Они погибли во время одного из восстаний. Незадолго до смерти он завещал все свое имущество моему отцу, а когда он умер, то все его богатство перешло ко мне. Правда, только после того, как мне исполнился двадцать один год. Этот человек в буквальном смысле слова спас меня от нищеты и унижений. Я могла бы стать продавщицей в магазине или модисткой, на большее не приходилось рассчитывать. Правда, я могла остаться в доме своей тети в Лондоне и постоянно отбиваться от Оуэна, именно поэтому я так дорожу вновь приобретенной свободой.

— Если это так, моя дорогая, то могу с полным основанием посоветовать держаться подальше от брака, так как ваш муж, естественно, в чем-то ограничит вашу драгоценную свободу.

«Он опять начинает», — в смятении подумала она.

— Америка — это отнюдь не Англия, Делани. Здесь каждый чувствует себя свободным, даже женщины.

— Думаю, вы скорее правы, чем не правы. Вы очень сложная женщина, Чонси. Надеюсь, в один прекрасный день вы объясните мне наконец, почему богатая и красивая женщина решила отправиться на другой конец земли, в этот медвежий угол.

— А разве вы не совершали путешествия на Восток на одном из своих судов?

— Да, но мы говорим о разном, не правда ли?

— Да, вы правы, конечно. Суть дела в другом.