Невинна и беременна - Валерия Алексеева

«Я стану мамой! И какая разница, как это случилось… Моему малышу нужен отец».

Собравшись с духом, она выпалила на одном дыхании:

— Я беременна!

— Хм. И от кого?

— Макс! Что за вопросы?! От тебя, конечно!

— Милая, знаешь, я достаточно терпел твои выходки, — голос Макса стал тихим и каким-то вкрадчивым. Кира напряглась: в таком состоянии он внушал ей безотчетный страх. — Твою вечную работу. Твое нежелание заниматься сексом. То, что ты регулярно не ночуешь дома. Что ты вздрагиваешь, думаешь, я не знал об этом? Но повесить мне на шею чужого ребенка — это верх наглости, Кира.

— Но мы же провели вместе ту ночь! Ты… Ты думал, я не догадаюсь? — Она почувствовала, как ее начинает трясти. Она не хотела говорить об этом, не хотела вспоминать, это было… мерзко и грязно… Ну и пусть. Ребенок стоит того.

«Мой малыш…»

Мысли о малыше помогли, возвращая Кире присутствие духа:

— Ты подсыпал мне что-то, и я отключилась. Не просто уснула. Ты думал, я не пойму ничего? Что ты со мной сделал в ту ночь… пусть останется на твоей совести. Я прощаю тебя — ради нашего ребенка.

Она выпалила эту тираду, не поднимая глаз от стола — так было проще сосредоточиться. К тому же, в поле зрения попадал е живот — еще совершенно плоский, но уже хранящий внутри маленький секрет. Озадаченная тишиной, она решилась и подняла голову. Встретилась глазами с Максом, и во взгляде мужчины прочитала такую холодную ярость, такую злобу, что единственным ее желанием стало убежать, спрятаться от этого незнакомца, который внезапно появился вместо привычного весельчака.

— Знаешь, я давно встречался с тобой только ради принципа. Из желания переспать с тобой, сорвать твой «цветочек», который ты так ревностно хранила и защищала от меня. Я потратил на тебя кучу времени и сил — и просто не мог уйти, не получив своего. Хотя ты и достала меня просто дальше некуда! И да, я подсыпал тебе в сок… Кое-что… Пацаны помогли, они настоящие братаны. Но потом я понял — это не то. Ну трахнул бы я твое беспомощное тело. И что? Ты бы не вспомнила ничего, а мне было нужно совсем не это. Мне нужно было, чтоб ты приползла ко мне, сама раздвинула ноги, умоляла взять тебя. Как все тупые бабы до тебя. А потом я послал бы тебя, и ты бы рыдала ночами, кляня судьбу и  не понимая, за что жизнь с тобой так жестока… — Он протянул руку, взял ее за подбородок и поднял голову, заставляя посмотреть прямо в глаза. — Но ты все испортила, маленькая шлюшка. Ты загуляла на стороне, изменила мне, после того, сколько времени я на тебя потратил! Ты!.. Ты!.. Да ты просто тварь! — Он встал, сжимая кулаки и чуть ли не скрипя зубами от ярости, и Кира, словно мышка на змею, продолжала зачарованно смотреть ему в глаза, ожидая чего угодно.

И оказалась права. Одним движением руки мужчина снес со стола всю посуду, затем отбросил от себя стол и пнул свой стул, чудом не задев Киру. Когда он перевел глаза на нее, она в ужасе вжалась в угол, закрывая руками живот.

— Тварь! Чтоб я больше не слышал о тебе и твоем ублюдке! Только попадись мне на глаза! Тебе не жить!

Больше он не сказал не слова. Молча схватил с вешалки куртку и вышел, громко хлопнув дверью. Кира метнулась в коридор, лишь убедившись, что мужчина ушел, и дрожащими руками заперла замки. Ее трясло, как в лихорадке, колени подогнулись, она сползла на пол, рыдая, обнимая руками живот, баюкая его…

«Ничего, малыш, пусть и так… У тебя все равно будет папа. И я все отдам, чтобы ты был счастлив!»