Дорога домой - Айрис Джоансен

– Вскоре мы выясним, так это или нет. У меня есть отличные врачи, и им потребуется всего лишь несколько часов на то, чтобы выяснить, урод он или нет.

Элизабет глубоко вздохнула и попыталась придать своему голосу твердость:

– Я уже предупреждала вас, чтобы вы не смели говорить о моем сыне в таком тоне. Он не урод. И я не позволю вам забирать его.

– А у вас нет выбора. Думаете, друзья помогут вам? Для обладателей сверхсознания они совершают непростительные глупости. – Бардо неприязненно скривился. – Неужели вы считаете, что я позволю вам во второй раз улизнуть из моих рук? Однажды это случилось, но лишь потому, что мне тоже хотелось, чтобы вы разродились. И я знал, что вы приведете меня к нему. Я установил радиопередатчик на машине вашей подружки. И мы установили наблюдение за мотелем.

«Ничего странного в том, что мы не видели за собой слежки», – подумала Элизабет потерянно. Бардо имел возможность на расстоянии следить за каждым их шагом. Мрачное лицо инспектора рассекла улыбка.

– Мы видели, как два ваших дружка вышли из мотеля. Мои подчиненные отправились за ними следом. Шестерых, думаю, хватит, чтобы справиться с двумя? – Вытащив пистолет, он направил его в сторону кровати, где лежал младенец. – Надеюсь, на этот раз обойдется без волнений и хлопот?

– Это ведь просто маленький ребенок, – прошептала Элизабет. От ужаса дурнота подкатила к горлу. – Никто не смеет причинить вред младенцу.

– Да ну? Можете испытать меня, – прорезь рта стала еще шире. – Но вы ведь и не станете пробовать?

– Нет, – она повернулась к Эндрю и принялась заворачивать его в одеяльце. – Думаю, что ты, дрянь, слишком слабодушен, чтобы пойти на это.

– Слабодушен? – Он произнес слово так, словно пытался распробовать каждую букву на вкус. – Ты привыкла иметь дело со своими сумасшедшими дружками. Все еще надеешься, что они помогут тебе?

– Нет.

– Если Сэндел и Нильсен такие умные, как считают наши ученые, то почему они позволили, чтобы их облапошили? Собирались увезти тебя куда-нибудь подальше? Оставить нас с носом? И сами остались ни с чем…

– Хватит, Бардо!

– Что за чертовщина? – инспектор повернулся к двум мужчинам, что стояли прямо за его спиной. Его рука сжала пистолет. – Я не ждал вас здесь. А где мои подчиненные?

– С ними все в порядке, – Джон говорил спокойно, почти вежливым тоном. – Во всяком случае, они ждут тебя в машине.

– Ждут? Ты лжешь, – смешался Бардо. – Впрочем, это не имеет никакого значения. Пойдем и посмотрим. – Он повел дулом пистолета. – Шагай вперед.

– Не собираюсь. Боюсь, что мое терпение лопнуло.

– Ты считаешь, что мне следует подержать его? – в тихом голосе Гунера прозвучала угроза. – С наслаждением. Ненавижу негодяев, которые грозятся убить младенца.

– Нет, – в глазах Джона что-то сверкнуло. – Он мой.

Бардо вдруг резко повернулся и направил пистолет в сторону Элизабет и Эндрю.

– Психи! Пока что пистолет есть только у меня одного. Думаете, я не посмею пустить его в ход?

Элизабет шагнула вперед, загораживая сына.

– Осторожно, Джон. Он же ненормальный. Он и в самом деле может выстрелить в малыша.

Отрывистый смех Бардо был похож на лай.

– Это я-то ненормальный? Нет, это вы все выродки.

– Ты имел в виду другое, – поправил его спокойно Джон. – Говоря, что мы выродки, ты утверждаешь, что мы – монстры. Отдай мне пистолет.

– Черта с два! – Дуло пистолета по-прежнему было направлено на Элизабет. – Иди сюда, – приказал он. – Твои дружки будут вести себя менее нахально, когда дуло упрется тебе в спину.

– Брось пистолет, – Джон смотрел прямо на инспектора. – Мне не хочется причинять тебе вред. Если у тебя осталась хоть капля здравого смысла, давай попробуем договориться.

– Стой, где стоишь, – Бардо нервно облизнул пересохшие губы. – Не подходи ко мне.

– И с места не сдвинусь, – Джон поймал его взгляд и не отрываясь смотрел в глаза. – Отдай пистолет.

– Нет! – Бардо грязно выругался.

Джон медленно покачал головой и что-то негромко произнес, но Элизабет не расслышала, что именно.

– И-и-и-и! – Бардо, выронив пистолет, закрыл лицо руками. Потом он снова завыл тонким голосом, от которого у Элизабет холодок пробежал по спине. – Нет! Прочь! Убирайся! – повторял инспектор, медленно оседая на колени.

Элизабет с ужасом смотрела на него.

– Что это с ним?

Бардо скрючился в уголке перед дверью, по-прежнему закрывая глаза, как перепуганный ребенок. Он всхлипывал, причитал и ругался одновременно:

– Убирайтесь!

– Бери ребенка, Гунер, – распорядился Джон и, взяв пальто, накинул его на плечи Элизабет. После чего подхватил в руки сумку. – Нам надо уходить, любовь моя.

Элизабет стояла, как пригвожденная к месту, глядя на скулящего инспектора.

– Что ты с ним сделал?

Обняв ее за плечи, Джон мягко подтолкнул ее к выходу:

– Не волнуйся за него. Я сказал его людям, чтобы они выждали пятнадцать минут, а затем пришли за ним. – Закрыв дверь, он повел ее по коридору. – Теперь очень долго он не будет представлять для нас никакой опасности.

– Что ты сказал ему? Я не расслышала, но мне показалось, что ты…

– Что именно? Да ответь же, черт тебя побери! Что ты тянешь!

Джон уставился прямо перед собой.

– Ты слышала, в какой манере он предпочитает говорить. И видит только отвратительное во всем. Мне осталось только подтвердить, что так оно и есть.

Она посмотрела на него широко открытыми глазами, а потом какое-то странное выражение промелькнуло на ее лице.

– Я должна была сама угадать это.

Джон, все еще глядя перед собой, стремительно вел ее через парк к дороге. Гунер уже успел пристегнуть колыбельку Эндрю на переднем сиденье.

– Да я ничего особенно и не сказал. Всего лишь одно слово.

– Какое?

– Монстры.