Новогодняя игрушка для негодяя - Сусанна Ткаченко

В последний день семейных празднований я проснулась в прекрасном настроении. Сёмка ещё сопел мне в ухо, бережно прижав к себе, а я уже выспалась. Эх, так уже привыкла засыпать и просыпаться с ним, что даже не представляю, как смогу сделать это в одиночестве. Всё же к хорошему быстро привыкаешь.

Сладко потянулась и, выскользнув из уютных объятий, несколько секунд полюбовалась спящим Сем Темом. Какой же он всё-таки красивый: черты лица точёные, кожа гладкая, ровная, щетина эта брутальная, отросшая за ночь… А мышцы торса, выглядывающие из-под одеяла? Вообще бомба! Хоть немного, ненадолго, но это всё моё.

Где-то под ложечкой щекотало необъяснимое счастье. Не сдержалась и провела пальцем по его мощной шее, рельефному плечу, упругому бицепсу — блаженство! А потом легонько поцеловала в подбородок и унеслась в ванную, опасаясь быть пойманной на горячем.

Стоя под струями воды, вспоминала вчерашнее замечательное представление, гадание, которое было после, и улыбалась как ненормальная. То, как Темнов обрадовался, что мне тоже выпало путешествие, как смотрел на меня... Я прямо явно почувствовала: он рассчитывает отправиться в него вместе. Ю-ху! В общем, утро было замечательным и ничего плохого не предвещало.

Я даже обещанного разговора опасаться перестала. Ну что может случиться? Ну, максимум — всё выясним, поскандалим, а потом помиримся и, может, оставшиеся два дня проведём в постели. М-м-м, было бы здорово!

Но вот когда вернулась в спальню, обнаружила, что у Темнова настрой не такой радужный, как у меня, и это немного охладило.

— Доброе утро, плохо спал? — спросила осторожно, искренне надеясь, что причина его хмурости в этом.

Семён сидел на кровати угрюмый и, похоже, над чем-то усиленно раздумывал.

— Доброе, всё хорошо, просто ещё не до конца проснулся, — и как он ни пытался, я в отмазку не поверила. В последние дни я тонко улавливала все оттенки его настроения.

Пытать не стала. Понадеялась, что всё пройдёт само собой. И правда, после душа он вышел гораздо веселее.

К Захару Сергеевичу отправились сразу, как позавтракали и покормили Генриха. Кстати, его я даже в руки позавчера взяла впервые и пришла к выводу: совсем крыс и не противный, а неожиданно приятный на ощупь, между прочим. Ну а так как в вольере Семён вообще все дни убрался самостоятельно, можно сказать, что Генриха я полюбила всей душой.

По дороге — а вышли мы заранее и в дом к деду отправились пешком — болтали на всякие разные темы, обходя касаемые наших отношений. Кино обсудили, погоду, другую дребедень, а потом Темнов стал расспрашивать о моих впечатлениях от праздников.

— А вообще посёлок тебе понравился? Хотела бы здесь жить? — сердце стукнулось о рёбра. Это он с какой целью интересуется?

Так, стоп, Кира. Не надо раньше времени придумывать того, чего нет, и делать мысленную перестановку в Сёминой спальне. Остынь!

— Конечно! Тут так красиво! Я не была никогда в Европе, но мне почему-то кажется, что ваш посёлок похож на Швейцарию, — постаралась я передать свой восторг, ответив общими фразами.

— Ага, и до города не очень далеко. Я теперь сюда окончательно перееду, а квартиру оставлю на экстренные случаи. — Я нахмурилась — это что за случаи такие? И вдруг вспомнила про Милену, с которой у него еженедельные встречи. — Аврал на работе или пробки.