Летнее убежище - Сьюзен Виггз

— Джордж составил список, — сказала Клэр Россу. — Он говорил вам про него?

Они ждали на веранде, когда Джордж встанет после отдыха. Клэр только что принесла из главного здания почту на его имя — многочисленные друзья Джорджа присылали ему письма и открытки со всего света. Легкий ветерок покачивал ветки сирени с душистыми гроздьями, порхал над цветочными клумбами. Джордж спал почти весь день, а Росс разговаривал по телефону — как поняла Клэр, с разными родственниками.

Клэр сидела на качелях-диване, цепи тихонько поскрипывали в такт ее движениям. Росс устроился рядом на кресле-качалке. Несмотря на непринужденную позу, чувствовалось, что он едва сдерживает волнение.

— Какой еще список? — спросил он.

— Ну… что-то вроде списка дел, которые он хочет закончить в оставшееся ему время. — Она с болью увидела, как он вздрогнул.

Росс до сих пор не мог смириться с неизбежным концом деда. Ей хотелось как-то успокоить его, но она чувствовала, что он не примет ее сочувствия — пока что, а может, и никогда.

— Например, встретиться с братом? — угрюмо предположил он.

— Да, это упомянуто в списке.

— И запланировано на сегодня?

— Посмотрим, как он будет себя чувствовать, когда встанет.

Джордж рассказал ей о том, как в детстве они с братом проводили здесь летние каникулы. И Клэр живо представляла, как братья увлеченно играют в прятки, в сыщиков и воров, в трех мушкетеров, одного из которых представляла Джейн, как они бродят по лесу и по горам, погружаясь в мир своих фантазий, и даже не подозревают, что когда-нибудь станут врагами.

Она едва удержалась от желания сказать Джорджу, что если человек больше пятидесяти лет не общается с собственным братом, то ему стоит проверить, все ли у него в порядке с головой. Но она не могла навязывать пациенту свои взгляды.

Поэтому только внимательно его слушала, как и подобало профессиональной медсестре, прошедшей также курс психотерапии. Иногда человеку необходимо разобраться в своем прошлом, попытаться исправить допущенные ошибки, чтобы обрести душевный покой. Клэр очень надеялась, что встреча с братом послужит Джорджу на пользу.

Как в страшной сказке, то прекрасное, волшебное лето внезапно омрачилось известием о трагической гибели сына Гордонов и ужасным заболеванием Джорджа.

Клэр только один раз видела больного полиомиелитом, когда проходила в больнице практику во время учебы в медицинском колледже. Но у того была не очень тяжелая форма болезни. По учебникам она знала об остаточных признаках перенесенной болезни и сейчас видела один из них в атрофированной мышце у основания большого пальца правой руки Джорджа. Правда, она поняла это только после того, как он все рассказал ей.

— Ваш дед говорил вам, что в детстве болел полиомиелитом? — спросила она.

Он резко обернулся к ней:

— У деда был полно?!

— Ах, вы не знали, — виновато сказала она. — Тогда извините. Я думала, что он говорил вам.

— Боже! Полно! Да я понятия не имел.

— Я читала о последствиях перенесенного полиомиелита. С возрастом у человека могут проявиться боли в суставах и мышцах.

— У него боли? Сильные?

— Я спросила его, и он сказал, что они вполне терпимые.

— Надо же, полно! Он никогда мне не говорил.

— Попросите его рассказать. Он заболел именно здесь, в лагере «Киога», летом 1944 года. Он рассказывает очень интересно. Впрочем, вы это и без меня знаете. В те времена случаи этого заболевания были очень редкими.

— Если он выздоровел после полиомиелита, почему же он теперь не сопротивляется своей болезни? Медицина смогла его спасти почти полвека назад, а…

— То, что он выздоровел, можно считать просто чудом. Эту болезнь не умели лечить ни в те годы, ни сейчас. Существует только вакцина, которая способна уберечь от заболевания.

— Значит, нам остается просто сидеть в этой глуши и ждать чуда? Вы это предлагаете?

— Я предлагаю делать то, что хочет Джордж.

Клэр от души было жаль Росса, которого переполняла невысказанная мука. Здесь, в этом райском уголке земли, каждое мгновение для деда и внука было отравлено мыслью о неизлечимой болезни Джорджа.

Обычно к больному съезжаются родные и близкие, так что Клэр доводилось видеть самую разную реакцию — от настоящей истерики до стоического понимания неизбежности конца. Кто-то пытался сделать все, чтобы предотвратить смерть любимого человека. Кто-то приходил в полное отчаяние, молился, предавался воспоминаниям, уходил в себя, плакал, успокаивал остальных. Иные ссорились с родственниками, не стеснялись в присутствии Клэр оскорблять друг друга и даже устраивать потасовки. Но больше всего ее возмущали те, что делали вид, будто глубоко переживают предстоящий уход из жизни близкого человека, а на деле нетерпеливо ожидали момента, когда смогут получить свою долю наследства.

Судя по тому, как Росс нервно стискивал кулаки, он все еще находился в шоке от осознания реального положения вещей.

— Черт! — Он машинально следил за вьющейся над горшком с фуксией крохотной колибри.

— Этого в списке нет, — невозмутимо заметила она.

— А что хорошего в этом списке? Это была ваша идея? Вы что — колдунья, пичкаете старика фантазиями?

Ее это не задело.

— У всех у нас разные цели. Кто-то их записывает, кто-то держит их в уме. Некоторые боятся забыть, что хотели делать.

— Ерунда!

Она уже стала понимать его настроение. Возможно, именно этим он ее и привлек — он был — или казался — невероятно искренним, не очень-то умел скрывать свои чувства. Она видела, что он ей не доверяет. Ведь она ни с кем не может позволить себе полной откровенности. Иногда ее обуревала неудержимая потребность рассказать о себе кому-нибудь, чтобы человек понял ее — не ее жизнь, как Мел Рено, — а ее саму, ее сердце и душу. Она мечтала услышать, что нужна кому-то.

Откашлявшись, она спросила:

— Вы поможете Джорджу восстановить отношения с братом?

— А если я этого не хочу?

— Значит, вы не тот человек, о котором он с такой гордостью мне рассказывал. Но я так не думаю, — просто сказала она и протянула ему листок бумаги. — Это контактные данные Чарльза Беллами.

Он взял листок и сунул его в карман.

— Он будет вам очень благодарен, Росс.

Росс с силой потер коротко остриженную голову. Интересно было бы увидеть его с отросшими волосами, подумала она, но вряд ли ей это суждено.