Мистер Мейфэр - Луиза Бэй

Выражение его лица изменилось, когда он дотронулся до меня – он выглядел таким же ошеломленным и смущенным, как и я.

– Все же хорошо, правда? – Он большим пальцем поглаживал мой подбородок. – Прошлым вечером ты ведь действительно хотела поцелуев.

Вся эта ситуация казалась мне очень странной. Прошлым вечером я была не в себе и повела себя как безумная. И утром, когда я вспоминала сцену с поцелуем, меня охватывал невероятный стыд. Я даже забыла о том, что надо выбирать горшок для росписи, размышляя, как я теперь отношусь к Беку и что будет, если он все-таки меня поцелует, но не была готова к такому вопросу.

– Все прекрасно, – ответила я. – Но я этого не ожидала. Кто-то что-то сказал?

– Стелла, послушай меня. Я никогда не целую женщин, потому что так надо. Я поцеловал тебя, потому что сам этого хотел. Хотел, понимаешь?

В этот миг я бы предпочла отвернуться от него, чтобы он не заметил, как сильно подействовал на меня его поцелуй, несмотря на стыд за прошлый вечер.

– Вчера мне не стоило…

– Вчера – это вчера. – Он замолчал. – Ты слишком много выпила.

Вчерашним вечером я буквально набросилась на него, и, хотя действительно была пьяна, к сожалению, помнила все в мельчайших подробностях. Я положила ладонь ему на грудь, чтобы между нами оставалось пространство.

– Мы здесь для того, чтобы ты смог познакомиться с Генри, а не… Ну, ты понимаешь.

Он сильнее прижал меня к себе и поцеловал снова.

– Конечно, дело прежде всего. Тем не менее мне действительно нравится целовать тебя.

Я прижала кончики пальцев к губам, чтобы скрыть улыбку. Он вправду превосходно целовался. И в течение целой минуты после того, как это случилось, я не думала о Мэтте и Карен и их предательстве. По всей видимости, поцелуи с Беком действовали как клавиша DELETE в моем мозгу. Я кивнула.

– Мне тоже.

Звук разбившейся керамики вернул меня к реальности. Я оглянулась через плечо и увидела, что на нас удивленно смотрит Флоренс. Видимо, придется все ей объяснить. А что, собственно, объяснять? Это всего лишь поцелуй.

– Мне надо идти. – Я невольно скривилась: – Пора раскрашивать горшки.

– Звучит заманчиво. Когда вы закончите, их будут кидать в воздух, чтобы мы по ним стреляли? – спросил он. – Вижу, эти ребята понимают толк в развлечениях.

– Эти ребята?

– Ну, ты понимаешь. Ребята с большими деньгами.

– Позволь мне напомнить тебе, что мы прилетели сюда на твоем частном самолете. На котором ты всегда путешествуешь, – насмешливо сказала я.

Уж кто бы говорил о больших деньгах!

– Я знаю, но мои деньги не относятся к разряду старых. Я не принадлежу к кругу этих людей, – пояснил он. – Я не стал бы стрелять в неодушевленные предметы ради развлечения. Мне нравятся хорошая еда, спорт и секс. Видишь ли, я простой парень.

Я рассмеялась. Различия между Беком и этими людьми не казались мне столь очевидными. Но, полагаю, они все же существовали. Большинство парней, среди которых я выросла, были богаты, однако теперь, после его замечания, я увидела, в чем заключалась разница, пускай и не столь явная: если присмотреться, в Беке чувствовалась энергия, сила, которая нечасто встречалась в привычном мне кругу.

– Простые удовольствия лучшие, – ответила я.

– Совершенно верно. – Уголки его губ поднялись, в глазах появились лукавые искорки.

– Что ж, пора идти заниматься стрельбой по глиняным голубям. Интересно, секс у них такой же скучный, как то, что они называют спортом?

При слове «секс» я поежилась, как четырнадцатилетняя девочка. Невозможно было представить, что секс с Беком может оказаться скучным. Я уставилась себе под ноги, надеясь скрыть румянец, заливший мои щеки.

– Ну ладно. Нам обоим надо возвращаться к нашим увлекательным занятиям.

По крайней мере, я буду сидеть за столом рядом с людьми, которых я любила, и подальше от Карен. Однако мысль о том, что мы целый день не будем видеться с гостями мужского пола, уже не казалась мне настолько отталкивающей, как еще совсем недавно, в автобусе.

– Что ж, увидимся в отеле? – Он наклонился, чтобы заглянуть мне в глаза, словно в его словах звучало нечто большее, чем казалось на первый взгляд.

Я кивнула и отвернулась, чувствуя, как ни странно, более сильное влечение к Беку, чем раньше.

Меня уже давно не целовали так, как это делал Бек. На самом деле я не могла припомнить, чтобы меня вообще когда-нибудь так страстно целовали. Что касается Мэтта, мы с ним были слишком молоды, чтобы понять, каким глубоким может стать поцелуй, что он может быть свидетельством чего-то очень важного – как плохого, так и хорошего. Поцелуй Бека был таким неистовым, что мог сулить как катастрофу, так и нечто прекрасное – лучшее, что у меня могло случиться в жизни.

Однако я вовсе не чувствовала уверенности в том, что способна пережить и то и другое.

Я обреченно побрела обратно, старательно пытаясь не смотреть в сторону Карен.

– Ну, и как Бек? – спросила Флоренс, не успела я подойти к столу. Она улыбалась так, словно ей не терпелось сообщить мне, что все идет именно так, как она и предсказывала.

Би и Джо смотрели на меня, словно голодные птенчики, жаждущие, чтобы им скормили немного сплетен.

– Разве сама не видишь? Высокий, темноволосый и безумно красивый.

– Несомненно, все так и есть, – сказала Би. – И, судя по всему, непревзойденный мастер поцелуев.

В этом-то я точно не сомневалась.

– Давай-ка я подскажу тебе, что нарисовать на горшке, – предложила Флоренс, вскакивая со стула. Она проводила меня к полкам, уставленным самыми разнообразными образчиками нераскрашенной керамики.

Подруга вручила мне вазу.

– И что же такое между вами происходит? – неожиданно спросила она громким шепотом.

Я повернулась и взглянула на наш стол, чтобы удостовериться, что никто за нами не наблюдает и не подслушивает, но все девушки сосредоточенно расписывали свои изделия.

– Да ничего. Просто…

– Прекрати, пожалуйста. Вот только не надо говорить мне, что между вами ничего нет. Это был явно не поцелуй напоказ. Ты что, с ним спишь? Поверить не могу, что ты это от меня скрыла. Хотя я точно знала, что это рано или поздно произойдет.

– Нет, я с ним не сплю. Дело не зашло дальше поцелуев. Между нами только то, что ты видела. И ничего больше.

– Подожди-ка. Это что, ваш первый поцелуй? Что он тебе сказал?

– Он всего лишь сказал, что сегодня во время утренней пробежки вдруг понял, что хочет меня поцеловать.

Флоренс прищурилась, показывая всем своим видом, что недовольна моей скрытностью.

– Ну,