Если ты хочешь… - Елена Левашова

К дому Малеева я подъезжаю через двадцать минут. В обеденное время городская трасса пустая. Не прячусь – паркуюсь прямо возле его ворот. Черная «копейка» по-прежнему стоит в гараже. В доме никого нет. Калитка заперта, окна плотно закрыты. Обхожу двор, высматривая что-то подозрительное, но меня отвлекает соседка, копающаяся в огороде.

– Вы к Ивану?

– Да, – натянуто улыбаюсь. – Перепутал дату его дежурства. Оказывается, он работает сегодня. Поеду я…

– Ваня уехал утром.

– Спасибо. Говорю же: дату перепутал, он на работу, наверное, поехал. – Повторяю, думая, что старушка просто меня не расслышала.

– Он в командировку поехал. На пару дней. Так сказал. Попросил Дункана кормить. Это пес его. – Чеканит старушка, подозрительно меня оглядывая. – Вы его сослуживец?

– Да, вот мое удостоверение, – раскрываю «корочку» и подхожу ближе. – Значит, в командировку.

– Так точно. – Улыбается она и возвращается к своему занятию.

Нутро скручивает от страшного предчувствия. Ну какая командировка? Еще и летом. Судорожно вдыхаю горячий плотный воздух и возвращаюсь в машину. Хватаю лежащий на сидении телефон и звоню Бурьянову:

– Лейтенант, ты был на работе Малеева? Он там? – спрашиваю, цепляясь за хрупкую соломинку надежды. Вдруг бабулька ошиблась?

– Нет, товарищ майор. Он взял отгулы на три дня. За свой счет.

– Господи… Не знаю, что думать. Есть мысли? Надо ориентировки дать на его машину.

– Константин Андреевич, надо открывать карты перед руководством следкома. Пока не стало поздно…

– Я сейчас приеду. Организуй мне встречу с начальством. И сам подготовься…

Все возвращается на круги своя. Волнение и страх вытравливают поселившиеся в душе легкость и радость. Мне ведь было так хорошо… Все дело в восприятии: Малеев не чужой и незнакомый преступник, а свой… Тот, кого знаешь. От этого больнее.

Выруливаю из поселка на трассу. Из-под колес летит сухая горячая пыль, солнце ослепляет. Кажется, я и сам слепну от волнения и страшных подозрений… Звоню Весне, надеясь, что мои догадки окажутся ложными.

– Вёсенка, любимая моя, как вы? – начинаю, придав голосу непринужденности.

– Хорошо, Костик. А что же ты не предупредил о сюрпризе?

– Каком, милая? – выдавливаю хрипло.

– Ванюшку нам прислал, чтобы не скучали. Мы сейчас обедать будем. Я пельмени домашние сделала, Кость. Нашла у твоей мамы пельменницу.

– Ваня? Малеев? Он у тебя?

– Да, а разве не ты… Он сказал, что ты прислал его проверить, все ли с нами в порядке. Мол, Костик важное дело расследует и… Не понимаю…

– Весна, отойди от него подальше и слушай меня внимательно. Бери Алешку и бегите к участковому. Пункт сельской полиции находится по адресу: Лесная, дом семь. Ты запомнила?

В трубке слышатся шум и шорохи, треск и… падение. Словно что-то тяжелое свалилось на пол. Господи, я опоздал… Звонок обрывается. Я звоню снова и снова – без толку! Абонент временно недоступен. Останавливаюсь, чтобы передохнуть и решить, что делать? Набираю дрожащими пальцами цифры телефонного номера Бурьянова:

– Он у Весны, лейтенант. Приехал туда, чтобы завершить начатое.

– У нас нет полномочий, товарищ майор. Где ваша дача? Другая область?

– Да, Вологодская. Нужна помощь местной полиции. Группа захвата, спецназ. Я выезжаю на место. Но сначала в следком… Надо сообщить руководство.

– Не успеем. Я сейчас напрямую позвоню начальнику Вологодского отделения следственного комитета. Пойду на риск. Меня уволить могут, но… На кону жизнь женщины и ребенка.

– Спасибо, Бурьянов. Я твой должник. – Отбиваю вызов и круто разворачиваюсь на месте. Я еду спасать Весну…

Глава 43

Весна.

Я живу в раю. По утрам нас с Алешкой будят крики ласточек, плеск речных волн, блеяние овец и мычание коров, рев дизельных двигателей рейсовых автобусов, проносящихся неподалёку. Я тянусь в кровати и улыбаюсь своему неожиданному счастью… Люблю Духина… И так скучаю. Я верю, что все наладится, потому что иначе не может быть. Духин – настоящий мужчина. Он все решит… А я не буду лезть в их отношения с Машей. И переживать тоже не буду. Солнце ласково касается поверхности деревянного круглого стола, лучи путаются в ажурном тюле, раскрашивая его в персиковый цвет… Поднимаюсь с постели и ступаю к распахнутому окну. Как же мне здесь хорошо! Жаль, что нельзя жить тут всегда – Костя работает в городе, а я не могу без него…

Собираю в огороде абрикосы, ставлю тесто на пирог. Приседаю сто раз и, пока спит Алешка, бегу к реке. Плаваю, щурясь от шаловливых солнечных лучей и пронзительной голубизны неба… Хорошо… Если бы можно было описать мое состояние одним словом, оно звучало как блаженство. Алешка просыпается и помогает нарезать абрикосы. Я готовлю домашний фарш, мою полы в комнатах, стираю занавески. Духин не узнает свой домик, когда вернется! Правда в огороде удается поработать только вечером. Ну ничего… В августе попросимся приехать сюда еще раз.

День переваливает за полдень, когда сквозь ажурную рябь тюли я вижу подъезжающий автомобиль. Серебристый седан уверенно паркуется возле низенького забора, а оттуда выходит… Ванька Малеев. Ну мужики дают! Ни один не додумался предупредить о приезде!

– Ванюшка, привет! – на ходу вытираю руки полотенцем и шагаю по ступенькам крыльца. – Ну вы даете! Хоть бы кто-то сказал о сюрпризе!

– Привет, Весна. – Улыбается Иван. – Ты мне, выходит, рада?

Звучит неожиданно. А, может быть по-другому? Ведь его Костик прислал?

– Ванечка, конечно, рада, – расплываюсь в улыбке. – Молодец, что приехал. А Духина я поругаю, что не предупредил. – Проходи в дом. Пельмени будешь? Я у Костиной мамы старинную пельменницу нашла.

Ваня разувается, надевает резиновые тапочки Костика и проходит в гостиную. Заглядывает в окна, проходит в комнаты, по-хозяйски открывает двери в котельную, туалет, ванную, погреб…

– Ты кого-то ищешь, Ванюш? – недоуменно протягиваю я.

– Да… Руки хотел с дороги помыть. – Мнется он.

– Так ванная есть, рядом туалет.

– Надо же… Маленькое село, а все удобства имеются. Я здесь был очень давно… Еще в юности приезжали сюда с Костиком. – Замечает он, одаривая меня дружелюбным взглядом. – Вы теперь… вместе? Ну… с Духиным?

– Да, – выдыхаю облегченно. Помешиваю вскипевшие пельмени, вынимаю из холодильника сливочное масло, из шкафчика – сотейник. – Вместе.

– Старая любовь не ржавеет? Да, Весна? – с ноткой осуждения в голосе добавляет он. – Сейчас вернусь. Руки помою. – Не дождавшись ответа, произносит Иван.

Ваня уходит. Слышу звуки воды и шорохи. Зачем он приехал? Чтобы осуждать? И… к чему этот вопрос, если Костя САМ попросил его навестить нас? Наверняка Духин объяснил Ивану, что мы вместе и он опасается за безопасность любимой женщины и сына.