Украду твое счастье - Элен Блио

- Мам, а тебе Фегор совсем-совсем не нравится? – ого! Ничего себе вопросики!

- А… почему ты спрашиваешь?

- Ну, просто… Знаешь, он хороший.

- Да.

- И Ярослава хорошая.

- Да, очень, - неожиданно у меня перед глазами снова встает эта картина – Ярослава, блинчик, ее заливистый смех.

И моя мама.

Трясу головой в надежде прогнать наваждение.

- Мам! – Пугаюсь голоса собственного сына! Ужас! Я скоро параноиком стану!

- Что, милый?

- А ты бы могла стать мамой Ярославы?

- Что? – а вот это точно шок! Что он говорит? Почему? Это Стенин ему что-то в уши напел? Когда?

- Милый, у Ярославы есть мама!

- Нет. У нее нет мамы. Она… ну, я не понял. Нет и все. Пропала, наверное.

- Ага, ушла в лес и не вернулась. Нет, милый, мама у нее есть, просто… - не могу же я рассказать ребенку, что его любимый «дядя Фегор» отнял дочь у матери?

- Ну, в общем мам, ты подумай.

- О чем?

- Замуж тебе надо, за Фегора.

Что я там говорила про шок?

Ха!

То был детский сад!

Вот он, настоящий шок!

Замуж… За Фегора… Ага! «Щаз» с тремя «з»!

- Матвей, прости, мне бежать надо, ждет меня Денис Александрович, нам на работу.

- А этот пусть тебя не целует больше!

- Матвей! Что за «этот»? Ты забыл, сколько нам Денис Александрович добра сделал? Ты его даже дедом считал!

- Дедом считал. А папой не хочу. Я Егора хочу.

Ну все! Стена! Ну ты у меня получишь!

Когда успел только?

Настропалил ребенка, зараза такая!

Но я этого так не оставлю!

Возьму и назло выйду за Дворжецкого!

Ой, ой! Витаминка! Кому на зло? Стенину? Да ему на это плевать с высокой колокольни!

Да и потом, Денис Александрович предложил просто чуть-чуть подыграть и все! Он не будет…

Ах-ах! Не будет! А зачем он приехал за мной сегодня? И… целовал зачем? Мог бы ограничится рукопожатием! Легко!

Или… или он думал, что за нами папарацци следят?

Жесть!

 Выхожу из группы, и пока иду по коридору, вижу на себе пару внимательных взглядов мамочек из нашей и чужих групп.

Чувствую, как спина покрывается холодным потом.

Зависаю на лестнице, открывая смартфон, гуглю фамилию Стенин, и…

Ох, Чёрт! Конечно! Фото!

Фото, сделанные вчера в нашем ресторане кем-то из посетителей!

Ну и…

О, Боже… заметка! О том, что когда-то у нас был роман!

Сажусь в машину, явно в миноре…

- Нашла уже?

- Что?

- Фото свои с Егором.

- Угу… - чуть не плачу. Как же я не хочу светиться!

И вообще…

Мне становится жарко и страшно! Если кто-то из тех, кто помнит о нашем романе, вздумает сопоставить возраст Матвея, дату его рождения, и…

- Не пугайся сразу. Я помогу все разрулить. Не хочешь замуж за Стенина?

В ужасе смотрю на Дворжецкого и качаю головой.

- Точно?

Он смотрит на меня пристально, глазами прожигает.

- Точно! – отвечаю, как отрезаю. Все. Навсегда.

Дворжецкий усмехается, качает головой, смотрит куда-то вниз.

- Ну, в таком случае придется побыть моей невестой. А моя невеста должна выбрать свадебное платье, агентство, которое устроит все на высшем уровне. Отмечать, думаю, будем в твоем ресторане?

- Что? Вы это серьёзно, Денис А…

- А ты что думала, я шучу?

Он наклоняется ко мне и я с ужасом понимаю, что сейчас опять будет поцелуй, только на этот раз уже вряд ли лайтовый.

Мама! Что же мне делать?

Глава 26.

Иногда думаю, как верно утверждение: язык мой – враг мой! Какого-то хрена поделился с Камилем новостями. Это же он предлагал мне жениться на Витаминке? Ну вот…

Он же увидел в нескольких сетевых изданиях мои фото с Виталиной. Я понимал, что рано или поздно они появятся в сети. Вчера в ресторане мы ни от кого не прятались, правда, мы ведь просто говорили, так? Обнималась она совсем с другим мужчиной, черт бы его побрал!

Но нас с ней все равно кто-то успел запечатлеть. А кому-то пришло в голову докопаться – с кем именно беседует Стенин…

Нет, в принципе, меня это, наверное, радовать должно, если я собрался на ней жениться? Так?

Именно, Стена! Только ты забываешь, что она выходит за другого!

Об этом я и рассказал Камилю.

- Свадьбы не будет, брат. У моей невесты уже есть жених.

- И тебя это остановит?

Хороший вопрос.

Я бы очень хотел сказать – нет. Очень.

Но слишком много всего между мной и Витаминкой. Слишком много непонятного, болезненного.

Слишком много того, о чем я начал думать только сейчас.

И…

И я понимаю, черт побери, что во всей нашей истории я уже не выгляжу пострадавшей стороной!

Просто потому, что я поверил тому, что мне сказали о Виталине чужие люди. Я ничего не выяснил сам. Я был ослеплен ревностью. Она буквально сломила меня. Когда я узнал, что Виталина может мне изменять я был просто раздавлен. Убит.

Черт… как же я не любил вспоминать эти дни! Просто… не знаю, как я выжил.

Не знаю, зачем я выживал.

Наверное, меня в тот момент спасло то, что я узнал о беременности Снежаны и о том, что мне придется заботиться о ней и о ее ребенке. Как бы чудовищно не было то, что сотворила эта дрянь.

Я вычеркнул Виталину из жизни.

Я забыл о ней.

Я думал, что забыл.

Господи, она снилась мне все эти годы! Часто, очень часто.

Буквально изводила меня в снах.

Может поэтому я порой предпочитал проводить ночи бодрствуя?

Сейчас в ушах стоит ее вчерашний крик. Не могу забыть.

- Не смей меня трогать! И не смей говорить мне о любви! Я любила тебя, правда, но именно ты мою любовь убил. Понял? Не прикасайся ко мне! 

И вес то, что она сказала после. Как мне это осознать?

- Ты не заслуживаешь ни капли моего уважения! И сына своего не заслуживаешь! И вообще…Если бы я могла что-то изменить, я бы сделала все, чтобы мы не встретились, чтобы ты никогда не узнал о том, что Матвей…

Она остановилась вовремя. Или не вовремя? Еще бы секунда и мой сын узнал бы о том, что я его отец!

Но я не хотел бы, чтобы он узнал вот