Свободу белой ведьме! - Рокси Торн

— Нет, — покачала головой, сама офигевая от своей чёрствости. — Я там мертва, Денис достаточно взрослый и смею надеяться, я его хорошо воспитала и он сможет достойно перенести потерю. Да и отец у него, хороший человек, не без изъянов конечно, но в сыне души не чает. Да и родителей моих не бросит. Так что, хрен тебе, а не депрессия. Не дождёшься. — Успокоившись окончательно, вкрадчиво продолжила: — Я смирилась со смертью, приняла жизнь здесь. Возможно, будь Денис младенцем и полностью зависел от меня или если бы я любила бывшего мужа, то воспринимала эту перемену, как катастрофу, но все мои близкие из старого мира вполне самодостаточны, а у меня тут появилась верная подруга и ты. Так что нет, нет у меня там якоря.

Стоило закончить свои откровения, как меня в тот же миг снёс ураган под именем Тайрин. Так он меня ещё не целовал. Жёстко, напористо, не оставляя даже возможности отстраниться. На фоне раздалось ойкание Кнопки и шуршание крыльев. Надеюсь, они благоразумно отбыли в свою комнату, коротать время столь же увлекательно.

Раздевать меня начали ещё в гостиной и к моей спальне мы добрались уже в довольно откровенном виде, на мне остался только корсет с моим фирменным кружевным бельём и туфли. И без того чёрные глаза Тая почернели ещё сильнее стоило ему заметить, мой более чем скромный, по земным меркам, комплектик. Тьма буквально вырывалась наружу. Да уж, это вам не панталоны.

Чуть отстранившись и давая возможность в деталях рассмотреть своё облачение, сознательно дразня, обвела контуры кружева на груди, пальцами. Нарывалась, да. Но сколько можно мужика на голодном пайке то держать, у него из ушей уже скоро покапает, или того хуже, решит прогуляться на сторону. А вот этого, я не прошу и не допущу. Только не с ним. Мой и точка, только мой.

Тай, зарычал и подхватил меня под ягодицы, вынуждая обхватить ногами его талию, и влетел в спальню. Не разрывая обжигающего поцелуя, на удивление бережно, опустил на кровать. Сильные руки скользили по мои ногам, бедрам, животу. Руки уступали завоёванную территорию мягким губам и невесомым поцелуями. Будто специально продлевая охватившую его сладострастную агонию, он изучал моё тело, не скрывая, насколько волнует его происходящее. Ласки Тая не были умелыми, но в то же время чувственными и с каждой минутой всё более напористыми. И как этот ходячий тестостерон мог оказаться таким неискущённым?

В момент, когда Тай начал окончательно терять контроль, я перехватила инициативу и мягко перевернула его на лопатки. Изумление в чёрных глазах было настолько сильным, что он кажется, даже немного успокоился. Ну ничего, не умеешь — научим, не знаешь покажем.

Поменявшись с ним местами, я в свою очередь начала изучать идеальное, рельефное и такое чуткое тело, содрогавшееся от малейшего прикосновения. Прокладывала влажные дорожки поцелуев по напряжённому торсу, дразнила языком, легонько царапала сведённые в сладком спазме мышцы пресса. О да, я научу тебя плохому! Отвлёкшись всего на секунду, послала Таю провокационную улыбку и медленно облизнула губы. Из без того чёрных глаз хлынула тьма наружу, стоило потянуться к застёжке на брюках.

Мне всегда казалось, что я не слишком умелая любовница, но наблюдая за метаниями, стонами и рычанием, вызванными моими ласками, потрясающего мужского тела, моя самооценка взлетела просто до небес. А факт, что скорее всего в этом плане я у него первая, настолько взорвал мой мозг, что я и сама получила неожиданную разрядку вместе с Таем. Теперь я очень хорошо понимаю мужиков, помешавшихся на девственницах. В этом определённо что-то есть, очень и очень заманчивое и волнующее.

Дождавшись, когда дрожь в телах утихнет, а тьма из глаз Тая вернётся внутрь хозяина, я потянула его в купальню. Ох, милый, сколько же тебе ещё предстоит открытий!

Глава 36

— Расскажи про тьму, Кнопка сказала, что у магов Смерти, не бывает внутренней тьмы. — Нежась в утренних объятиях, задала давно мучающий меня вопрос.

— Не бывает, но как видишь, и я не без брака. — Невесело ухмыльнулся Тай.

— Вот не честно, — надула губки и стала вылезать, пусть и не слишком активно, из плена рук. — Я тебе вообще всё рассказала, душа на распашку, а ты секрет зажал, будто я тебя о всех твоих любовных похождениях расспрашиваю, что кстати, непременно ещё устрою, а то у меня вопросов больше, чем ответов. Но твоя тьма и меня касается. Если ты не заметил, то она уж очень активно на меня реагирует.

— Ты боялась, что я разочаруюсь в тебе, вот и я боюсь тоже. — Притягивая меня обратно, грустно сказал Тай. И с тяжёлым вздохом, начал свою историю.

Вот скажите, им кто тут мозги так качественно промывает? С какого такого перепугу я должна была разочароваться в этом охренительном мужике, только потому что он умудрился взять обе магии родителей и они неведомым образом ужились.

Не без эксцессов, конечно, и без сильно выраженной доминантной магии, что как бы тоже считается прямо фу, фу, фу, только в обслугу такие годны, не в случае Тайрина, конечно, но предрассудки такие предрассудки.

Когда в десятилетнем мальчике неожиданно проснулась магия Смерти, и он по случайности обратил в тлен целое пахотное поле, его притащили в департамент и так как он считался безотцовщиной, то провели над ним ритуал признания кровного родства. Магов Смерти, годящихся ему в отцы было по пальцем пересчитать, и все как один — родня императора и носители всяческих пафосных титулов и должностей.

И вот в отцы Таю достался Крейн Даствел — кузен императора, советник, главнокомандующий и прочее, прочее. Указом свыше ребёнка приняли в род, отрядили учиться магии, постигать всякую светскую муть и скинули в заботливые ручки лиеры Сонии, чему она конечно была безгранично рада, ведь её любимый сыночек, мало того, что на год младше Тайрина, дак ещё и гораздо слабее магически. Таю перешли все основные наследуемые силы, и при желании он вполне успешно мог претендовать на роль следующего главы рода. Именно поэтому, лиера Сония любила нежданного подкидыша всей своей чёрной душонкой, а принявший в штыки такие перемены в жизни и разлуку с матерью, мальчик отвечал лиере с полной отдачей.

А через год негласного противостояния, в очередной стычке с младшим сводным братиком, проснулась тьма, чуть не угрохав попутно виновника пробуждения. Лиера Сония впала в истерику, как же, чуть такого душку — сыночка не умотали и