Опасные приключения попаданки - Аннэт Хорол

Я молчала, не собираясь успокаивать Пьера. Он испытывал сожаление и боль за родного брата, но утешать его не желала.

— Получается, что так. Охотился на собственного брата, — подначила я.

— Что теперь делать? — он кинулся ко мне и схватил больно за плечи, тряся как тряпичную куклу. — Как мне ему помочь?

— Отпусти! — я отпихнула его и он тотчас же поддался, словно, я для него вдруг стала не важна. — Если хочешь помочь брату, то выход есть один.

— Какой же?

— Сам не догадываешься? Идти к ведьме! Я готова пойти с тобой, если ты возьмешь меня с собой. Я ведь могу отчасти ее понять — она мстила.

Даже при свете тусклых огней я увидела непонимание и удивление во взгляде Пьера, и добавила:

— Вам она мстила, людям. Я слышала, вы отлично с ней обошлись. Обижая всю жизнь, выселив на болота. А потом заслав и целый отряд мужиков, чтобы ее убить!

Пьер вскипел:

— Она колдунья и должна быть сожжена на костре. Кроме того, я понял, почему ты так говоришь. Да-да, я понял. Ты ведь не зря пыталась ко мне подобраться. И золото не просто так украла.

Меня испугал взгляд мужчины. Он смотрел на меня так, что у меня шли мурашки по всему телу. Что этот полоумный еще придумал?

— О чем ты говоришь? — мои губы пересохли и я вновь попятилась к стене под напором маркиза.

— Ты помощница ведьмы. Вместе с Люкой вы хотели заманить нас и убить. Я ведь долго этого мятежника разыскивал, но никогда не подумал бы, что он прячется прямо у меня под носом. Не странно ли, что вдруг я нашел тебя рядом с ним. У вас был коварный план и Анатоль пал его жертвой. Но меня вы не получите. Вы оба, — он подошел близко ко мне и я вдруг почувствовала тиски на своей шее. — Вы оба сдохните!

Воздуха становилось все меньше и меньше. Я почти не слышала, что он говорит, а перед глазами пошли розовые круги. В тот момент, когда я начала задыхаться, он вдруг расслабил руку. Я упала на колени, пытаясь вдохнуть и размазывая слезы по щекам.

— Если к утру он не придет в себя, тебе не сдобровать, так и знай! — сказал Пьер на прощание и вышел. Охранник грозно забряцал ключами, закрывая цепи.

Мои надежды достучаться до сердца маркиза сгорели в одно мгновение.

Но Анатоль не пришел в себя ни к утру, ни на следующий день. Я потеряла всякий счет времени, целыми днями лежа в углу и вспоминая свою прежнюю жизнь. Лохински по-прежнему не выходил на связь и в какой-то момент я даже хотела раздавить медальон ногами, но потом передумала. Я пока что еще жива, а значит шанс выбраться есть всегда.

Но, что бы я не пыталась сделать — ничего не помогало. Тот человек, который пронес тайком мне одежду и воду, больше не приходил. Охранник за все время принес лишь единожды кашу и на разговор не шел. Открыть клетку тоже не получалось. И я просто стала ждать.

Несмотря на то, что в камере я провела не столь много времени, мне казалось, что я живу тут всю жизнь. Облупившаяся краска на полукруглых сводах представлялась в моих фантазиях невероятными далекими дворцами, когда я часами смотрела в одно и то же место.

Я стала различать звуки — слышала стоны других заключенных. В тесных сводах подземелья мне казалось, что это уже не живые люди, а запертые призраки и вскоре я стану одним из них. Может быть мое тело уже умерло там, на куче соломы, а я лишь бестелесная оболочка, все еще думающая, что она жива?

Тогда я вскакивала от страха и начинала трогать стены и солому, затем успокаивалась, понимая, что все еще чувствую холод.

Я сходила с ума, как вдруг увидела его. Черный таракан, так испугавший меня в первый день, сидел прямо посередине моей темницы и шевелил усами.

— Ну здравствуй, дружок. Ты пришел меня проведать, да?

Таракан мне не отвечал, а я заглянула в миску — там оставалось несколько высохших крупинок каши. Я положила их на руку и медленно протянула насекомому. Тот думал несколько секунд, а затем подполз к руке и уткнулся в еду.

— Вот видишь, я совсем тебя уже не боюсь. Может быть я могу попросить тебя об одной просьбе? Ах, простите, на ты здесь нельзя обращаться к мужчинам. Месье! Только так! Месье Таракан, могу ли я попросить вас навестить моего доброго друга. Его зовут Грегори и он падре. Я не уверена, что он содержится где-то в сводах этой тюрьмы, но не будете ли вы так любезны разузнать это для меня и доложить?

Таракан взял кусочек каши в лапки и уполз обратно в тёмный уголок.

— Месье Таракан, буду ждать от вас известий!

После этого я поднялась, расшаркалась и сделала книксен.

Потянулись вновь долгие часы. Я не знала, какое время суток, какой день недели и что сейчас делает Клотер. От этой мысли мне делалось больно. Я часто размышляла о судьбе падре и девочки. С каким чудесным теплом вспоминались наши посиделки с яблочным пирогом, игры в прятки и молитвы. Закрывая глаза, я вновь и вновь видела огонь свечей и тихую молитву.

Лязг замков вновь выбросил меня из уютного сна. В этот раз я не успела даже пикнуть, как на меня вновь набросили мешок и завязали руки за спиной.

“Вперед” — подтолкнул меня охранник и я чуть не упала, однако его жесткие руки поддержали меня, при этом оставляя синяки на предплечьях.

Я ничего не спрашивала, а шла вперед, надеясь, что меня ведут не на казнь. Вскоре меня посадили в кибитку и она затряслась, подпрыгивая по буграм.

Совсем немного пути и мы остановились. Я услышала, как открывается дверь и с меня сняли мешок. Тот самый человек, который приносил мне платье, смотрел сейчас на меня без всякой эмоции.

— Вылезай, — показал он кивком головы.

Я выбралась наружу, с удивлением рассматривая округу. Мы находились прямо посреди густого леса на небольшой поляне. Недалеко от меня стоял маркиз Пьер де Сад, поигрывая кинжалом. Вечерело, и ночной лес наполнялся ароматами цветов, а мое сердце — неведомой тревогой. Душа ушла в пятки. Все это мне не нравилось. Что мы делаем в темном лесу?

— Я тебя выкупил из тюрьмы, — разрезал