15 свиданий Алены Михайловны - Уля Ласка

— Если под экстремальным развлечением ты имеешь в виду перепачканный салон твоей машины, то да, могу растянуть, — криво улыбнулась я и отвела руку в сторону, имитируя прикосновение к дорогой обивке.

— Нет, не его. Меня. Костюм все равно сдавать в чистку.

Я непонимающе моргнула.

Но Стас пояснил.

Без слов.

Просто перетянув меня к себе на колени и поцеловав.

Ох нифига себе…

Когда я целовалась так в последний раз?

Да никогда!

Он как будто специально дождался момента, когда я оказалась без сил. Но он не забрал их остаток. Наоборот, с каждым движением его языка, с каждой лаской и разделенным дыханием, во мне заполнялись те пустоты, которые мы не могли заполнить с Петькой. Ни я его, ни он мои.

Почему?

Об этом нужно было подумать, но не сейчас.

Сейчас мне хотелось огня и нежности, силы и расслабления, подчинения и свободы. Всего вместе и каждого по отдельности!

Не знаю откуда, но Стас это знал, чувствовал и давал.

Мир вне его рук для меня исчез.

Он.

Я.

Мы.

Никого и ничего вокруг, а потом безумная жажда новой жизни!

Моей.

Его.

И… может быть… нашей?..

* * *

— Ой-ёй-ёй… Алёна?.. А-а-а!!! Мы будем готовить блинчики! — Услышала я сквозь сон и не поверила своим ушам.

Стас что… привез меня к себе?!

Глава 29

До того как Ксюша добежала до кровати и плюхнулась рядом со мной, я успела чуть-чуть осмотреться.

Это точно была гостевая. Спасибо, что не спальня Стаса! И отдельное спасибо, что в кровати я была одна! Никакой разбросанной одежды вокруг — ещё один плюс! Но без жирного минуса всё же не обошлось: под одеялом я была голой…

— Ух ты! — Ксюша резво подпрыгнула на кровати и перебирая коленками придвинулась ближе ко мне, внимательно всматриваясь в лицо. — Алён, ты как… фе-е-ея, — завороженно протянула она.

Мне трудно было представить, во что превратился макияж и прическа амазонки после всех ночных приключений, но помня любовь детей к ужастикам, я, благодарно улыбнулась, приняв комплимент, и тут же уточнила:

— А сколько времени?

— Уже десять! — Ксюша сунула мне под нос руку с ярко-розовыми часами и потыкала пальчиком в электронные цифры во весь экран. — Пора завтракать!

— Согласна.

— Блинчиками? — с таким умилительным личиком уточнила она, что у меня не осталось шанса ей отказать. Да я и не собиралась. Уж это желание маленькой мечтательницы я могла с лёгкостью исполнить.

— Да, блинчиками, — заверила ее я и получила в ответ обнимашки полные искренней радости, которые тут же погнали все мои тревоги.

Осталась одна — выйти на кухню голой я была не готова!

— Ксюш, а где папа? — я подтянула одеяло повыше, маскируя отсутствие хотя бы крохотной пижамы.

— Да кто его знает, — Ксюша пожала плечиками, свесила ноги с кровати и весело ими помотала. — Но его можно приманить едой.

— А сработает? — усомнилась я. — Вдруг запах еды из ресторана собьёт его с пути?

— Ты что! Блинчики же домашние! Твои! Он точно почует, — убедительно закивала она и, внезапно крутанувшись, завалилась рядом со мной на подушку, совсем так же, как любила делать Ася.

Но одновременно с этим теплым воспоминанием, на меня шуранул ледяной водопад всего того, что вчера я тщательно задвинула на задворки памяти и предпочла сделать вид, что у меня все хорошо. На душе стало гадко. Я тяжко вздохнула, скосила глаза вбок и наткнулась на взгляд Ксюши.

Взгляд ребёнка, счастье которого было здесь и сейчас. Счастье, на которое требуется не так много сил, и счастье, которое даёт силы, жить дальше. И это было то, что мне сейчас нужно!

Я перевернулась на бок, погладила Ксюшу по голове и озвучила план действий:

— Мне нужно умыться. Тебе добыть продукты. Сможешь?

— Так всё есть! — как идеальный подчинённый отрапортовала она. — Молоко, мука, яйца, соль, сахар и масло.

— Инвентарь? — примерила я на себя роль настоящего шефа.

— Что? — смутился мой су-шеф. — А! Сковородка, половник и миска? Всё есть!

— Ксюш, да ты идеально подготовилась!

— Ага, я написала список и мне всё купили, — закивала она.

— И сковородку? — поддела её я.

— Ну да, тут же ничего нет, — развела Ксюша руками, возвращая меня в реальность и напоминая, что это её временный дом.

— Чудесно. Ксюш, а можешь позвонить папе и дать мне с ним поговорить?

— Зачем? — встрепенулась девочка, будто предчувствуя подвох.

— Я забыла свой телефон в его машине, а мне нужно кое-что у него уточнить.

— Что? — бесцеремонно поинтересовалась Ксюша.

— Какие он любит блинчики, ажурные или плотные, — пошла на хитрость я.

— Да ему все равно. Главное, чтобы твои, — Ксюша моментально закрыла вопрос, но я не сдалась.

— Но лучше узнать. Ему будет приятно.

— Хорошо, — она поднялась с кровати, развернулась и бросила мне уже на ходу: — Ты умойся. Я жду тебя на кухне. Телефон там.

Приехали. Теперь она выманивает меня, чтобы не обманула с готовкой? А были прецеденты?

Но дверь за собой, к счастью, Ксюша закрыла, после чего я моментально вскочила с кровати, подлетела к шкафу и со стоном разочарования не обнаружив там ничего из одежды, метнулась в ванную.

— Стас! Да ты издеваешься, ну халат же ты мне мог бы оставить?

Не мог.

Я вообще не понимала, о чем он думал. Логично же было вообще отвезти меня в отель. Опять сэкономил?

— Ну хоть что-то, — я с облегчением выдохнула, когда в одном из шкафчиков нашла большое банное полотенце, быстро в него завернулась и с опаской подошла к зеркалу.

В первое мгновение мне захотелось отключить фильтр.

Но это было не приложение в телефоне.

Обычное зеркало.

Моргнув пару раз, я придвинулась ещё ближе, но все осталось по прежнему — мой макияж был безупречен!

Боже, а так бывает?

И даже блёстки остались там, куда их нанесли, а не осыпались по всему лицу и телу.

Нужно будет непременно узнать контакты визажиста! И парикмахера

Волосы выглядели офигенно!

На фею я может и не тянула, но на лайт версию богини впол…

Раздался короткий стук, я даже не успела обернуться, а в ванную уже вошёл Стас и закрыл за собой дверь.

Если бы это было мое обычное утро, то я бы сгорела со стыда.

Он выглядел так, будто только что сам посетил салон Есении, и над ним поработали те же волшебницы, что и надо мной вчера.

Но, к счастью, мы были почти на равных.

— Тебе очень идёт полотенце, — мгновенно оценил он мой наряд.

— Это