Богатство Лас-Вегаса - Ферн Майклз

— Понимаю.

— На этот раз ты действительно понимаешь, верно?

— Да, Филип. Послушай, а почему бы нам не устроить себе выходной с пикником?

— Мм… чудесная идея. Вставай, выпей что-нибудь от головы, а я попрошу Тули приготовить нам корзинку с ланчем.

— Мы прекрасно это придумали, Филип.

— Ты придумала. Ладно. Буду ждать тебя внизу. Сегодня я буду тем парнем, который посиживает на кухне с газетой и чашечкой кофе.

— А я буду дамой, которая в первый раз надевает брюки, чтобы показаться на людях.

— Куда отправимся? — спросил Филип.

— Туда, где нам обоим есть что вспомнить. В Санрайз. Устроим пикник в саду, а вечером вернемся. Если где и предаваться воспоминаниям, то это там. Мальчикам в Санрайзе было хорошо, особенно летом и во время каникул. Давай, Филип, иди пей кофе и читай газету. А я, прежде чем уехать, должна подписать бумаги, которые мистер Роллинз принес. Я обещала ему сделать это.

* * *

Салли даже замигала от удивления при виде перемен, произошедших в старом офисе Элвина Уоринга. Всего за две недели Дэвин Роллинз преобразил душное старомодное помещение в удобные, современные, радующие глаз комнаты. Ставни уступили место жалюзи и светло-серым шторам. Удобные темно-бордовые кресла для клиентов. Вместо оливково-зеленого потертого коврика — толстый и мягкий ковер темно-серых тонов. Небольшие столики красного дерева, на них свежие журналы и горшочки с раскидистыми зелеными папоротниками. В центре комнаты сияющий лаком темный стол для секретаря, за которым никого нет. Правда, ждать не пришлось: из внутреннего офиса вышла безупречно одетая молодая женщина и заняла свое место. «Интересно, — невольно подумала Салли, — откуда взялись деньги на всю эту модернизацию?» Почему-то она сама не могла бы объяснить, с чего вдруг накатила на нее волна злости и раздражения.

— Чем могу помочь вам, мадам? Вам назначено?

— Нет. Я Салли Торнтон. Скажите, пожалуйста, мистеру Роллинзу, что я здесь.

— Боюсь, что мистер Роллинз сейчас занят. Не будете ли вы добры записаться на прием или письменно изложить вашу просьбу?

За долгие годы сотрудничества с Элвином Салли ни разу не предлагали записаться на прием, а начинать подобную практику сейчас ей уже не хотелось.

— В общем-то, нет. Ни сейчас, ни завтра, ни когда-либо в будущем. Запишите это, мисс…

— Рэддингтон. Желаете оставить записку?

— Ну… полагаю, что… да. Сядьте! — Столь строгому приказанию секретарша не могла не подчиниться. Она опустилась на краешек стула, выпрямив спину. — А теперь сидите, пока я не выйду.

Дэвин Роллинз сидел в кресле без пиджака, положив ноги на полированный стол, и наслаждался сигарой, пуская в потолок густые клубы дыма. Увидев в дверном проеме Салли, он моментально изменил положение.

— Ваша секретарша сказала, что вы заняты, и хотела узнать, не желаю ли я записаться на прием. Не желаю. Как не желаю оставлять какого-либо письменного сообщения. В последние годы я была единственным клиентом Элвина, потому что он уже не практиковал и присматривал за моими делами из любезности. Это все к тому, чтобы вы не утруждались ими. — Салли повернулась на каблуках и вышла из кабинета с высоко поднятой головой и пылающим лицом. На пороге она столкнулась лицом к лицу с мисс Рэддингтон.

— Если я когда-либо еще приду в вашу контору, то будьте готовы встать на голову, насвистывая при этом «Дикси». Я не записываюсь на приемы!

— Запомните это, мисс Рэддингтон, — Дэвин Роллинз рассмеялся вслед Салли, но когда захлопнулась дверь, подошел к окну и наблюдал, как она вместе с мужем садится в автомобиль.

— Я только что совершила невероятную глупость, — сказала Салли, опускаясь на сиденье.

— Что же это такое? — усмехнулся Филип.

Салли рассказала.

— Держу пари, он тебя запомнит. Я слышал, этот парень из Бостона, но, как оказалось, это только слухи. Он из Филадельфии. Выпускник Гарварда. А значит, один из лучших адвокатов. В городе скоро станет неспокойно. Эти гангстеры валят сюда прямо-таки толпами. — Филип помолчал, а затем тем же голосом продолжил: — Руби знает все, что творится вокруг. Она очень обеспокоена. Ты же знаешь, как действуют эти головорезы. У них свои заведения с девушками, притом очень доходные. Руби до них далеко.

— Так, может быть, мы в состоянии помочь Руби сделать для нее что-нибудь? Она же твой друг, Филип. Ты, разумеется, понимаешь, что эти мерзавцы могут подмять ее под себя.

— Ты поможешь ей, Салли?

— Конечно. Снежок обожал ее. Я попытаюсь…

— Я знаю, Салли. Руби тоже знает. Видела бы ты ее в том платье, присланном к Рождеству. Можно подумать…

— Снежок…

— Дело не только в нем. И не стесняйся, ты поступила правильно.

Салли кивнула.

— Я обдумаю этот вопрос. Но в любом случае так просто не оставлю.

— А ты заметила, сколько в городе новых людей?

— Я в курсе, Филип. Город у меня под контролем.

— Теперь, когда игорный бизнес легализирован, проблем будет хоть отбавляй. Будь осторожна, Салли.

— Обещаю тебе, я буду осторожна. Наверное, построю казино. Что ты об этом думаешь? Кое-кто у меня покрутится. Ведь здесь никто ничего не может сделать без меня. Канализация, прачечная, холодильник, склады — это же все вот здесь. — Она сжала пальцы в кулак.

— Боже! Так ты ради этого и скупала все?

— Да. Я знала, что этот город переживет бум. Чувствовала печенкой. Ты сам мне как-то сказал, что все в жизни идет по кругу. Помнишь? Не знаю почему, но мне очень важно, чтобы ты мной гордился. Наверное, потому, что ты был моим учителем.

— Я горжусь тобой, Салли. Однако ты оказываешь мне слишком большую честь. Ты же даже по-китайски говоришь! Я бы этого никогда не осилил.

И они улыбнулись друг другу.

* * *

Через три недели после этого разговора Салли впорхнула в кабинет Дэвина Роллинза в сопровождении архитектора, инженера-строителя и Рыжей Руби. Дэвин вышел из-за стола без пиджака, с закатанными по локоть рукавами. Он даже не извинился перед посетителями, а просто протянул руку сначала архитектору, потом строителю. Затем улыбнулся Салли.

— Так, значит, я все-таки ваш адвокат, а вы мой клиент? — прошептал он, пропуская мужчин вперед.

— Пока. Но не расслабляйтесь. В этом городе многое меняется в течение одного дня. — Она улыбнулась, чтобы смягчить резкость своих слов.

Стоило Роллинзу опуститься на стул, как Салли почувствовала себя в родной стихии. Время от времени Дэвин записывал что-то в блокноте, внимательно слушая обоих мужчин.

— Позвольте мне еще раз убедиться в том, что я вас правильно понял. У миссис Торнтон имеется ранчо в семи милях от города. Ей также принадлежит земля вокруг ранчо. Вы хотите перестроить как главное здание, так и два примыкающих к нему. Одно из них станет собственностью мисс Руби. Вы говорили также о будущих пристройках: семь комнат, гостиная, кухня и три ванные на первом этаже, пять комнат на втором. Чуть более десяти тысяч квадратных футов, я прав? — Подрядчик и архитектор кивнули. — В доме мисс Руби предусмотрены высокая веранда, цветник, шесть комнат, две ванные — одна наверху и одна внизу. Само ранчо также полностью перестраивается: игровая комната, солярий, небольшой театр, бар и то, что еще пожелает мисс Руби. Все это в задней части дома. Так… двенадцать комнат должны быть перестроены для… деловых целей. Правое и левое крылья дома дадут еще четырнадцать дополнительных комнат. Где-то между пристройками предполагается разместить бассейн. Похоже, весьма прибыльное предприятие. Собственность перейдет к мисс Руби через год. Что касается… э… деликатных деталей контрактов между мисс Руби и ее… гм… работницами, то они будут обозначены отдельно. Для тех, кто не в состоянии заниматься… э… профессиональной деятельностью, учреждается специальный фонд, управлять которым назначены миссис Торнтон и ваш покорный слуга. Вопрос о распределении прибылей на данный момент еще не решен. По-моему, здесь предусмотрено все, за исключением тех сумм, которые должны быть выплачены на разных стадиях производства работ. Я что-нибудь упустил?