Звёзды ещё горят - Лиса Эстерн

Стелла непроизвольно фыркнула, привлекая внимание рядом сидевшей Маши. Подруга вопросительно изогнула бровь, взглядом указав на телефон в руках, мол, что интересного пишут. Пришлось ей показать эти странные сообщения, но вместо того, чтобы посмеяться над ними, Маша расплылась в хитрой ухмылочке, наклонилась и пропищала:

– Что я вижу, Стелла Орехова? Вы сидите в приложениях для знакомств и общаетесь с каким-то сомнительным персонажем?

– Мне просто скучно, – шёпотом ответила Стелла, наблюдая за тремя точками на экране, говорящими о том, что собеседник печатает сообщение. – Решила посмотреть, что за нашумевшее приложение, только и всего.

– Понятненько, – интонация, с которой это было произнесено, Стелле не очень понравилась.

Маша сделала свои выводы и решила их придерживаться вне зависимости от отговорок подруги. Благо Стелла не собиралась переубеждать её и со смешанными чувствами вернулась к переписке. Незнакомец из приложения уже успел настрочить ей целый том текста:

Starhunter: Лично я совершенно далёк от этого всего и впервые открыл это приложение минувшим вечером, увидел вас в рекомендациях и решил написать: что-то в вашем запросе зацепило меня. Почему «небосвод», Стелла? Не потому ли, что вы сама – упавшая звезда, ищущая дорогу домой?

Stella: На «ты», пожалуйста, иначе ощущение, что мне не двадцать, а все тридцать пять. Пока к такому я не готова.

Его сообщения были большими, полными и структурированными – совсем не похожими на то, как любила писать Маша: она обстреливала чат рублеными фразами, отдельными словами, буквами и стикерами, никогда не дописывая предложения, не ставя знаки препинания и часто промахиваясь по буквам. Артём же писал коротко и не любил отправлять частые бессмысленные сообщения. Родители Стеллы общались в лучшем случае картинками, но чаще они звонили, не тратя время и силы на цифровые буквы.

Stella: Моя звезда давно погасла, а «небосвод» – это моё чудное хобби. Люблю смотреть, как он меняется день ото дня: переливы цветов, узоры облаков, оттенки мира, наполненного небесным свечением при закате, – ничего из этого никогда не повторяется.

В какой-то момент пальцы застыли над клавиатурой, а в голове родилось беспокойство: как-то она просто делится с незнакомцем своими искренними мыслями. Рядом с её сообщением горела серая звездочка, обозначающая, что оно дошло успешно, а в следующую секунду эта звёздочка загорелась золотым: пользователь на той стороне сети открыл чат и прочитал присланный текст. Всё приложение было выполнено в приятных глубоко синих, фиолетовых и нежно сиреневых цветах, поэтому горящие в профиле и в чатах звёздочки напоминали собой реальный ночной небосвод, на котором постепенно загорается все больше созвездий. Всё-таки название было соответствующим.

Стелла задумчиво щёлкнула по фотографии и перешла на профиль собеседника. В верхнем правом углу она выбрала тёмную тему приложения, и окрас странички эстетически изменился: кремовый цвет фона съехал за кадр, сменившись на фиолетовый, а аватар, нарисованный искусственным интеллектом из приложения, обернулся в тёмные тона, его окружила фигура из нескольких соединенных внахлёст белых линий. Графика зачаровывала, и Стелла невольно решила, что оптимизация и дизайнерское решение сделали большую часть работы для завлечения такой привереды к визуалу, как Вика.

Суть приложения была в том, что никто не выставлял на всеобщее обозрение реальные фотографии, но при этом в процессе регистрации должен был предоставить подтверждающие личность документы, что якобы создавало гарантию безопасности. Создатели также утверждали, что все анкеты проверяются не ботами, а реальными людьми. Однако профиль каждый пользователь мог украшать так, как решит нужным: аватар в любом художественном стиле, понравившийся никнейм, а также любой текст описания, расположенный в нижней части экрана. Конечно, ничего противозаконного и оскорбительного писать нельзя было.

Стелла ни на секунду не верила всем этим заявлениям и не собиралась доверять неизвестным людям по ту сторону экрана. Случай Вики был скорее исключением, нежели правилом. Тем не менее то, как все мигало, двигалось и светилось, завораживало её, и Стелла не могла отрицать, что внешний вид приложения действительно цеплял взгляд.

В пункте о том, что ищет пользователь, значилось недлинное: «Путеводную звезду, что ещё горит».

Невольно Стелла хмыкнула, почувствовав, как Маша скосила на неё взгляд, но в этот раз подруга ничего не сказала. Преподаватель продолжал вещать что-то о семейной психологии, одногруппники растеклись на партах, а Стелла вернулась в чат с незнакомцем и быстро написала:

Stella: Ищешь звезду? Как удачно, что скоро Новый год: звёзды повсюду, на каждой ёлке! Надеюсь, ты умеешь лазать по деревьям.

Ответ пришёл незамедлительно, и отчего-то Стелле почудилась в нём игривая усмешка.

Starhunter: При необходимости можно и научиться, в особенности если на потеху кому-то со столь нетривиальным юмором. Но раз мы делимся советами, то вполне могу предложить тебе полёт на самолёте: несколько минут, и ты в небе – там, где и хотела. Замечательно!

Stella: Может, тогда сразу прыжок с парашютом? Тогда я уж точно стану падающей звездой.

Starhunter: Если упадёшь, я поймаю.

Короткое, казалось бы, не свойственное собеседнику сообщение, на которое Стелле захотелось играючи закатить глаза, чувствуя, как сладко и глупо все это звучит. С минутной заминкой пришло продолжение:

Starhunter: Ведь моё хобби – это ловить падающие звёзды.

– Светлана, вы не со мной, – строгий, громогласный голос преподавателя заставил студентку передернуться и резко поднять взгляд на мужчину средних лет. Ворот его серой рубашки покрылся белым мелом – так усердно он что-то вычерчивал на доске. – Не думаю, что вас так развеселили темы семейных конфликтов и социальных установок брака. Но вы можете смело поделиться с нами, и мы все дружно посмеемся.

У профессора было неприятно худое, вытянутое лицо с высоким лбом, который из-за набок уложенной чёлки и косого пробора зачёсанных светло-каштановых волос казался ещё выше и шире. Тонкий нос с плоской переносицей превращал его портрет в карикатурный рисунок, а застëгнутая на все пуговицы серая рубашка, галстук под воротник, клетчатый джемпер в тон тёмных классических штанов с едва различимыми стрелками только усугубляли всю странность его образа. Весь он был как будто напыщенно, делано важным и значимым – голос профессора тоже звучал надменно и немного язвительно. Стелле он не нравился из-за явного пренебрежения к студентам, из-за чего она легко выходила из себя и вступала с ним в конфронтации.

– Вы правда хотите узнать?

Он чуть сощурился, склонил голову и обвел полукруг рукой, словно приглашая Стеллу встать и подойти, занять его место у доски, но профессор только сказал:

– Будьте так любезны.

– На самом деле ничего