Когда грянет шторм - Эмери Роуз Эндрюс

Он отстранился, потянулся за своими джинсами, валяющимися на полу, и достал целую пачку пакетиков из серебристой фольги. Разорвав один, он вывалил остальные на матрас.

– Как… амбициозно с твоей стороны. Ты настоящий оптимист.

– Я – реалист.

Рассмеявшись, я выхватила презерватив из его рук, а затем бросила его через всю комнату.

– Он тебе не понадобится. У меня стоит инъекционный контрацептив, и я чиста.

– Хорошо. Я тоже чист, но всегда предохраняюсь.

– Еще одна причина, почему стоит отказаться от презервативов. Немного рискнуть.

Он прищурился.

– Ты уверена?

– Да. И поверь мне, я не собираюсь беременеть. Я бы никогда тебя не обманула. – Я перекрестилась и откинулась на кровать, вынуждая его последовать за мной. Он забрался на постель, и я вскрикнула, когда он схватил меня и перевернул, просунув руки мне под живот и подняв на четвереньки. Я оглянулась на него через плечо.

– Так вот как ты хочешь, Ковбой? – спросила я.

Он притянул меня к своей груди и провел ладонями вниз по моим рукам, затем положил мои ладони на спинку кровати.

– Держись крепче. – Он провел зубами по моему плечу. – Тебя ждет безумный секс.

Я повертела бедрами и потрясла задницей. Он шлепнул меня, посылая по телу приятную боль, а затем раздвинул мои ноги еще шире и просунул свой твердый член между моими гладкими складочками. Когда я задвигала бедрами в знак продолжения, он лишь потер головку о мой пульсирующий комок нервов.

О боже.

– Ты такая чертовски влажная. Я могу скользнуть в тебя без каких-либо усилий.

– Так сделай это, – выдохнула я. Мои мышцы напряглись, и я крепче вцепилась в деревянную спинку кровати, когда он одной рукой направил головку члена к моему входу, а другой дернул меня за волосы, заставляя запрокинуть голову и выгнуть шею. Боже, мне это нравилось.

Одним плавным движением он полностью вошел в меня, а затем, не дав привыкнуть к его размеру, начал глубоко входить и выходить из меня. Снова и снова. Быстро и грубо, как я и просила. Я вцепилась в спинку кровати так, что побелели костяшки пальцев, и начала двигаться навстречу его толчкам. Одной рукой впившись в мои волосы, другой он теребил и сжимал мой клитор.

Мы занимались безумным и диким сексом. Спинка кровати билась о стену. Моя кожа покрылась потом. И с каждым толчком он попадал в то волшебное место, которое заставляло меня вздрагивать.

– О боже, я сейчас кончу.

Броуди массировал мой клитор все сильнее и быстрее, и вскоре оргазм накрыл меня с головой. Мышцы влагалища сжимались вокруг его члена, а руки ослабли. Продолжая стоять на коленях, я уронила голову на подушку и едва успела прийти в себя, как после последнего толчка почувствовала, что его тело содрогнулось. Он издал горловой стон, больше напоминающий рычание.

– Охренеть.

Так и есть. У нас был охренительный секс.

Мы рухнули на кровать рядом друг с другом, переводя дыхание, его рука покоилась на моем бедре. Я повернула голову, чтобы посмотреть на него, и по непонятной нам причине мы оба начали смеяться.

– Черт, это было весело.

Я перевернулась на бок и подперла голову рукой, проводя пальцами по его гладкой от пота груди.

– Это было очень весело. Не могу дождаться следующего раза.

А потом мы оба снова рассмеялись, и он притянул меня к себе для поцелуя, который на вкус напоминал корицу. На краткий миг я представила, что мы настоящая пара и это моя настоящая жизнь.

Глава шестнадцатая

Броуди

– Давай остановимся, мне нужно кое-что купить, – сказала Шайло с пассажирского сиденья. Я взглянул на нее, пока мы ехали по проселочным дорогам. По возможности я избегал главных дорог. По ним ездило слишком много неадекватных водителей, а необходимость останавливаться на красный сигнал светофора выводила меня из себя, поэтому я предпочитал ездить по проселочным дорогам, где пейзаж был красивее, а воздух чище, без всяких выхлопных газов. Сегодня Шайло надела выцветшее черное хлопковое платье на бретельках и черные босоножки с серебряным заклепками, завязанные на лодыжках. Даже в повседневной одежде она выглядела сексуально. Звезда рок-н-ролла. Но еще сексуальней она выглядела без одежды.

– Никто не ждет, что ты что-то принесешь. – Я пригласил Шайло на воскресный семейный ужин. Для меня это было впервые. Этим утром позвонила Кейт и настояла, чтобы я ее привел. Между тем я не мог выбросить из головы воспоминания о прошлой ночи. Будь у меня возможность, я бы развернул грузовик и отвез ее обратно в постель. Хотя кровать нам ни к чему. Я бы перекинул ее через кузов пикапа и трахнул сзади.

– Не хочу приходить с пустыми руками.

– Ты могла бы нарисовать картину для бабушки, – подал голос Ноа с заднего сиденья. Красноречивое напоминание о том, почему я не мог остановить машину и трахнуть Шайло в поле, мимо которого мы проезжали. – Ей нравятся мои рисунки.

Шайло улыбнулась и повернулась, чтобы посмотреть на Ноа.

– Мне стоило подумать об этом раньше.

– Ты можешь нарисовать рисунок в следующий раз, – уверенно сказал он, как будто мы ездили туда каждое воскресенье, а Шайло являлась членом семьи.

– Броуди! Стой!

Какого черта? Я посмотрел в окно заднего вида, затем съехал на обочину и со скрежетом остановился.

– Что случилось?

Она посмотрела в боковое зеркало.

– Там сзади есть фермерский киоск. Может, купим фрукты или еще чего-нибудь? О, кажется, у них есть мед. Как насчет меда?

Иисус Христос. Я уж было решил, что что-то произошло.

– Я же сказал тебе не беспокоиться об этом.

Она достала пятидесятидолларовую купюру и помотала ею у меня перед носом.

– Пожалуйста, – взмолилась она. – Просто сходи купи фруктов и меда.

Я провел рукой по волосам и выдохнул.

– Тебе не обязательно что-то приносить.

– Хорошо. Тогда я сама.

Прежде чем я успел ее остановить, она выскочила из пикапа и зашагала по обочине. Господи. Упрямая женщина. Я сдал задним ходом и свернул на обочину, остановившись перед фермерским киоском. Шайло уже разговаривала с пожилым мужчиной и его женой, которые торговали фруктами и медом. Тем временем я смотрел на ее голые ноги, вспоминая, как они обхватывали меня, когда я входил в нее.

Она подняла свечу из пчелиного воска и понюхала ее, затем повернулась ко мне с широкой улыбкой на лице.

– Пахнет о-о-очень вкусно.

Я покачал головой и рассмеялся, затем заглушил двигатель, готовясь долго ждать. Я общался с