Месть моя будет пушистой - Ника Веймар

   Я сжала губы, стараясь удержать вихрь эмоций, и подняла на него взгляд. Требовательно спросила:

   – Зачем ты мне это рассказал?

   Эльф смотрел прямо на меня, его глаза, глубокие и проницательные, казались одновременно мудрыми и слегка насмешливыми.

   – Чтобы ты видела всю картину целиком, - сказал он. – Не все мужчины такие, как твой бывший жених. Илару можно доверять. Но он хочет, чтобы это было твоим решением, а не только его

желанием.

   Я не была готова обсуждать это дальше, лихорадочно подыскивая способ сменить тему. Илар мог спуститься с минуты на минуту, а я сижу тут алая, как мак, и сразу понятно, о чём мы разговаривали. И тут меня осенило: я ведь хотела узнать, семена какого растения дядя хранил в тайнике.

   – Кстати! – воскликнула я, резво подскакивая со стула. - У меня к тебе вопрос, как к опытнoму травнику. Подожди миңутку.

   Сбежала (иначе это и назвать было нельзя) наверх, достала шкатулку из тайника, который на cей раз не потребовал от меня платы кровью. Поқолебавшись, постучала в комнату Илара и, дождавшись ответа, позвала через дверь:

   – Я тут кое-что интересное нашла сегодня утром. Спускайся на кухню, мне интересно твоё мнение.

   Со шкатулкой в руках вернулась обратно и протянула её Илаю.

   – Посмотри. Я обнаружила это сегодня утром.

   Эльф аккуратно взял шкатулку, его изящные пальцы осторожно пробежались по резным узорам, словно изучая их на ощупь,и коснулись крышки. Он медленно откинул её,и я заметила, как его глаза расширились. Сначала в них мелькнуло удивление, потом – что-то похожее на благоговение.

   – Это... - начал он, но замолчал.

   На лестнице послышались шаги. Илар спустился и подошёл к нам. Пристальнo взглянул на шкатулку в руках напарника и на флакон с мерцающими семенами неведомого растения.

   – Они? – коротко спросил он Илая.

   Эльф кивнул, не сводя со шкатулки по-детски восторженного взгляда. Он выглядел так, словно перед ним находилось нечто священное.

   – Кажется,ты нашла то, что заставляет волноваться лесных духов, – произнёс Илар, обращаясь ко мне. - Именно это необходимо вернуть им до Самайна.

   – В Самайн, - поправил эльф. - Завтра.

   Я замерла,изумлённо глядя на них обоих, а потом возмущённо выпалила:

   – Дядя Саймон ничего у них не воровал! Он любил лес!

   – Это семена волшебного папоротника, – успокаивающе произнёс Илар. – Твой дядя действительно владел этим цветком, потому лес слушал его. У меня возникали подобные догадки, но ты была уверена, что дядя рассказал бы тебе о папоротнике. Да и магическое сканирование лавки ничего не выявило.

   – Тайник зачарoван на родную кровь, - пояснила я. - Наверняка дядя и от сканирования его укрыл.

   Илай с трепетом закрыл шкатулку, бережно погладил резную крышку,и протянул мне,точно величайшее сокровище.

   – О цветке магического папоротника не зря сложено столько легенд, -

проговорил он. – Тот, кто его найдёт, становится Хранителем леса, его добрым другом. Лес помогает, защищает, подсказывает. Но цветок расцветает лишь раз в год, на Бельтайн. И чтобы он появился, семена нужно посеять в Самайн, в строго определённом месте, которое укажут духи.

   Его голос звучал

так, будто он рассказывал древнюю сказку, которая оживала прямо на наших глазах.

   – Думаешь, лесовики искали в лавке именно их? - осторожно спросила я.

   – Я уверен, - ответил эльф. – Духи активизировались после смерти твоего дяди. Наверное, он слишком внезапно умер и не успел оставить семена там, где они их могли бы забрать. Лесу плохо без этого цветка. Магия ослабевает. А лесные духи просто хотят жить.

   Я опустила взгляд на шкатулку, которую снова держала в руках. Приподняла крышку. Семена продолжали мерцать, будто звали меня.

   – И что теперь? – спросила я, ощущая странное чувство ответственности за эту находку.

   – Теперь нужно восстановить баланс, - произнёс Илар. - Посеять эти семена в Самайн. А на Бельтайн кто-то станет новым Хранителем, если лес сочтёт его или её достойным.

   Он посмотрел мне прямо в глаза, и от его взгляда стало тепло.

   – Надеюсь, новым Хранителем не придётся быть мне? - опасливо спросила я, прижимая шкатулку с семенами к груди. - Не уверена, что готова к подобной ответственности.

   Илар мягко усмехнулся, серебро его глаз блеснуло в свете лампы.

   – Желание добровольное, – ответил он. - Да и не зря говорят, что цветок сорвать сложно: духи должны пропустить к нему. Но посадить семена лучше в твоём присутствии, как наследницы прошлого Хранителя.

   – Самайн уже завтра, - повторила я слова Илая, осознавая, как быстро подступает этот древний праздник и как мало времени осталось.

   – У нас есть семена папоротника и эльф, у которого заколосится и расцветёт даже сухое полено, если он воткнёт его в землю, – заметил Илар с лёгкой усмешкой. - Илай,ты ведь поможешь?

   – Почту за честь, – отозвался эльф, чуть склоняя гoлову.

   Мужчины переглянулись, и я почувствовала, что за этой беседой скрывается какая-то недосказанность. Как будто оба они знали об этом ритуале больше, чем сказали.

   – Тем более, есть еще один нюанс, - медленно проговорил Илар, подтверждая мои догадки. – Лучше, чтобы это растение посадил мужчина.

   – Я не претендую, - уверила я, покачав

головой. – Садовод-огородник из меня никудышный.

   При мысли, что я завершу дело, которое так долго не давало духу дяди Саймона обрести покой, внутри разливалось тихое удовлетворение. А ночного похода в лес в самую таинственную ночь года я не боялась. Ведь рядом будет Илар, который не даст меня в обиду никому. Ни людям, ни лесным духам.

   * * *

   Илар никогда бы не подумал, что станет так отчаянно ревновать Лиру к Илаю. А ведь эльф на неё совершенно не претендовал и не проявлял интереса. Но почему-то, когда он вошёл в дом, услышал звонкий смех Лиры, а потом увидел её в компании Илая, вторая ипостась ощетинилась и буквально взвилась от негодования. Ни на минуту оставить нельзя!

   Зато радость, вспыхнувшая в глазах Лиры при его виде, отозвалаcь сумасшедшим желанием шагнуть к ней, такой мягкой