Фунт плоти - Софи Джексон

Картер мотнул головой, прогоняя воспоминания об удивительных минутах, проведенных в книгохранилище. И ведь она не вырывалась тогда из его рук.

Ему хотелось большего. И не только увидеть ее совсем голой.

Интересно, а какими были бы их разговоры, если бы они встречались каждый день? Картеру вспомнилось, как Персик рассказывала об отце, читавшем ей книжки в лицах. Для него это был один из самых светлых дней его срока в Артур-Килле. Он тогда мельком увидел Кэт Лейн, какой она бывает за пределами тюрьмы. Теперь, когда он сам освободился, ему очень хотелось увидеть побольше.

Что, если задать ей какой-нибудь более личный вопрос? Естественно, в рамках приличия. Например, что из еды ей нравится, а что – нет. У него бы язык не повернулся спрашивать про размер ее лифчика, хотя он, конечно же, думал и об этом. Ему ужасно хотелось подержать ее сиськи на ладонях, почувствовать их тяжесть… Тело Картера немедленно отреагировало на эти мысли. Хорошо, что парни были заняты работой и его реакции никто не заметил.

У него частенько вставало, когда он думал о ней или находился рядом. Картер любил мечтать, что рано или поздно у них с Персиком все равно до этого дойдет. И одновременно он понимал: она не из таких девушек. Картер не сомневался: если бы он вдруг услышал, что кто-то из мужчин попытался вести себя с Персиком как с «давалкой», он бы отбил этому красавцу не только желание, но и возможность. Без шуток.

А вот его собственная назойливая опека может стать проблемой.

Чей-то голос вырвал Картера из потока мыслей. Он поднял голову. Рядом стоял Кэм.

– Тебя какой-то хмырь спрашивает, – сказал автомеханик, тыча пальцем в сторону входа.

– Кто? – насторожился Картер, отставляя недопитую чашку кофе.

– Я почем знаю? – пожал плечами Кэм. – Спросил тебя. Говорит, по срочному делу.

– Они сначала мотор угробят, а потом требуют, чтобы за полчаса починили.

Картер направился к выходу и вдруг резко остановился. Это был вовсе не заказчик. Человек, дожидавшийся его на тротуаре, носил костюм стоимостью не менее двух тысяч долларов. И этого человека Картеру очень не хотелось видеть. Все приятные мысли о Персике как ветром сдуло.

– Ну здравствуй, Остин Форд.

– Здравствуй, Картер.

Минуту или две они молча разглядывали друг друга. Картер, не отличавшийся терпеливостью, заговорил первым.

– Зачем пожаловал? – спросил он, раздраженно тряхнув головой.

– Ты не отвечаешь на наши звонки, – спокойно, но с изрядной долей надменности ответил Остин.

– Твои отморозки не могли до меня дозвониться, и ты решил потратить свое драгоценное время, притащившись сюда?

– Ничего личного, Картер. Но документы нуждаются в подписании.

Картер достал из заднего кармана пачку сигарет, закурил и глубоко затянулся.

– Документы, как ты их называешь, были составлены без моего согласия, – сказал он, тыча в сторону Остина дымящейся сигаретой. – Цель ясна даже дебилу: уронить меня с доски. Так что, мистер Форд, здесь очень много личного, и это личное называется шантажом, обманом, махинациями и так далее.

Остин поморщился, словно говорил с задиристым подростком.

– Послушай, Картер. У меня и моих коллег хорошая память. Не ты ли постоянно твердил, что в гробу видал эту компанию? Не ты ли говорил, что она камнем висит на твоей шее? Но когда мы предлагаем тебе достойное освобождение от ноши, ты почему-то начинаешь брыкаться.

– Чушь собачья! – резко возразил Картер. – Ты предлагаешь мне исчезнуть с горизонта, поскольку семейство Фордов до жути боится скандала. Как же! Вдруг акционеры WCS пронюхают, что владелец компании – преступник. Вот только по иронии судьбы, если вспомнить всех тех, с кем ты ведешь дела, там такие статьи могут нарисоваться! Моя покажется детской шалостью… Никак Казари забил в колокола?

Остин сощурился:

– Картер, при чем тут слухи? Мы как-никак родственники.

– Только не надо разыгрывать со мной семейную идиллию! – Картер полоснул по нему сердитым взглядом.

Он отшвырнул недокуренную сигарету, и та пролетела в нескольких миллиметрах от левой руки Остина.

– Когда я сел, никто из родственничков по линии Фордов и носа не показал в Артур-Килле. Так что нечего теперь изображать любовь!

Остин примирительно поднял руки:

– Я тебя понял.

– Нет. – Картер стал надвигаться на него. – Ты ни бельмеса не понял. Родство там или не родство, но у меня руки чешутся прямо здесь начистить тебе задницу. Просто из принципа.

Остин не отступил, даже когда Картер оказался с ним нос к носу.

– А тебе не кажется, что это сильно повлияет на твое досрочное освобождение?

– Валил бы отсюда вместе со своим долбаным благочестием, – прошипел Картер. – И нечего смотреть на меня так, будто ты чище монашкиной простынки. Ты знаешь: один мой звонок, несколько слов о твоих сделках с Казари, и федеральные власти мигом обложат тебя со всех сторон.

– А ты что, уже нарыл кучу компромата на Казари и на меня?

Они оба стояли почти вплотную, сердито переглядываясь и не отступая ни на полшага.

– Парни, это у вас игра такая?

В дверях мастерской стоял Макс, скрестив руки на широкой груди. Глаза Остина блеснули в его сторону и тут же снова переместились на Картера.

– Да, Макс, – ответил Картер, продолжая в упор смотреть на Остина. – Мой двоюродный брат уже уезжает.

Остин хмуро кивнул:

– Ты все-таки подумай о моих словах, Картер. До связи.

Он двинулся к своей машине на противоположной стороне улицы.

Картер дождался, когда тот уедет, затем повернулся к Максу. Лицо у него было мрачнее тучи.

– Что понадобилось этому выползку? – спросил Макс.

Картер встал рядом с ним:

– Опять пытался купить меня на отступные.

– И что ты ему сказал?

– Чтобы поискал себе другие занятия, а если не найдет, пусть сам себя поимеет.

– Правильно. Это по-нашему.

Макс одобрительно хлопнул его по плечу. Картер усмехнулся и мысленно приказал себе успокоиться.

Ишь, родственничек выискался. Да что этот гребаный Остин знает о родстве?

Форды – они все такие. Их волновали лишь способы добраться до его денег и упрочить собственную власть. Картер хоть и ненавидел каждый цент, поступавший на его счет в швейцарском банке, но танцевать под фордовскую дудку не собирался. Он не шестерка, чтобы гнуться перед так называемой родней.

В следующее мгновение ему стало не до Остина.

– Черт! Я же совсем забыл!

Картер хлопал себя по карманам, будто что-то искал.