Расставание не для нас - Марианна Лесли

Рейф откинул голову и захохотал так, что маленькая Кэтрин вздрогнула.

Джейк принял невинный вид.

– Но, Лиза, дорогая, ты же сама меня просила…

– Немедленно прекратите! – возмутилась Энн, тщательно скрывая улыбку.

Вскоре в гостиную вошел Бен Торп. Ему предложили торт и кофе, и он только успел сделать первый глоток, когда Рейф начал громко принюхиваться.

– Чем это пахнет? – Он повел носом в сторону Бена.

– Бен, по-моему, это от тебя пахнет. – Он притворился удивленным. – Чего ради ты так напомадился?

Бен подавился куском торта и бросил на Рейфа убийственный взгляд. Щеки Энн порозовели от смущения. Рейф никому, даже Джейку, не сказал о случайно увиденном страстном объятии матери и Бена. Но удержаться и не поддразнить их было выше его сил.

Поднявшись на ноги, Рейф потянул Джесс за собой. С ночи, когда родилась Кэтрин, они с Джесс спали в одной постели, он обнимал ее, говорил о своей любви, но ему не было разрешено выразить ее физически. Это сводило его с ума, но какое это было восхитительное безумие! Его тело все время звенело от желания. Он двигался в розовом тумане радостного возбуждения, которое превращало его ночи в волшебство, а дни в пылкое предвкушение.

Дела в компании по-прежнему шли неважно, но теперь Рейф был уверен, что постепенно они преодолеют все трудности, потому что Джесс во всем поддерживала и подбадривала его.

Обняв жену, он сказал:

– Что ж, пожалуй, нам пора домой.

– Зачем это? – поинтересовался Джейк с ангельским выражением лица. – Пора баиньки?

Не обращая на него внимания, Рейф наклонился к матери, которая укачивала его племянницу, и поцеловал в щеку.

– Пока. Спасибо за торт.

– До свидания, сынок.

Их глаза встретились. Он знал, что мать ищет в его глазах остатки боли, которая так долго наполняла его. Не найдя их, она улыбнулась и повернулась к женщине, которая принесла ее сыну новое счастье.

– Джесс, как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно, спасибо. Рейф обо мне хорошо заботится. Он не дает мне поднимать ничего, тяжелее вилки. – Когда они были уже в машине и ехали домой, она заметила: – Они думают, что я шучу, когда говорю, что ты не даешь мне ничего делать самой.

– Я должен защищать тебя и ребенка. Однажды я чуть было не проглядел вас. Больше никто и никогда не посмеет причинить вам боль.

– Рейф, только ты один можешь причинить мне боль.

– Как это?

– Если когда-нибудь разлюбишь меня.

Он взял ее руку, положил себе на бедро и накрыл своей ладонью.

– Этого никогда не случится.

Лес, окружавший их дом, зеленел весенней листвой. Тюльпаны и крокусы, посаженные Джесс год назад, цвели вдоль дорожки, ведущей к двери.

Войдя, Рейф подошел к стеклянной стене и посмотрел на открывающийся вид.

– Я люблю этот дом.

– Я знала, что ты полюбишь его.

Он повернулся и обнял жену.

– Я люблю его почти так же сильно, как тебя.

– Почти?

Он расстегнул ее блузку и сдвинул ткань в сторону. Его руки погладили шелковистую кожу.

– У тебя есть некоторые преимущества, с которыми трудно соревноваться…

После долгого поцелуя она прошептала:

– Сегодня утром доктор дал зеленый свет.

Рейф резко вскинул голову.

– Ты имеешь в виду, что мы можем…

– Если будем осторожны.

Он подхватил ее на руки и побежал по лестнице, перескакивая через две ступеньки.

– Почему ты мне раньше не сказала?

– Потому что мы были приглашены на день рождения Кэтрин.

– И потеряли два часа. – Положив ее на постель, он стал срывать с себя одежду. Она помогала ему смеясь. Когда он совсем разделся, протянула руку и погладила его. Он застонал и с рекордной скоростью избавил ее от одежды, потом положил голову ей на живот и поцеловал. – Как там мой ребеночек?

– Хорошо. Растет во мне.

– А ты как?

– По-сумасшедшему счастлива и безумно влюблена.

– Господи, я тоже. – И он влажно поцеловал ее в губы.

– А-ах, – выдохнула она, выгибаясь навстречу.

Наслаждение от слияния их тел было просто оглушительным. Рейф захлебывался в сверкающих волнах экстаза, ритм которых совпадал с темпом ее нежных, пульсирующих сокращений.

А в глубине его сознания, над всем этим сладостным счастьем, отчетливо звучала мысль о том, что жизнь прекрасна, что ему нравится жить… И любить Джесс, свою жену.