Современные методы управления погодой - Евгения Пастернак

– Очень хорошая машина, – мама решила пресечь зарождающийся семейный скандал, – большая. А там вентилятор есть?

– Обижаешь! Кондиционер. Прошу в салон!

После небольшой неразберихи (мама с Катей уступали друг другу место рядом с водителем) все расселись, я врубил кондишн на полную мощность и резко стартовал.

– А можно чуть потеплее? – спросила Катя через две минуты. – Машка простудится.

Я ослабил морозильник и уточнил:

– Теперь видишь, какая лапушка?

– Конечно, – ответила моя радость и обернулась к маме и Маше. – Ирина Петровна, так, значит, детей там много?

– Очень, – отозвалась мама. – Сережа, давай чуть помедленнее. Там рядом пруд, но очень мелкий. Я обязательно вместе с Машенькой буду ходить…

Оставшуюся часть пути я был одинок. Беседа велась исключительно между пассажирками. Правда, Машка к середине пути уснула, устав смотреть на бесконечную рекламу вдоль дороги. Маршрут я знал хорошо, навыки экстремального (то есть московского) вождения еще не совсем потерял, поэтому получил возможность немного подумать над ситуацией.

Последние годы я жил один. Поначалу это было здорово – впервые после двадцати пяти с гаком лет совместного с кем-нибудь проживания почувствовать свободу. Можно было не застилать постель, мыть пол по зову сердца или по настоятельной необходимости. Можно было читать за едой и пить пиво в ванне.

Но и плохого хватало. Хуже всего было болеть. Даже в самые повальные эпидемии я редко сидел дома дольше двух дней. Какой смысл валяться в кровати, если даже чай с малиной сам себе подаешь. Как там у Жванецкого? «Встать, одеться, приготовить, раздеться, лечь и выпить». И тоска иногда. И зависть к женатым друзьям, которых с корпоративных пьянок развозят верные – хотя и злые – супруги.

Словом, по всему выходило, что пора назад в ярмо. Семейный я человек, как ни стыдно в этом признаваться.

И – честное слово! – стыдно не было. Было хорошо и спокойно.

* * *

На даче все и правда оказалось очень мило. Старый участок, огромные деревья, уютный дом. Машка освоилась мгновенно, учитывая, что детей вокруг и правда было много. Они тут же прибежали, прикатили, прискакали к дому и стали знакомиться. Машка немного постеснялась для приличия, а потом убежала гулять.

Вечером мы с Сергеем отправились в обратный путь, хотя возвращаться из этого рая обратно в душный и пыльный мегаполис страшно не хотелось. Сергей был какой-то озабоченный.

– Ты чего такой серьезный? – спросила я.

– Да вот, думаю, куда эту красавицу на ночь поставить. Нельзя ее под окном оставлять, никакая сигнализация не спасет.

– А тебе ее когда вернуть нужно?

– Куда?

– А где ты ее взял?

– В салоне.

– В каком?

– На Варшавке.

– Подожди, я ничего не понимаю. Ты ее на сколько взял?

– Ну, пока не надоест.

– Как так? А ты что, какой-то залог внес?

– Почему залог. Всю сумму.

– Всю сумму за что?

– За машину. Катенька, милая, я ее купил. Это моя машина.

– Ты ее что? – Я одновременно подавилась и облилась соком. – Она что, новая?

– Новехонькая. Правда, лапочка?

– Лапочка.

Я повторила совершенно машинально. В голове был полный кавардак.

– А ты когда ее купил?

– Да сегодня утром. Я же тебе сказал, что пошел за машиной!

– Ты вот так просто с утра пошел в салон и купил новую машину?

– Но ты же сама просила отвезти вас на дачу!

Я три раза подряд открыла и закрыла рот. Женщина-любовница активно боролась во мне с женщиной-почти-женой.

Вот ведь в чем парадокс: если я любовница, то этот поступок – просто мечта. Дорогая, любой каприз! Но если мы собираемся и дальше жить вместе, то эта покупка – полный бред.

Во-первых, он со мной не посоветовался, во-вторых, нам сначала нужно решать вопрос с квартирой. Зачем было тратить такие бешеные деньги на новую (!) машину из-за того, что я просто забыла, что он продал свою старую! Съездила бы Машка на автобусе, не конец света! Да за эти деньги ее даже в Москве можно было весь сезон на дачу на такси возить!

Но чем больше я об этом думала, тем больше восхищалась. Сергей все-таки поразительный мужчина! Как только я думаю, что уже все о нем знаю, он выкидывает что-то такое…

– Спасибо тебе.

– За что? – не понял поразительный мужчина.

– За все. И за машину тоже.

– Да ладно… – засмущался Сергей и тут же сменил тему. – Тебе не кажется, что дымом пахнет?

– Кажется. Только я не понимаю, что это жгут. Листья вроде рано. Может, пожар?

– Сейчас приедем домой, и будет пожар.

Сергей очень плотоядно облизнулся. И слово сдержал. Казалось, что все повторяется, как год назад. Сентябрьская выставка – бессонные ночи.

Вечером я позвонила своей однокласснице Наташе, и мы пошли к ней в гости устраивать вечер воспоминаний. Насмеялись страшно, слово за слово начали рассказывать нашу теорию управления погодой. Наташа слушала внимательно.

– То-то на улице жара такая. Слушайте, мы в следующие выходные собрались за город ехать, на пикник. Организуйте хорошую погоду.

– Не вопрос! Это мы запросто. Если сил хватит, – бодро заявил Сергей.

Утром нас разбудил телефонный звонок.

– Ну что, перестарались? – раздался ехидный голос Наташки.

– Чего?

– В окно посмотри.

Я посмотрела. И ничего не увидела.

– Это что, туман?

– Нет, дорогуша, это смог. Торфяники горят. То-то мне последнее время казалось, что дымом пахнет… Вы там поосторожнее, хватит на сегодня. А может, вас поссорить?

– Ой, не нужно. Наводнение начнется.

Трубку я положила, испытывая самые противоречивые чувства.

– Сергей, там торфяники горят.

– Это у тебя отговорка такая, вроде «голова болит»?

– Да нет. Они правда горят.

Сергей открыл глаза и посмотрел в окно. Желание заниматься любовью у нас синхронно пропало.

* * *

На даче было хорошо. Мы немного побродили по околицам, убедились, что Маше здесь есть с кем провести время, вежливо отбились от родительских приглашений переночевать (у нас были свои планы) и двинулись назад.

Перед выездом я успел вымыть свою машинку, но в дороге она стремительно покрывалась каким-то странным нагаром. «За ночь она совсем копченая станет!» – подумал я и напрягся: сигнализация спасет от угона, но не от пьяных придурков или просто идиотов, которые обязательно поцарапают мою лапочку, когда будут парковаться. Придурков у нас куда больше, чем угонщиков.