Идиллия в Оксфорде - Софи Уэстон

Пеппер улыбнулась через силу. Стивен снова был похож на пирата. Его темные волосы выглядели так, словно их разметал ветер с Карибского моря, а его подбородок покрылся густой щетиной. Теперь он уже не казался учтивым и цивилизованным. Зато ужасно сексуальным. И совершенно, совершенно не ее уровня.

Пеппер вежливо объяснила:

– Я бы хотела быть нормально одетой, когда появится твоя домработница, если ты понимаешь, что я хочу сказать.

«Господи, как же вычурно это звучит. Вчера я раскрыла свое сердце перед этим мужчиной, а сегодня разговариваю с ним, словно с одним из гостей моей бабушки!» В это мгновение Пеппер ненавидела себя до глубины души. Но ничего не могла с собой поделать.

Стивен покачал головой, его темные глаза искрились смехом.

– Пора объясниться. У меня нет домработницы.

– Да? А кто же тогда присматривает за… э… – Она не могла вспомнить имени девочки. В голову приходило лишь то, что ее зовут не Дженис.

Смех исчез из его глаз.

– Уиндфлауэр, – подсказал Стивен. – Я сам. А тебя это беспокоит?

Пеппер вздрогнула.

– Нет. Конечно, нет.

Он пристально посмотрел на нее.

– Ты же знаешь, что ее здесь нет. Она ночует у подружки. Можешь не опасаться, что вам придется встретиться лицом к лицу за завтраком.

Пеппер сглотнула. Такого ужасного утреннего прощания у нее никогда еще не было.

– Завтрака не будет, – объявила она таким жизнерадостным голосом, что, будь она на месте Стивена, ей бы захотелось ответить пощечиной. Ее понесло. – Я могу поджарить тебе тосты и сварить кофе, но если хочешь чего-нибудь существеннее, управляйся сам.

Тут уж Стивен прекратил ходить по комнате и взглянул на нее, прищурившись. Пеппер заметила, что дружелюбное выражение сползло с его лица, словно высыпавшийся из песочных часов песок.

– Мне следовало понять это сразу. Богатые девочки не утруждают себя готовкой?

– Я уже не богатая девочка, – едко ответила Пеппер.

– С виду не скажешь, – огрызнулся Стивен. Он подошел к ней и схватил ее за плечи. Его руки были нежными, но в глазах, прикипевших взглядом к ее лицу, нежности не было. – Что случилось? – тихо спросил он. – Я ложился в постель с распутницей, а встал с недотрогой.

Распутница! Пеппер захотела умереть, так ей было больно.

– Не беспокойся о костюме, – пробормотала она, – я сама его принесу, – и пулей вылетела из комнаты.

Вскоре он столкнулся с ней на кухне. Она поставила варить кофе. А волосы стянула в такой тугой узел, что глаза слезились. Блузка сильно измялась, так что пришлось надеть пиджак, чтобы это скрыть.

Стивен стоял в дверях и пытался привыкнуть к изменениям в ее внешности.

– Уже уходишь? – сухо поинтересовался он.

Она отвела глаза.

– Что-то не так?

– Как мило с твоей стороны задержаться на минутку, чтобы сварить кофе. Обязанности превыше всего.

Пеппер улыбнулась с таким усилием, что у нее заныла челюсть.

– Я рада, что смогла тебе угодить.

– Да? – Он шагнул к ней. – Не похоже, чтобы ты радовалась. Что случилось, Пеппер?

Если бы он хотя бы прикоснулся, возможно, ее защитные стены упали бы, и ужасные сомнения выплеснулись бы наружу. Возможно. Но он не притронулся к ней. Он глядел на нее, не понимая, что происходит, и Пеппер подумала: «Другие его женщины вели себя иначе». Это стало последней каплей.

Она отвернулась.

– Ничего особенного. Просто мне пора на работу. Вчера я слишком много времени зря потратила. – Она неестественно рассмеялась. – Не знаю, что на меня нашло. Вчерашний день был ошибкой.

Стивен застыл, как изваяние.

– Ясно.

Черт!

– Я не это хотела сказать.

– А по-моему, именно это.

– Ну, не совсем. – Пеппер колебалась, слова сами рвались наружу. – Я не сплю с незнакомцами.

Его глаза вспыхнули.

– Думаешь, я сплю?

– Я не знаю, что ты делаешь, – с болью сказала она.

Стивен шагнул вперед.

– Все дело в этом?

– Все дело, – ответила Пеппер в тумане отчаяния, – во мне. Я такая, как есть. И я сплю одна.

Он остановился, словно наткнувшись на стену.

– Слушай, Стивен, я всегда знала, что у меня есть цель в жизни. Моя карьера. Я не сближаюсь с людьми. И не могу позволить себе свернуть с выбранного пути. И я…

Стивен поднял руку.

– Дальше можешь не объяснять.

– Но я хочу рассказать…

– Что? – От его улыбки веяло холодом. – Ты не можешь позволить себе свернуть с пути. С тобой все ясно.

Пеппер скрипнула зубами.

– Ты все усложняешь.

Стивен схватил со стола батон хлеба и запустил им в кофеварку. На пол полетели брызги ароматной жидкости и осколки стекла.

– Стивен!

– Извини, – сказал он. – Продолжай. Ты говорила о том, что я все усложняю.

Пеппер была в ужасе. Что она натворила? Вот что бывает, когда играешь, не зная правил. Внутри у нее все дрожало. Забрызганная кофе кухня была похожа на поле битвы.

– Это не честно, – с жаром воскликнула она. Хотя и сама себе не верила.

Стивен тоже не поверил.

– Что именно? Если ты хочешь, чтобы я извинился за то, что занимался с тобой любовью, то слишком долго ждать придется.

– Прошу тебя… – Но больше ни одного звука не последовало.

– Ты можешь сказать мне одну вещь?

Пеппер беспомощно развела руками.

– Ты всех своих любовников отправляешь в отставку под утро?

Их взгляды встретились. Казалось, он ее ненавидит.

Девушка почувствовала, что ее сердце проваливается в полнейшую, холодную пустоту. И мысль о том, что она сама виновата, ничем не могла ей помочь. И тогда Пеппер сдалась.

Она убежала.