Эта дурацкая любовь - Валерия Иванова

Подъехала к дому Истефеевых старших. На крыльце горел свет. В голове мелькнула мысль, может, переставить машину Дани. Чтобы завтра вопросов лишних не было. Но я решила вести себя, как взрослый человек и не стала переставлять машину. И вообще завтра на ней поеду на съемки. Буду молиться всем богам, чтобы по дороге меня не остановили сотрудники ГАИ. А если остановят… Скажу правду. Даниил меня выкрал, я от него сбежала. Вот.

Аккуратно зашла в дом, было так тихо. Посмотрела на большие старинные напольные часы, уже начало второго ночи. Боже, что обо мне подумают родители Дани… Ладно, спокойно. Я ничем таким не занималась, дети под присмотром.

Стараясь не шуметь, вымыла руки, и зашла в комнату детей. Они спали, как ангелочки. Поцеловала их в темные макушки. Как я по ним соскучилась, сил просто нет. Вот просто готова взять и разбудить. Но, конечно, делать этого не буду. Такой горький опыт уже имеется.

Вышла из спальни детей и направилась к комнате, которую выделили для меня Лев и Анжела. В комнате было темно. Я зажгла свет и едва не закричала. На моей кровати кто – то лежал. Когда немного успокоилась, поняла, что это Джек. Так и заикой остаться можно.

Подошла ближе и начала тормошить парня.

 –  Дже – е – ек, вставай.

 –  Еще пять минуточек,  –  простонал этот несчастный.

Ладно, дам ему «пять минуточек». Взяла пижаму и направилась в душ.

Вернулась в спальню, и легла рядом с Джеком. Я так устала. Только сейчас поняла.

 –  Джек, подвинься и дай мне одеяло.

 –  Лия? – парень приподнялся, и посмотрел на меня.

 –  А что, не похожа? – хмыкнула в ответ.

 –  Ты когда пришла и сколько сейчас времени? – широко зевнул и наконец – то подвинул свои кости в сторону.

 –  Не знаю,  –  пожала плечами,  –  Наверное, половина второго,  –  Джек громко присвистнул, а я поднесла палец к губам, показывая, чтобы был тише.

 –  Вот это мать загуляла. Ну, рассказывай! Ты мне поесть принесла? – спросил друг, я лишь закатила глаза.

 –  Не принесла. Все было классно. Знаешь, Кирилл оказался совсем не таким, каким я себе представляла. Нормальный такой мужчина, адекватный и простой, насколько это возможно в его профессии. Мне так легко с ним было. Я так смеялась над его историями. А потом…,  –  я сделала драматическую паузу. Кузя аж сел на кровати в нетерпении.

 –  Ну, что потом – то?

 –  Приперся мой благоверный, чтоб ему жилось хорошо.

 –  Даня? – удивился друг.

 –  Насколько я знаю, то других благоверных у меня нет.

 –  Мать, ты должна все мне рассказать!

Дважды меня уговаривать не пришлось. Я начала свой рассказ.

 –  Ты оставила его # цензура знает где, ты серьезно? – Джек так смеялся, что мне пришлось накрыть его рот подушкой.

 –  Тише ты,  –  прошипела на парня,  –  А нечего вести себя, как неандерталец. Прогулки на свежем воздухе полезны для мозга.

 –  Ну да, об этом ему и скажешь, когда он будет тебя душить,  –  снова захохотал друг, я лишь фыркнула.

 –  Так вы что теперь вместе? Супружеский долг и все такое? – парень поиграл бровями.

 –  Какой долг, ты чего несешь? Он сказал, что будет ухаживать. Вот пусть ухаживает, а дальше я посмотрю.

 –  Угу. Сегодня ты показала железную выдержку, Анелька. Я так тобой горжусь.

 –  Ой, да замолчи ты,  –  треснула Джека по голове подушкой.

 –  Все давай спать,  –  сказала зевая и тут же закуталась в одеяло по самый нос,  –  Мне завтра рано вставать. Кстати, разбуди меня пораньше. Хочу завтрак детям приготовить.

 –  Ок. Сладких снов.

 –  И тебе того же.

Я только закрыла глаза и тут же провалилась в сон.

… Проснулась в отличном настроении. Джеку даже будить меня не пришлось. Хотя, он бы и не смог, дрых без задних ног. Взяла с прикроватного столика телефон парня и посмотрела на время – семь утра. Отлично. На репетицию мне к одиннадцати.

После утренних процедур спустилась вниз на кухню. В доме снова тишина. За дни проведенные здесь, я уже знала, что хозяева спускаются к завтраку около начала девятого. Значит, у меня есть время.

Открыла холодильник и прикинула, что такого я могу приготовить… Чтобы не опозориться. Мда, готовка – явно не мой конек. Ну ладно, яичницу с колбасой трудно испортить. Я принялась за дело.

Мысли постоянно крутились вокруг Даниила. Как он добрался, все ли хорошо… Блин, все же не стоило оставлять его там одного. А вдруг в том лесу дикие животные и сейчас приехали криминалисты, а от Истефеева остались лишь кости…

Я так себя накрутила, что когда на кухню вошла Анжела и поздоровалась со мной, я закричала.

 –  Боже,  –  приложила ладонь к сердцу,  –  Как Вы меня напугали.

 –  Прости,  –  виновато сказала женщина,  –  Я звала тебя несколько раз, но ты не реагировала.

 –  Просто не услышала, видимо, из – за шкварчания яиц,  –  тут же соврала,  –  Доброе утро.

 –  Доброе, Анелия. Что ты там готовишь?

 –  Омлет с колбасой,  –  виновато пожала плечами. Анжела прекрасно готовит и на завтрак у нее столько блюд всегда… Ну, что поделать.

 –  Тебе нужна помощь? – спросила мать Дани.

 –  Порежьте, пожалуйста, овощи и хлеб.

Женщина кивнула и, взяв дощечку, стала все нарезать.

 –  Как вы вчера сходили в цирк?

 –  Ой, отлично. Дети были в таком восторге! Я тебе фотографии потом покажу. Мы там с дикобразом и пони сфотографировались. А еще их на качели к куполу поднимали, я чуть не поседела от страха.

Анжела говорила и говорила. И мне нравилось ее слушать. Она такая легкая и открытая. За разговорами мы и не заметили, что на кухне мы уже не одни.

 –  Доброе утро,  –  сказал до дрожи знакомый голос.

 –  Данечка, сынок, ты как раз к завтраку.

 –  Как чувствовал,  –  сказал Истефеев и поцеловал маму в щеку.

 –  Жена,  –  наклонился ко мне с намерением поцеловать в губы. Каков нахал! Я едва успела подставить под его губы щеку. Мужчина хмыкнул. Анжела все это время хитро смотрела на нас.

Я перевела взгляд на Даниила. Мне нужно было убедиться, что с ним все хорошо. Вроде, все нормально. Две руки, две ноги и голова с опилками. Даня весело мне подмигнул, а я показала ему язык и тут же отвернулась.

 –  Даня, что – то ты какой – то уставший, сынок. Опять работал допоздна? – подала голос Анжела, а я едва не прыснула со смеха.

 –  А Даня у нас решил спортом заняться, по вечерам ходит не меньше двух часов,  –  с улыбкой сказала я.

 –  Не меньше трех,  –  недовольно проворчал Истефеев, его взгляд не предвещал ничего хорошего.