Эта дурацкая любовь - Валерия Иванова

Анелия

Завтрак прошел… Спокойно. Я постоянно ждала какого – то подвоха, но его не было. Дети обрадовались, увидев своего папочку. Наперебой рассказывали о походе в цирк и своих впечатлениях. Даня внимательно слушал и улыбался. Он пообещал, что скоро проведет весь день с ними.

Пришло время собираться на репетицию. Я поднялась наверх, чтобы переодеться и привести себя в порядок. На все про все мне понадобилось минут двадцать. Я решила не заморачиваться, надела джинсы и кофту, все равно переодеваться. Взяла сумку с формой и спустилась вниз.

Истефеев все еще был здесь.

 –  Все, мамочка уходит, быстро обнимашки – целовашки,  –  сказала детям и опустилась на корточки. Мелкие тут же подбежали и крепко, насколько хватило сил, обняли меня.

 –  Мы будем скучать, мамочка! – сказала Тая.

 –  Я тоже, мои хорошие. Но вам будет весело с бабушкой, дедушкой и Джеком, правда?

 –  Да! Мы сегодня идем … Идем… Я забыл куда идем, но куда – то идем,  –  важно сказал Филипп.

 –  Потом расскажите куда ходили,  –  с улыбкой ответила я. – Все мои сладкие, я пошла.

Я опустила руки и такое чувство, что детей от сердца прям оторвала. Все, сегодня весь вечер проведу с ними!

 –  Лия, подожди, я тебя подвезу. Папа тоже уходи,  –  сказал Даня, вслед за мной обнимая детей.

Я хотела сказать, что не нужно меня подвозить, сама доберусь. Но пришлось сдержаться. Все же решила дать ему шанс.

Мы с Даниилом вышли из дома. Я порылась в сумочке, нашла ключи и протянула мужчине.

 –  Вот, возьми,  –  он лишь головой покачал.

 –  Не нужно, будешь ездить на машине сама.

 –  А ты?

 –  А я на этой,  –  кивнул в сторону легковой машины. Красивая такая, что за марка интересно, отсюда не разобрать.

 –  Хочешь, поменяемся? – весело спросил, заметив мой интерес. А я задумалась. Обнаглеть вкрай или нет. Решила, что могу себе позволить.

 –  Да, было бы неплохо. А то я не привыкла управлять джипом. Он слишком большой, я не чувствую габариты.

Мы обменялись ключами, и Даня повел меня к Джипу.

 –  Надеюсь, вчера ты хорошо их чувствовала,  –  сказал Истефеев. Я лишь фыркнула. Мужчины и их игрушки.

Села на пассажирское сиденье, пристегнула ремень.

 –  Иди сюда,  –  услышала требовательное сбоку от себя. 

Даня пятерней взял меня за скулы и поцеловал. Так крепко, с упоением, немного грубовато, с жадностью. И мне это безумно понравилось. Внутри начали взрываться разноцветные фейерверки. Я упивалась, наслаждалась нашей близостью. Мне казалось, что кроме нас, наших губ и жадных касаний, больше ничего нет.

Эти безумие. Так и сходят люди с ума. Его запах… Заставляет терять голову. Я уже почти сидела на коленях Истефеева. А он, пользуясь моментом, запустил мне пальцы в волосы, гладил по спине, плечам, оставлял горячие, чуть влажные поцелуи на шее. Простые касания, а я вся в огне.

Одежда. Кто придумал ее? Она же только мешает. Хочу почувствовать Даню. Кожа к коже. Я потянулась к рубашке мужа и расстегнула пару первых пуговиц…

И тут кто – то постучал в окно машины. Я так испугалась, попыталась отскочить от Даниила, зацепилась коленом о рычаг и едва не полетела на пол.

Стук повторился. Я спрятала горящее лицо в ладонях. Услышала голос Льва Юрьевича.

 –  Дети, вы либо уезжайте, либо через черный вход идите в спальню на втором этаже. А то мы с детьми через пять минут хотим выйти во двор,  –  голос мужчины был невозмутим.

Боже, пожалуйста, пусть разверзнется земля подо мной, и я провалюсь! Чувствовала, что от стыда у меня начали пылать не только щеки, но и все тело.

 –  Мы как раз хотели уезжать,  –  ответил Даня, а голос хриплый.

 –  А я – то думал, что вы что – то другое хотели сделать,  –  хмыкнул Истефеев старший.

 –  Иди в дом, отец, тебя дети ждут,  –  твердо сказал Даниил.

 –  Иду – иду. И Даня…,  –  Лев выдержал драматическую паузу и окончательно добил,  –  Ты бы спрятал шею. Взрослый мужик же, глава компании и с такими узорами.

Все. Упасть ниже просто нельзя. Почему все происходит именно со мной? Как я после этого посмотрю в глаза Льву Юрьевичу? Мне надо позвонить Джеку и сказать, чтобы он собрал все наши вещи. Я в этот дом больше не вернусь.

 –  Он ушел.

 –  Боже,  –  простонала я,  –  Какой кошмар, какой позор! Что твой отец подумал… А ты что не мог спрятать эти засосы?! – прошипела в конце.

 –  Теперь я виноват? – Даня приподнял бровь и весело посмотрел на меня. – Это твоих губ дело.

 –  Замолчи!

 –  Ничего отец не подумает, Анелия, хватит себя накручивать. Мы муж и жена, в конце концов.

 –  В конце концов,  –  передразнила мужчину,  –  Давай поехали уже! Не хватало еще опоздать.