Бабочка на запястье - Анель Ромазова

Я заталкиваю упаковку молочки и снеки без глютена. Грызу хрустящую корочку, запивая латте, когда перед моим носом виснут полоски черных трусиков. Моих же, между прочим.

— Это что? — спрашивает, натягивая между пальцами и рассматривая детальку интимного гардероба.

— Ну-у-у, их как бы надевают под низ. Я тебе удивляюсь, с виду такой умный, а элементарного не знаешь. — Вавилов теряет дар речи от моей наглости, или сдерживается. Я внутренне ликую, все — таки надеясь на первое.

— То есть, ты сейчас без них? — оставив первоначальный вопрос, что они делали на фикусе, концентрируется на другом.

— Ну, да, — с восторгом ловлю его замешательство. Умалчивая о том, что на мне другой комплект. Выжидающе смотрю, что он выдаст

— Одевайся, съездим в торговый центр.

Пулей несусь наверх, пока он не передумал и собираюсь за пару секунд. Дамир уже ждет меня у двери, и подозрительно оглядывая внешность.

Видок конечно трешовый. Мятое худи и модное пальто. Сочетаем, не сочетаемое. Знал бы он про ажурное бра, сломал свой мозг.

Сам он в утепленной джинсовке и белом свитере под ней. А еще, кофейные брюки. На голове черная шапка с отворотом. В общем весь неприлично красив.

А я, в сравнении, выгляжу как неформал. А ведь могла спокойно собраться, когда предлагали, укоряю себя по пути к лифту.

— А нам же вроде как нельзя

— На квартиру и только тебе, на меня не распространяется, — хмыкает, нажимая первый этаж, я пожимаю губы и закатываю глаза, прося у бога терпения.

Всю дорогу отстраненно смотрю в стекло.

— А что у тебя за проблемы с поцелуями? — прерывает молчание.

— Никаких — огромных трудов, стоит сдержаться, и не задать интересующее, хотелось бы ему меня поцеловать.

Ну, в губы, то есть, остальное он уже пробовал. Непроизвольно хихикаю, Дамир косится непонимающе. Сожалеет наверно, что не может пробраться мне в голову.

— Я заметил. Почему целовать нельзя? — продолжает допытываться. Автострада слегка подвисает на пробке и Дамир, непринужденно развалившись, забрасывает руки за голову, коленями удерживая руль.

— Поцелуи без любви, это как курить не в затяг, — выдаю, тоном мудреца познавшего жизнь.

— Странная беличья философия. Ты же не куришь, как понимаешь разницу?

— Доношу тебе на языке роботов, — снова многозначительный взгляд, в котором я тупая белочка и мозгом размером с орех, — Ты можешь, руль нормально держать, — обеспокоено высказываю, когда скорость повышается. Слушается, только после того, как я сама хватаюсь за баранку.

Витрина бутика привлекает внимание уютной овечьей шкуркой светло-бежевого цвета и белый комбинированный рукав. Удлиненая, теплая демисезонка. У меня в Питере, почти такая, только однотонная и темнее. В пальто ходить зябко, да и со спортивками смотрится, очень не очень. А до нормального гардероба, я еще неизвестно когда доберусь.

— Вавилов, хочешь искупить свою вину? — произношу, с явным подвохом, для него естественно.

— Ну, допустим, — отвечает с паузой, мои глаза с хитринкой не внушают ему доверия.

— Купи чебурашку.

О, боже! Свершилось!

Силюсь, не подпрыгнуть. Такой знаменательный момент, жаль, телефона нет. У Дамира на лице ошеломление. Правда быстро проходит, но все — таки было. Тоже считается.

— Даже, боюсь представить, зачем он тебе, — ржет аморальная сволота. Так и знала, что выходка в душе, прилетит ответно — Я настолько плох? — без тени сомнения гад. Сказать бы, что были и лучше. Но врать себе, я не умею.

— Ужасен, а Чебурашка, это такая шубка. Вон, как на витрине — вздернув бровь вверх, скептически смотрит на меня.

Не шуба из цельного меха, мне такие вещи нравятся. Для него это не стандарт. Я даже неловкость испытываю рядом с ним. А еще, каким взглядом нас меряют продавщицы. Я, не считаю себя страшненькой, да и бирочки на одежде, не с китайского рынка, но рядом с Дамиром теряюсь, как и моя шутка.

— М-м-м, ясно. А к ней, для комплекта, сумочка из крокодила Гены, чтобы не разлучать друзей

— Это уже по желанию. Хочу заметить, что для пошива этой модели, не один чебрик не пострадал, — умничаю, хватаю пушистика и убегаю в примерочную.

Надеваю, кручусь, распускаю волосы. Такой образ для меня привычен. Практически без мейка. Без пафоса. Стильно и очень удобно.

— Зеленые будут в восторге — лениво прислонившись к перегородке, ухмыляется, как всегда с холодком в голосе.

— А ты? — не отрицаю того, что мне очень хочется ему понравится. Глупо, не спорю, но удержаться это выше моих сил.

— А я, оставлю эмоции для нижнего белья.

— Можно подумать, тебе его кто-то покажет.

Давит на меня взглядом, по смыслу подходит только одно: Можно подумать, меня будет кто-то спрашивать.

На подходе к кассе, растерянно выворачиваю карманы. Я же точно помню, что кинула карту сюда перед входом. Ее нет. Расстегиваю рюкзак, когда боковым зрением замечаю

— Дамир, не надо. Я пошутила, сама заплачу.

Блин, неудачно конечно, но теперь уже не отмотаешь.

— Упс — нахально улыбается, прикладывая телефон к терминалу и махая моей картой перед носом — Это потеряла?

Да как он успевает, все делать незаметно.

— Давай сюда и телефон, я тебе верну деньги.

Неловкость теперь мой постоянный спутник. Преследует с первого дня знакомства. Дополняю свои щеки пунцовым румянцем и недовольно пыхчу.

— Можно шоу не устраивать. Я бы тебе один хрен, не дал рассчитаться. Дыши глубже и принимай мои извинения, спокойно.

Обсуждать и Вавилов не встречались. И как ему втолковать, что брать подарки у чужого мужчины, это как бы подозрительно. С учетом того, что у нас был секс вдвойне.

Глава 27

Мерить нижнее белье, я не решаюсь, просто хватаю все необходимое, сверяя по ярлыкам размер. Бросаю на стойку, и не дождавшись, выхожу из магазина.

Жутко неудобно от этой ситуации, но заводить разговор по поводу денег, нет ни какого желания. Прекрасно знаю ответ. К тому же цирк посреди многолюдного мола, это в моем положении рискованно.

С разочарованием вожу глазами по витринам. Не то чтобы я шопоголик, с вещами действительно промах.

— Что еще нужно? — наигранно терпеливо спрашивает Дамир.

Можно было пару джинс и свитера. Но, блин, карту мне так и не вернули.

— Да нет, все. — слышу, как неубедительно звучат мои слова.

Дамир раздраженно вздыхает.

— Можно обойтись без выпендрежа. Быстро взять необходимое и свалить отсюда. Терпеть не могу магазины.

Признаваться в таком, было очень опрометчиво. Злорадство, полноправным хозяином, размещается во мне. И я этого не скрываю.

— Ах, вот, где твое слабое место, — направляю в него указательный палец, — Шопинг, — моргаю соблазнительно ресничками