Будь моим Брейшо - Меган Брэнди

Я понимаю.

Я пытаюсь вернуться внутрь, подальше от кого-то, кому не доверяю, и кто не доверяет мне, но мои ноги не двигаются.

Я сдерживаю стон и роюсь в рюкзаке, доставая полкосяка.

У меня уже закончился второй урок, что еще осталось?

Хлои требуется секунда, но потом она оглядывается.

Ухмылка дергается на ее губах, и она пожимает плечами, отталкиваясь от стены.

Иду следом за темноволосой Барби к ее кабриолету и забираюсь внутрь.

Она регулирует зеркала, пока опускается крыша, и заводит машину.

— И три, два…

Ее телефон звонит. Она смеется и отвечает, подмигнув мне.

— Детка, — звучит из динамиков глубокий и сиплый голос Мака.

— Детка, — подражает она его тону, выруливая с парковки.

Я достаю зажигалку из сумки, держу пламя на конце косяка, перекатывая его в пальцах, чтобы убедиться, что он одинаково разгорелся.

— Не заставляй меня отшлепать твою задницу, красотка.

— Это должно было заставить меня повернуть назад? — смеется Хлои. — Об этом речь?

Мне хочется закатить глаза, но вместо этого я слегка улыбаюсь.

Она беззвучно смеется, когда Мак рычит.

— Встретимся у меня дома через пару часов. Папы не будет до шести.

— Идет.

Он отключается, и мы обе смеемся.

— Единственный плюс от того, что папа работает в школе, — я больше времени бываю дома одна. — Она смотрит с ухмылкой, протягивая руку, и я передаю ей косяк. — Так я слышала, что ты украла вещи Эмбер той ночью на складах.

— Она пыталась украсть мое, — пожимаю плечами.

— Думаю, так и было, — она громко смеется. — Тебе стоит заложить сумочку, это лимитированная коллекция «Картье». Она дорогая.

— Она уже ни черта не стоит.

Хлои смотрит на меня.

— Я бросила ее в костер вместе со всем содержимым.

У нее отвисает челюсть, но затем она смеется, и напряжение между нами рассеивается.

Проехав еще немного, Хлои заезжает на небольшую парковку. Мы молча сидим несколько минут, курим, размышляя, пока она не спрашивает:

— Они знают?

Она натянуто улыбается, и меня охватывает беспокойство.

— Знают что?

— Мой отец был главой безопасности, Виктория, — говорит она мягко. — Если есть вещь, которой я научилась, то это подглядывать и не быть пойманной. Я видела дерьмо, о котором парни не знают. Как ты думаешь, я оставалась в любимицах, пока Рэйвен не появилась? Дам тебе подсказку — не потому что я им нравилась, я была полезной.

— Говори уже, Хлои.

— Мэллори, — немедленно выдает она.

Мой пульс бьется в висках, и я поворачиваюсь к ней лицом, чтобы попытаться скрыть это.

— А что с ней? — Мой голос прозвучал грубее, чем мне хотелось.

Хлои грустно улыбается, как будто знает, что я обречена.

— Они знают, что ты сделала?

Твою мать.

— Хлои… — я осекаюсь, качая головой. — Ты…

— У всех нас есть секреты. Просто некоторые из них больше других.

— Да? — огрызаюсь я, борясь с давлением в груди. — И какой твой секрет?

— Ты заметила, как я взяла у тебя косяк, повертела между пальцами и вернула обратно?

Я хмурюсь.

— Я не сделала ни единой затяжки. — Ее взгляд падает на руль, прежде чем вернуться ко мне. — Тройнички это весело, но теперь я беременна. — Она слегка улыбается уголком губ, и слезы наполняют ее глаза. — И понятия не имею, кто отец.

О. Черт.

Остаток дня — сплошное размытое пятно и, прежде чем я замечаю, на улице темнеет. Луна не собирается выходить, спрятавшись за плотными облаками, так что грунтовая дорога становится совсем черной. Я двигаюсь по ней в полной темноте.

Я продолжаю идти вперед и с удивлением обнаруживаю, что Мэддок вышагивает по подъездной дорожке, когда мои ноги выходят на бетон.

Он настолько ушел в себя, что не слышит, как я подхожу.

— Привет.

Он оборачивается, жесткий взгляд на своем месте, но его глаза немного безумны.

— Я думала все уже спят.

Он проводит рукой по рту, а затем отводит ее в сторону.

Ладно…

Мои плечи опускаются.

— Там безопасно, чтобы я могла подняться в свою комнату, или нет?

Его губы смыкаются, и он матерится себе под нос, прежде чем посмотреть мне прямо в глаза и отрывисто кивнуть.

Я воспринимаю это, как предупреждение.

В ту секунду, как я открываю дверь, я слышу ее, и моя нога замирает, едва переступив порог.

Я поворачиваю голову, оглядываясь на Мэддока.

Складка на его лбу становится глубже, и он поспешно уходит.

Медленным шагом я поднимаюсь по лестнице. Плач Зоуи становится все громче с каждый моим шагом. Она стонет, затем раздается бормотание, и после снова громко плачет.

Моя шея покрывается потом, пока я подхожу ближе.

Мейбл внезапно выходит в коридор, посылает мне короткую, грустную улыбку и исчезает в ванной, выходя оттуда с мокрой тряпкой в руках.

Я направляюсь к своей комнате, останавливаюсь, потянувшись к двери.

— Папочка, уходи, уходи, — рыдает Зоуи, задыхаясь от слез, в ее голосе звучит усталость.

Я открываю глаза и замираю.

Кэптен стоит в метре от меня со страданием, написанным на лице. Его плечи опускаются, и он беспомощно отворачивается.

— Она… — сглатывает он. — У нее жар.

Мое тело немного расслабляется, но я не показываю этого.

Это обрушилось на него, что-то незнакомое.

— Такое случается, — шепчу я, и его взгляд возвращается ко мне.

Зоуи плачет позади нас, и все его тело застывает.

— Она не прекращает.

— Кэп, поторопись бл… — выскакивает Ройс.

Он замолкает и поджимает губы, заметив меня там, но усталые всхлипы Зоуи заставляют его встряхнуть головой.

Он поворачивается к Кэптену.

— Я уже перепробовал все фильмы. Она не хочет ни один из них.

Фильмы?

Кэптен вздыхает, проводя рукой по лицу.

— Ладно. — Он проскальзывает мимо меня в свою комнату и быстро выходит с плюшевой игрушкой в руках. — Я пытался позвонить Марии.

Чувство смирения исходит от него и проникает прямо в меня. Его страдания тяжелее стали.

— Правда?

Знаю, для него это был сложный шаг.

Он на мгновение опускает голову, а затем поднимает на меня глаза, полные злости.

— Она не позволяет нам, не позволяет мне, дать ей лекарство. И я понятия, блядь, не имею, что моя дочь просит у меня, — шипит он, срываясь с места.

— Возможно,