Незваная гостья - Маделин Уикхем

Но тревожный? Такого в ассортименте никогда не значилось.

– Мне жаль, Джо, – наконец говорю я. – Я понятия не имела. Вообще.

– Все в порядке. Такое случается.

Я пытаюсь совместить ментальный образ Джо, каким воображала его себе все это время, с новой представленной мне версией. Тревожность. А я-то считала, что он сделан из вольфрама. Что произошло?

Сквозь потолок замшелого пространства по-прежнему грохочет музыка. Кажется, все годы нашего знакомства прокручиваются у меня в голове, словно видео. Все часы, проведенные вместе, – наши игры, разговоры, смех, близость… Само собой, за это время я должна была его узнать – все потаенные, уязвимые закоулки его мозга. Разве нет? Но, напоминаю я себе, какую-то часть себя он всегда утаивал, словно не доверял никому, даже мне.

– У тебя есть кто-нибудь? – спрашивает Джо, как будто желая увести разговор подальше от себя. – Ты встречалась с парнем по имени Доминик.

– О, Доминик. – Я морщусь при воспоминании о том, как расхваливала его перед Джо. – Нет. Он оказался… да не важно. Нет, никого нет.

Мы снова потягиваем шампанское, а музыка все гремит. Затем Джо нарушает молчание:

– Эффи, ты сказала, что у тебя дело в «Зеленых дубах». – Он прищуривается. – Могу я чем-то помочь?

– Нет, – говорю я отрывистее, чем хотелось бы. – Спасибо.

Хотя, пожалуй, Джо мог бы быть полезен. И он, возможно, более уязвим, чем мне представлялось. Но это не означает, что мы помирились или что я готова ему довериться.

Мой отказ его задевает, но затем он снова собирается с духом.

– Эффи…

Джо делает паузу, она длится неестественно долго. На самом деле так долго, что я начинаю смотреть на него во все глаза.

– Что? – наконец говорю я. – Что?

– Мне нужно кое-что сказать… – Он снова осекается и резко выдыхает, как будто внутренне борясь с собой.

– Что? – осторожно говорю я.

Следует еще одна продолжительная пауза, и когда наконец Джо поднимает глаза, его лицо кажется совсем другим. В нем читается мрачность и решительность, но вместе с тем страх – такое выражение бывает у человека перед подъемом на гору.

– Ты была права, – быстро произносит он, как будто не давая себе возможности передумать. – Я о том, что ты написала в сообщении, раньше. Я действительно ломаю себе голову над тем, как загладить перед тобой свою вину. Все это время, с того самого вечера. Я знаю, что сделал тебе очень больно, знаю, что разбил тебе сердце, я думаю об этом каждый день. И я… – он потирает лоб, – в отчаянии.

Меня начинает лихорадить. Адреналин зашкаливает. Те несколько раз, когда мы встречались после разрыва, мы держались осторожно и формально. Мы никогда не переступали «черту».

А теперь заступили за нее. Мы ковыряем коросту той части нашей любовной истории, которая так и не зажила. Я уже закалилась и готова к боли, но в то же время чувствую странное волнение, потому что миллион раз представляла себе этот момент.

– В сообщении я пошутила, – говорю я.

– Я знаю. А я не шучу. Я серьезно. – Он делает еще один глубокий вдох. – Слушай, Эффи, я так…

– Не надо! – почти яростно перебиваю я и вижу на его лице потрясенное выражение. – Пожалуйста, Джо, – продолжаю я более спокойным и вместе с тем дрожащим голосом. – Не говори, что сожалеешь. Ты миллион раз говорил это. Я знаю, что ты сожалеешь. Я не хочу этого слышать. Я хочу узнать почему. Почему ты меня бросил? У тебя кто-то появился? – Я вглядываюсь в его лицо – такое знакомое и вместе с тем остающееся загадкой – и внезапно чувствую отчаяние. – Почему?

Мы оба бесконечно долго молчим. Я неотрывно смотрю в темные глаза Джо, как делала это всегда, когда мы лежали в постели. Пытаясь проникнуть в их глубины. Желая, чтобы они поведали тайны, которые он оберегает. Откроет ли он мне доступ к самому сокровенному в себе? Наконец?

– Это было… – тихим голосом нерешительно начинает Джо. – Ты многого не знаешь.

Сердце начинает колотиться. Мозг уже лихорадочно перебирает варианты. Чего я не знаю? Что он утаивал от меня? Другую женщину? Другого… мужчину?

– Тогда расскажи, – чуть слышным шепотом выдавливаю я. – Давай, Джо, расскажи.

– Эй, вы двое! – Веселый возглас Бин звучит так неожиданно, что я вздрагиваю и расплескиваю шампанское. Ошеломленная, я поднимаю глаза и вижу, как она спускается по ступенькам в подвал.

Джо тут же меняется в лице и слегка отодвигается от меня.

– Привет, Бин, – говорит он. – А мы тут…

– Да, – не к месту брякаю я. Слова не идут на ум, ощущение такое, как будто я внезапно очнулась ото сна.

– Как десерты? – продолжает Бин, не обращая внимания на общее напряжение. – Ужин был хуже не придумаешь, да? Эффи, ты меня чуть не доконала. Нет, Джо, останься, – добавляет она, когда Джо поднимается на ноги.

– Я лучше пойду, – скованным голосом говорит он. – Эффи, мы… потом договорим. Ты тут будешь завтра?

– Не знаю.

– Ну да. – Джо потирает затылок. – А я буду на бранче.

– Отлично, – голос меня почти не слушается. – Ну, возможно, увидимся.

– Спокойной ночи, Джо, – весело говорит Бин. – Спасибо, что пришел. Мы действительно очень признательны.

Он поднимается по ступенькам, а у меня такое чувство, будто это не взаправду. Что он собирался сказать? Что? На полпути он останавливается и, повернувшись, смотрит прямо на меня.

– Удачи с миссией, Эффи. Было приятно…

Он замолкает, окончания фразы беззвучно проносятся у меня в голове. Было приятно не потанцевать. Было приятно ощутить, как по коже разливается жар от твоего присутствия. Было приятно хотеть тебя так сильно, что пресекалось дыхание, и в то же время ненавидеть себя. Было приятно почувствовать, что, возможно – только возможно, – я вот-вот пойму тебя.

– …было приятно повспоминать, – наконец договаривает Джо.

– Да. – Я стараюсь говорить естественно. – Это так.

Он поднимает руку в прощальном жесте и исчезает в двери, и внутри меня все рушится. Это выше моих сил. Мне нужен новый бойфренд. И мне нужен новый мозг.

– Я ненадолго, – говорит Бин, схомячивая чизкейк. – Я сказала, что хочу воды, но мне придется вернуться, иначе это будет выглядеть подозрительно… Ты в порядке? – Она внимательно смотрит на меня. – Что-то ты бледненькая.

– В полном. – Я прихожу в себя и делаю глоток шампанского. – Все отлично.

– Тогда почему же ты все еще здесь? Я думала, ты триста раз ушла! Я же сказала, что поищу твоих матрешек. По-моему, они должны быть