Мимолетности, или Подумаешь, бином Ньютона! - Екатерина Вильмонт

И давайте лучше сменим тему. Вы говорили об издательстве.

– Да прогорит оно в два счета! Теперь кризис и…

– Томочка, ты же сама говорила, что Игорь – мальчикпредприимчивый и сумел не разориться во время дефолта, а наоборот…

– Ну и что? Просто он занимался тем, в чем понимает. Ачто он понимает в книгах? Он же врач.

– Вы не правы. Игорь Борисович очень хорошо разбираетсяв этом деле. У него отличный вкус… Вот, например, сегодня…

И я, не жалея красок, описала дамам сегодняшнее явлениеМыловой.

– Ну и дурак! – вынесла вердикт Тамара Дмитриевна.

– Почему? – поразились мы с Марией Ипполитовной.

– Потому что, когда занимаешься бизнесом, надо сразупринять формулу: «деньги не пахнут».

– Тома, что с тобой сегодня?

– Тамара Дмитриевна, я, конечно, не знаю, как начиналИгорь Борисович, но сейчас он, вероятно, уже может себе позволить позабыть этупресловутую формулу. Издательство – его давняя мечта, я бы даже сказала,хрустальная мечта…

– Да какая там хрустальная мечта! К тому же если б онхотел создать нечто изысканное, настоящее, он не взял бы главным редакторомкрасивенькую дамочку из гламурного журнала.

Так, приехали!

– Тамара, что ты себе позволяешь! Ты в гостях у Фаины,а ведешь себя, как…

– А зачем ты привела меня к ней в гости? Я пришла ктебе, а ты меня потащила сюда. Все, я иду домой! Спасибо за угощение. Не знаю,какой вы редактор, но готовите вы хорошо. Прошу прощения. Всего наилучшего.

Она направилась в прихожую. Мария Ипполитовна за ней. Онасделала мне большие глаза и шепнула:

– Я вернусь!

Вот вам и знакомство с будущей свекровью! Мария Ипполитовнавернулась через десять минут.

– Дружочек, простите, ради бога, я никак не ожидалатакого поворота… Обычно она все-таки ведет себя пристойно, а вы молодчина,сдержались… Видимо, это старческое, хотя она на шесть лет моложе меня. Непонимаю!

– А может быть… это своеобразная ревность?

– Думаете, она ревнует сына к вам?

– Ну не ко мне персонально, она же не знает… Но кновому делу, ведь, насколько мне известно, Тамара Дмитриевна когда-то работалав толстом журнале, когда это был главный источник литературы в Советском Союзе,а сейчас сын не привлек ее к делу…

– А привлек вас, которая в свое время привлекла меня, аона остается только матерью-пенсионеркой… Вы умница, Фаина. Я вас обожаю! Аготовите вы и вправду великолепно. Игорю сказочно повезло с такой женщиной.

– Мария Ипполитовна, а расскажите мне о нем.

– Вот это номер! А он вам ничего о себе не рассказывал?

– Рассказывал, но почему-то только начиная с института.А о детстве нет. Я как-то спросила почему, а он отмахнулся. Мол, ничегоинтересного.

– Дружочек, я не уверена, что это нужно делать, еслисам Игорь молчит… Но могу заверить вас, что ничего такого уж необычного там небыло, просто Тамара была чересчур занята своими делами и не слишком многовнимания уделяла детям.

– Детям?

– У Игоря была сестра, младшая, то есть она, славабогу, жива-здорова, но живет в Австралии и с матерью не общается.

– А с Игорем?

– Честно сказать, не знаю. Я Игоря вижу раз в нескольколет. Когда он мальчиком был, они очень дружили со Степой… Вот он и примчался намой юбилей, не из-за матери и не из-за меня, а из-за Степы…

Вот только этого мне и не хватало!

– Они и сейчас поддерживают отношения, Игорь года два назадгостил у Степы с Эрной… Ой, Фаина, вы что-то так побледнели, дружочек! Я ухожу,вам надо отдохнуть. Немедленно разденьтесь и ложитесь спать.

– Спасибо, да, я, пожалуй, лягу, очень тяжелый деньбыл.

Бедный Игорь… Мало того, что я люблю другого, так этотдругой оказался еще его другом… Хотя почему он бедный? Он же не знает, что этомуж графини. И никогда не узнает. А я его разлюблю… И буду любить Игоря,который любит меня несмотря ни на что… Заботится обо мне… И у него такая приветливаямама! Просто душка!

Я решила поехать на работу на метро. Перед Новым годомМосква практически вся стоит. В позапрошлом году я простояла в пробке наПушкинской три с половиной часа. Чудом не описалась. Спасибо, больше не хочу.Правда, от метро до издательства еще надо топать минут двадцать быстрым шагом,но это не беда. И как только я вышла из метро, позвонил Игорь.

– Фаинка, ты где? Почему я не мог дозвониться?

– Я была в метро.

– В метро? Почему? Что-то с машиной?

– Да, она, к сожалению, не умеет летать по воздуху.

– А, из-за новогодних пробок, понятно. Слушай, мнепозвонила мама…

– И сказала, что ты взял на работу черт знает кого?

– Примерно… А в чем дело?

– Игорь…

– Да я все понимаю, но я собирался ей сказать про нас…

– И что? Струсил?

– Нет, просто решил пока не усугублять, тем более чтомамины истерики меня очень мало волнуют. Но если ты настаиваешь, я немедленноей сообщу.

– Я абсолютно ни на чем не настаиваю, и мне, честноговоря, безразлично… Просто поводов сильно любить твою маму пока не наблюдается.Извини.

– Не обращай внимания, у мамы всегда был скверныйхарактер… Впрочем, она сказала, что ты хорошо готовишь.

– О, прекрасный повод жениться на мне, и мама поймет!

– Фаинка, не злись! И вообще, я жутко соскучился, хотелсегодня заскочить в издательство, но, боюсь, просто не получится.

– Игорь, но тридцатого ты должен хотя бы на полчасазаехать. Мы будем отмечать Новый год в нашем маленьком коллективе, и тебе надобыть.

– А что, до тридцатого ты меня видеть не хочешь?

– Хочу, но дома! И чем скорей, тем лучше.

– Сегодня приеду. И останусь до утра.

– Жду!

– Я тебя люблю! – и как всегда он мгновенноотключился.

Почти сразу после Игоря позвонила Анита.

– Фаинчик, с наступающим!

– И тебя, Анита! Как дела?

– Повидаться бы надо!

– С удовольствием, ты на каникулы куда-нибудь уедешь?

– А ты?

– По-видимому, нет.

– А я собираюсь на Хайнань.

– О, как интересно! А почему голос такой грустный?

– Я ж говорю, надо бы повидаться.

– Но как? Москва не движется. Я сейчас топаю на работуот метро…