Мимолетности, или Подумаешь, бином Ньютона! - Екатерина Вильмонт

А ведь я ей ничего не рассказывала…

– Только на свадьбу пригласи, ладно?

– Девочки, вы едете? – спросила проводница. –Скоро отправляемся.

– Ой, Файка, до свидания!

– Погоди, я тебе помогу чемоданы затащить.

– Ну нет, на это мужчины есть! – сказал какой-товоенный и подхватил чемоданы. При этом с большим интересом взглянул на Таню.

– Ой, боюсь, что твоя свадьба скорее будет, –шепнула я ей.

Она слегка зарделась. Видно, этот военный ей тоже глянулся.А когда я подошла к окну, выяснилось, что они едут в одном купе. Я подмигнулаей. Давай мол, не теряйся!

Когда поезд отошел, я вдруг ощутила такую усталость, чтоедва доплелась до машины. Я закрыла глаза. Как муторно начался новый год… Я неощущала ничего, кроме усталости и тяжкого груза, навалившегося на сердце. Вотприжаться бы сейчас к Игорю, и ничего даже говорить не надо. Он без слов всепоймет… Что поймет? – испугалась я. Поймет, что я ему изменила? Да еще сего другом детства? А зачем, зачем я это сделала? Дура, я же его люблю… Я люблюИгоря! Именно Игоря, а вовсе не Степана… Игорь родной, близкий, а этот чужой,как был чужим, так и остался… Да, страсть… Но ведь это не главное… Это…мимолетность… Я вдруг открыла глаза и засмеялась… Спасительное словечко –мимолетность! И поехала домой.

Подойдя к дверям, я услышала в квартире голоса. Неужто Соняменя подкарауливает? Я повернула ключ, открыла дверь и тут же услышала голосотца:

– А вот и бамбина! Бамбина, где ты шляешься?

В прихожую вышел папа, за ним Соня.

– Вот, Виталик, посмотри…

– Папочка! – безмерно обрадовалась я и повисла унего на шее.

– Бамбина, у тебя измученный вид… Ты что-нибудь ела?

– Ела, ела.

– Ладно, вы встретились, слава богу, я пойду. Виталик,через час я жду вас обоих к ужину.

– Бамбина, что тут у тебя творится? Соня срочновытребовала меня… Говорит, ты вот-вот загубишь свою жизнь. В чем дело, расскажиотцу…

– А я думала, ты на меня сердишься… – сказала я,прижимаясь к нему. – Папочка, как я рада, что ты приехал…

– С чего ты взяла, что я сержусь?

– Ты так редко звонил, и голос у тебя был какой-то…

– Бамбина, что за глупости! Фу, стыдно так думать оботце. Дело в том, что… мне немножко не до того было… видишь ли, у менязакрутился небольшой романчик… Я здорово увлекся, а Карлотта что-тозаподозрила… Ну, сама понимаешь…

– Папочка, какой ты молодец! – восхитилась я.

– А ты думала, твой папа совсем старый старик?

– Ничего я не думала… Ну и как теперь?

– Как обычно… Я вернулся к Карлотте, я люблю еепо-прежнему, а романчик… это так…

– Мимолетность?

– Как ты сказала? Мимолетность? Отлично! Именномимолетность. Но сейчас дело не во мне. Что у тебя-то?

– У меня? У меня сложно… Я думала… Понимаешь, когда ябыла в Париже, я вдруг ощутила, что во мне столько любви… И пружина разжалась,как один раз уже было… И тут вошел Степан… Я не ожидала его увидеть… Я думала,что это его я полюбила… И в тот же вечер у меня началось с Игорем, но ясчитала, что не люблю его…

– Бамбина, я что-то ничего не понимаю… Что еще запружина?

– Потом поймешь, дай мне сказать… Я думала, что люблюСтепана, а любила Игоря… Степан был далеко, он был недоступен… И вдруг онприехал…

– А Игорь, как я понял, наоборот, уехал?

– Да… Ну и…

– Понятно. И что будешь делать теперь?

– Ничего, ждать Игоря. Я поняла, что Степан – этомимолетность… Просто я, дура, сразу не разобралась… Чуть не наломала дров, авсе так просто… Подумаешь, бином Ньютона!

– Довольно путаная речь, но я, кажется, понял… Выходит,Соня зря меня вызвала?

– Не зря. Я так рада тебя видеть! А как поживаетЦицерон?

– По-прежнему.

– Да, пап, ты знаешь, у Игоря был кот Цицерон…

– Кажется, ты его и вправду любишь. Я жажду с нимпознакомиться. Но все-таки согласись – мимолетности очень скрашивают жизнь!..Ну чего ты, дуреха, ревешь?

– Папочка, я… я такая дура…

– Не спорю. Но все поправимо, насколько я понимаю?

– Не знаю… Я не люблю врать… Но я не могу признатьсяИгорю…

– Даже и не думай! Забудь. Мужчинам такие признания ник чему. Поверь старому греховоднику. И потом это не вранье, а умолчание. Тольковот один совет.

– Да, папочка?

– Ты порвала с этим «героем лужи»?

– Нет еще…

– Порви. Немедленно. И решительно, разумеется, если тык этому готова.

Он смотрел на меня с такой нежностью…

– Папочка, мне так тебя не хватало… – И я еще пущеразревелась. – Папа, у Игоря не может быть детей…

– Бамбина, это преодолимо. Сейчас столько сирот… Да идругие возможности есть, медицинские, было бы желание…

Выплакавшись, я почувствовала неимоверное облегчение.Открыла компьютер, достала визитку Степана и отправила ему письмо: «Степан,прости меня, но у нас ничего не выйдет. Я выхожу замуж за Игоря Шувалова, мылюбим друг друга, по-настоящему. Пойми и прости».

Ответ пришел почти мгновенно. Он гласил: «Желаю счастья! Авпрочем, идите вы оба на…»

Я закрыла компьютер. Мне было легко и хорошо. Я прожила эту любовь.Она оказалась мнимой.

– Что, бамбина? Сделала выбор? Нелегко было?

– Да нет, совсем легко. Подумаешь, бином Ньютона!