Яйцо дракона - Анастасия Росбури

Рене подняла голову с кухонного стола и сонно уставилась на хихикающую сестру. Растрепанные волосы упали на глаза, и она отмахнулась, сдувая щекочущие нос и ресницы пряди. Потерянно обернувшись к окну, она убедилась, что едва забрезжил рассвет.

— Ты вообще не спишь, что ли? — проворчала она и поднялась с лавки.

Все тело ломило от сна в неудобной позе, и она могла бы поспорить, что выглядела очень помятой. Потянувшись всем телом, она попыталась достать кончиками пальцев до деревянных перекрытий под низким потолком, разминая затекшие мышцы.

— Кхм, — знакомая усмешка окончательно разбудила, лишая всякого удовольствия от потягиваний.

Зная, что покраснела, Рене опустила руки, поправила платье и улыбнулась Вальтеру, вошедшему на кухню. Он жадно окинул ее тело медленным взглядом и хищно усмехнулся.

По спине пробежала волнительная дрожь. В памяти мгновенно вспыхнул вчерашний поцелуй, и в ногах появилась сладостная слабость. Сердце затрепетало в груди, и румянец еще сильнее нагрел щеки.

Хозяйничающая на кухне Эва поприветствовала гостя и предложила ему сесть за стол, пока она что-нибудь приготовит.

Вальтер воспользовался приглашением и расположился на лавке. Все это время его удивительно прекрасные малахитовые глаза не отрывались от Рене.

— Я думал, ты ушла наверх спать, — он окинул ее таким взглядом, что не смотри Эва в кастрюлю, точно поняла бы, что ее сестру и этого гостя связывали не только деловые отношения.

— Не смогла заснуть и спустилась сюда, — пожала плечами Рене, стараясь, чтобы голос звучал обыденно.

Она наконец смогла оторваться от его притягательных обжигающих желанием глаз. Хотя от волнительных мыслей в голове избавиться было гораздо сложнее. Она расплела волосы и принялась расчесывать пряди пальцами, стараясь не думать о следящем за каждым ее движением мужчине.

В кухню вошел зевающий Шон. Он лениво поприветствовал гостя, уселся на лавку и лег на стол, подкладывая руки под щеку.

— Ты сегодня уедешь? — недовольно проворчал он, поворачивая лицо вбок и поднимая заспанные глаза на Рене. — Можешь задержаться хоть на несколько дней? Мы тебя пять недель не видели.

— Извини, но мне нужно работать.

— А без тебя прям не справятся.

Рене улыбнулась и поймала взгляд усмехнувшегося Вальтера. Он едва уловимо покачал головой.

Как будто она его спрашивала! Она и так прекрасно понимала, что это была просто щедрая милость с его стороны — позволить ей повидать с семьей.

— Доброе утро. Ну вы и ранние пташки, — улыбаясь, в кухню вошел безупречно выглядящий лорд Элиас.

Окинув собравшихся взглядом, он вдруг отвесил подзатыльник Шону. Рене изумленно хлопнула ресницами. Брат схватился за голову и возмущенно уставился на мужчину.

— Ты чего разлегся? Во-первых, это стол — за ним едят. Во-вторых, помоги сестре, — прорычал враз посуровевший герцог.

Такую его сторону Рене еще не видела. Сейчас он, как никогда, напоминал своего друга — мрачного лорда.

Шон густо покраснел, вылез из-за стола и подошел к Эве.

— Чем тебе помочь? — буркнул он, пылая красными ушами.

— Воды принеси, — на ходу бросила она и повернулась к едва сдерживающей смех Рене. — Я только сейчас вспомнила, что у нас в погребе остались колбасы. Принесешь?

Рене кивнула и ушла вслед за убежавшим на улицу Шоном. Спустившись в погреб, она недовольно поджала губы. Кроме той еды, которую она изредка привозила, и которая могла храниться много месяцев, здесь практически ничего не было. Несколько мешков с крупой в счет не шли. Чем они вообще питались?

Рене захватила несколько палок разной колбасы, головку сыра и вернулась на кухню. Нарезав, по сельским меркам, деликатесы и выложив их на тарелку перед герцогами, которым Эва уже налила своей фирменной травяной настойки, она обернулась к сестре.

— Погреб почти пуст.

Эва вздрогнула и не сразу посмотрела на нее.

— Мы просто давно на рынке не были.

— Ты мне врешь, — прорычала Рене, игнорируя взгляды со стороны лордов. — Где деньги, которые я привезла в прошлый раз?

— Часть отложена на черный день, другая почти кончилась, — недовольно поджала губы Эва и раздраженно смахнула косу за спину. — Налоги опять подняли.

Рене резко повернулась к Вальтеру, прожигая его возмущенным взглядом. Только когда он хмыкнул и отрицательно покачал головой, она осознала, что простой торговец не мог этого знать.

— Ты зачем так на господина Вальтера смотришь? Он-то здесь при чем? — понятное дело, это не осталось незамеченным Эвой.

— Когда их подняли? — мрачно нахмурившись, Рене повернулась к ней.

— Месяцев семь назад, — она пожала плечами. — По пять золотых с дома.

— Сколько? — ошарашенно хохотнул лорд Элиас и уставился на помрачневшего Вальтера. — Неслабые такие запросы! Не думал, что в Олене народ настолько зажиточный, что может себе это позволить.

— Вы платите сборщику? — Рене проигнорировала их.

— Нет, сын старосты ходит по домам. Сборщик только со старостой общается.

— Святое пламя, Эва, — простонала она и устало уселась на скамью, обхватив голову руками. — Я только на сыновей старосты еще не вкалывала. Этот ублюдок грабит вас! Неужели ты не понимаешь?

— Я ей сразу сказал! — возмутился Шон, внося в кухню два огромных ведра с колодезной водой. — Она меня не слушает. Еще и Карл к ней подкатывает.

— Эва, тебе четырнадцать, — Рене в шоке повернулась к сестре.

— Мне через три месяца пятнадцать. Ты в этом возрасте уже работала, а потом вообще в город ушла! — вскрикнула она и, отбросив в сторону полотенце, которым придерживала горячую кастрюлю, убежала прочь из кухни.

— Я не для этого жизнью рискую, чтобы вы моим путем пошли! — заорала ей вслед Рене. Она резко развернулась к Шону и поймала его затравленный взгляд, — На этот раз деньги я оставлю тебе. Упаси пламя, узнаю, что ты их на какую-нибудь ерунду спустил.

— Ты меня за идиота держишь?

— Нет, Шон, — вымученно вздохнула она и обняла его. — За единственного мужчину в этом доме.

Он хмыкнул ей в плечо и отстранился.

— Пойду верну Эву, а то завтрак сейчас сгорит.

— Да, лучше поторопись, — фыркнула Рене и покосилась на плиту. — Готовка и я — пожароопасная смесь.

— Я помню, — хохотнул Шон и убежал за Эвой.

Рене повернулась к пялящимся на нее герцогам. На губах лорда Элиаса застыла ехидная ухмылка. Вальтер был мрачен, как никогда, буравя ее малахитовым взглядом.

— Я вас не приглашала, — она скрестила руки на груди и прислонилась спиной к стене, подальше от них. — Если вас оскорбляет, как мы себя ведем, как общаемся…

— Нас не оскорбляет, Рене, — перебил ее Вальтер и покосился на дверь.

— Про налоги это действительно так? Я не знаю, потому что я их не плачу.