Грязные отношения - Алекса Мун

Тусклый свет озаряет комнату и его суровое лицо. Колкий взгляд и черные круги под глазами.

Не получится у меня встать, да и не особо хочется. Я до сих пор не верю что в безопасности и так легко отделалась. События нескольких часов не прекращаемым калейдоскопом крутятся у меня в голове, вызывая мороз по коже.

А ведь все могло обернуться иначе. Я уже была морально готова, что моя жизнь оборвется в том сыром подвале. Моя и Юлина…

— Юля, — произношу хриплым голосом. — Где она? С ней все хорошо?

— Гера разбирается. Не думай об этом. — Будто бы отмахиваясь от меня, отвечает мужчина.

Да как же не думай? В памяти запечатлелось, как тот парень смотрел на нее. Как он раздевал ее взглядом и забирался под кожу. А потом он ее забрал. В ушах до сих пор звенят ее крики.

Меня накрывает настоящая истерика.

— Что с Юлей? Ты должен вернуться и вернуть ее домой… — быстро шевелю пересохшими потрескавшимися губами. — Он забрал ее… нельзя ее оставлять с тем Ридом. Где мой телефон? Я позвоню ее маме…

— Тише, тише… слишком много эмоций, — моей головы касается теплая ладонь и ведет вниз по волосам. — Гера решит этот вопрос. Ему можно доверять. А тебе нужно поесть. Потом я помогу тебе уснуть.

— Как это?

— Сделаю укол.

— Не нужно уколов! Я сама усну.

И это чистая правда. Эта короткая перепалка и эмоциональная встряска из-за переживаний о подруге отобрала много сил.

Ильяс тянет меня вперед и ловко закидывает за спину несколько подушек. Затем, помогает мне облокотиться на них, таким образом я принимаю сидячее положение.

Потом он начинает меня кормить. В прямом смысле черпает ложкой бульон, дует на него и подносит ложку к моим губам.

Он за мной ухаживает, будто бы чувствует себя виноватым. Он врет из-за Юли, чтобы успокоить меня, но потом глотая ложку за ложкой волшебного бульона, ко мне приходит озарение. Здесь все намного масштабнее.

— Нас похитили из-за тебя? — уже увереннее произношу я, ощущая как щеки покалывает легкий румянец. По-другому моя злость не может проявиться. Я слишком слаба.

Ильяс молчит, подтверждая мою догадку, а меня начинает накрывать очередная волна паники.

— Теперь моя жизнь в опасности? Я всегда буду дергаться выходя на улицу? Из-за тебя я стану параноиком?

— Бред не неси, — резко бросает. — Все в прошлом. Ни тебе, ни Юле ничего не угрожает.

— Ты уверен? Потому что мне кажется, что так быстро дела не решаются. Если ты снова где-то оступишься меня вновь похитят, но только потом изнасилуют?

— Закрой рот! — рявкает. — Я сказал все в прошлом! Тебя никто не тронет!

Я плотно сжимаю губы, высказывая протест и съезжаю вниз по подушкам. Я сыта. Я изнеможена. Я устала… и это все из-за него.

Если бы я его не встретила в ту ночь, моя жизнь бы не превратилась в боевик с грязным эротическим под текстом. Те чувства, которые я испытываю к нему ни что по сравнению с тем, во что превратилась моя жизнь. Во что превратилась я?

Я хочу секса со взрослым мужчиной, с которым у меня априори нет никакого будущего. Теперь моей жизни угрожает опасность, хоть собирай вещи и уезжай в другой город. Я стала параноиком. Я стала зависимой. Что хорошего Ильяс принёс в мою жизнь?

Ничего. Одни разрушения. Он разрушил меня. Он испортил меня. Сделал зависимой.

Сломал, не прилагая особых усилий… А на что я, собственно, надеялась? Просто плыла по течению, пока меня куда-то не прибьет? Ну вот — «прибило». Довольна?

Скажи спасибо, что осталась жива! — издевается внутренний голос, подливая масла в огонь.

— Я принесу инъекцию для укола, — сухо осведомляет меня Ильяс.

Хорошо. Пусть делает свой чертов укол. А пока он будет нести, я доем этот дурацкий бульон. Я сделаю все, чтобы поскорее набраться сил и уйти отсюда.

Я пала так низко, что даже невозможно встать хотя бы на колени. Но я попробую.

Я попробую разорвать эту ядовитую связь.

Ильяс возвращается через несколько минут. За это время я осилила практически дюжину ложок бульона, и сейчас я лежала к нему спиной. Задрав мужскую футболку в ожидании, когда Ильяс поставит инъекцию.

Я не слышу как он приближается, только чувствую, как прогибается матрас под его весом. Как широкая ладонь ложится на талию и ведя верх по коже, задирает футболку до лопаток.

Впиваюсь зубами во внутреннюю часть щеки. Не шевелюсь. Стараюсь не показывать никаких эмоций. Чувствую металлический вкус во рту и медленно тлею.

Затем его пальцы касаются своего же нижнего белья, которое он мне любезно позаимствовал и, судя по всему сам же надел, и спускают его вниз. Больше положенного.

Холодный след от пропитанной спиртом ватой, и в кожу вонзается острая игла. Я даже не дергаюсь. Привыкла? Или по сравнению с тем, как болит моя душа, это легкий комариный укус?

Я бесшумно выдыхаю, надеясь что Ильяс сейчас уйдёт, и крепко зажмуриваю глаза.

Подо мной снова прогибается матрас. Ильяс ложится сзади меня и, притянув за талию, крепко прижимает к своему горячему телу. Я слышу как гулко бьется его сердце. Его грубые руки накрывают мою грудь, но в этом жесте нет ничего интимного. Он шумно дышит, пытаясь надышаться мной. Убеждает себя, что все позади. Я жива и рядом с ним.

А я роняю на подушку слезы, ведь когда я полностью восстановлюсь — меня здесь не будет. Ценою собственного сердца я должна разорвать эту губительную зависимость.

Глава 38

Ильяс

Лу быстро идет на поправку. Я занимаюсь ею буквально каждую минуту. Стараюсь не пичкать ее химозой, а больше делаю упор на питание. Отпаиваю ее чаем и бульонами. Правда страхуюсь дополнительно и капельницами. Напрочь забываю о сексе, хотя хочу ее до невозможности. Хочется ласкать ее тело не прекращая, но все же даю ей время восстановиться.

Лу же и сама словно остыла ко мне. Ее тело все также трепещет от моих прикосновений, но девушка не тянется ко мне. Решаю, что это из-за стресса. Ей просто пока не хватает сил на страсть. Да еще и Юля. Лу постоянно спрашивает меня о ней. Я наседаю на Геру, но тот заверяет, что все в полном порядке. Но мне по-прежнему нечего ответить Лу на ее расспросы.

Но