Завязать след. Часть 2 - Лилиана Карлайл

Пока я прощаюсь с Люком, а Девин наливает нам с Винсентом кофе, меня осенила новая идея для аромата.

Это нелепая мысль, и я бы никогда не продала ее в кафе.

Но я откладываю ее на всякий раз, когда мне захочется немного выпекать без напряжения.

Это будет особый рецепт только для Лэндона, Ривера и Винсента.

У моей внутренней Омеги вырастают дьявольские рога.

Я встречаю Винсента за столиком в углу, сажусь напротив него. Его массивное тело едва помещается в кресле, и почти комично, что ему приходится втискиваться в угол.

— Ты действительно скучаешь по этому месту, — замечает он. — Все твое лицо просияло, как только мы вошли внутрь.

Я киваю. — Кафе всегда так много значило для меня, — отвечаю я. — И после того, что произошло ранее, я хотела пойти в какое-нибудь знакомое место.

— Твой дом мне знаком, — возражает он.

Я киваю. — Да, но я все еще пытаюсь заставить тебя чувствовать себя как дома. Кстати, я так и не поблагодарила тебя за это, — говорю я мягко. — Я видела, что ты, Лэндон и Ривер сделали с моим домом. Я не знаю, как объяснить, как много это значило.

Услышав комплимент, он опускает взгляд на стол. — Этого было недостаточно, — бормочет он. — Ты заслуживаешь большего.

Я хмурюсь. — Вы действительно в это верите? — Мягко спрашиваю я. — После всего, что вы трое сделали для меня, вы думаете, всего этого недостаточно?

Его взгляд становится жестче, и он смотрит мне в глаза. — Этого никогда не будет достаточно, — рычит он. — Ничто из того, что мы делаем, не будет достойно тебя.

У меня отвисает челюсть, и мне не хватает слов.

Спорить с ним бесполезно, поэтому я просто смотрю на него, пока он продолжает.

— Я много думаю о нашем первом разговоре, — признается он мне. — И о том, каким я был для тебя, как я вел себя по отношению к тебе. Это было чертовски бессердечно с моей стороны. Ты пришла ко мне с надеждой в глазах, и ты даже улыбнулась мне, когда увидела, что мне понравилось печенье, которое ты мне дала, — говорит он, качая головой. — И по какой-то причине я не смог с этим справиться. Я ненавидел то, что ты была у Лэндона и Ривера. Я не мог смириться со светом, который сиял в твоих глазах, когда ты умоляла меня помочь тебе.

Я моргаю. — Ты ревновал?

Он хмурится и делает глоток кофе. — В то время я не знал, что это было, — говорит он. — Все, что я знал, это то, что ты была особенной для Лэндона и Ривера, и в мои хорошие дни я ненавидел Ривера. Я согласился поговорить с тобой только для того, чтобы он оставил меня в покое. Но потом я почуял тебя, и я никогда так не презирал Ривера или Лэндона.

— Почему? — шепчу я.

Он качает головой. — Это напомнило мне о годах, которые я потратил впустую, один в своей квартире, — тихо говорит он. — Что была вероятность, что если они могли двигаться дальше после того, что случилось, то, возможно, я тоже должен был это сделать. Что я, в конце концов, был трусом, таким же, каким считал меня Ривер.

Я киваю и жду, когда он продолжит, но он этого не делает.

— Я думаю, — говорю я наконец, — что тебе пора рассказать мне, что именно произошло. Скажи мне, почему ты так сильно ненавидишь Ривера и почему ты только начинаешь снова ладить с Лэндоном.

Он напрягается. — Скайлар…

— Я вижу, как ты относишься к нему, — добавляю я. — И я… я кое-что чувствую к тебе, — выдыхаю я. — И он мне небезразличен. Это напряжение, это отвращение, которое вы двое испытываете друг к другу, — это должно прекратиться.

Его губы вытягиваются в тонкую линию, а запах темнеет.

— Я знаю, — говорит он наконец. — Я знаю.

— Винсент, — тихо говорю я. — Расскажи мне, что произошло. Пожалуйста.

Его глаза встречаются с моими, и его взгляд темнеет.

26

ВИНСЕНТ

Ее глаза все еще красные от слез. Ее запах приглушенный и лишь слегка сладковатый, и он активирует во мне все инстинкты Альфы, чтобы защитить ее.

Я хочу забрать ее домой и поместить в ее гнездышко.

Гнездо, которое я помог соорудить для нее.

Но сегодня она отдала так много себя. В идеальном мире я бы вытащил Джона Бриггса из камеры и медленно убил его. Ее история разожгла во мне ярость, и мой внутренний Альфа взвыл от отчаяния, когда она вспомнила время, проведенное в той адской дыре.

Она сделала так много. Она была уязвима и выложила свою душу передо мной, Лэндоном и Ривером.

Меньшее, что я могу сделать, это открыться ей.

Но это все еще чертовски больно. У меня в груди какая-то тяжесть, и мне требуется мгновение, прежде чем я могу начать говорить.

— Несколько лет назад, — начинаю я, — я все еще работал в бюро вместе с другими. В основном я занимался делами о пропавших людях, некоторые из которых были хуже других. Мы видели некоторые темные вещи — несколько ужасных преступлений, которые никто никогда не должен видеть.

Скайлар вздрагивает и сжимает свою кофейную чашку.

— Мы все знали, чего ожидали от этой работы, — продолжаю я. — К тому времени для меня это было нормально. Лэндон и Ривер иногда становились моими партнерами — и мы работали над множеством дел. Количество наших закрытых дел было почти идеальным. Но было одно… — мой голос замолкает, и я прочищаю горло.

Ты кажешься слабым. Держи себя в руках.

Но Скайлар просто слушает, в ее глазах светится сочувствие.

Я не заслуживаю этой сильной женщины передо мной, которая дала отпор аду и победила.

Меньшее, что я могу сделать, это разобраться с этой гребаной историей.

— Была пятнадцатилетняя девочка, которая пропала при странных обстоятельствах. И ублюдок, который забрал ее, оставил улики, как будто это была игра. Полиции пришлось решать глупые головоломки, и они не смогли их разгадать. В конце концов, они передали дело нам.

Я невесело усмехаюсь.

— Это был кроссворд, — рычу я. — Этот мудак составил кроссворд, намеренно сбивая нас с толку подсказками, которые не имели к ней никакого отношения.

— Это ужасно, — шепчет Скайлар.

Я встречаюсь взглядом с ее сияющими голубыми глазами. — Мы не в первый раз видели нечто подобное, — говорю я. — Мы все трое потратили дни на расшифровку его безумных игр. И к тому времени, как мы разобрались с этим…

Я снова прочищаю горло и заставляю себя закончить рассказ.

Скайлар заслуживает того, чтобы знать, почему я такой, какой я есть.

— Я нашел Лорен первым, — бормочу я, образ волос, обернутых вокруг опавших листьев, заполняет мой разум. — Ривер догнал меня через несколько минут. Мы