Красная лилия - Нора Робертс

Смех Хейли и хлопок пробки раздались одновременно.

—Ладно. Я верю, что Роз удержит ситуацию под контролем. — Она покружилась. — Я чувствую себя Золушкой. Только без злых сводных сестер и тыквы. Но во всем остальном мы с Золушкой практически близняшки.

—Если подойдет туфелька.

—Харпер, я просто упиваюсь этой красотой! И можешь считать меня простушкой, но я ужасно хочу пробежаться повсюду и заглянуть в каждую щелочку. Держу пари, ванные комнаты сногсшибательные. А как ты думаешь, камин работает? Разумеется, сейчас слишком жарко, но мне все равно.

—Мы обязательно разведем огонь. Держи! — Харпер вручил ей бокал и легко стукнул по нему своим. — За незабываемые вечера.

Хейли замерла, наслаждаясь моментом.

—И за мужчин, которые их создают. Ой, как вкусно! — воскликнула она после первого крохотного глоточка. — Изумительное шампанское! Может, я сплю?

—Тогда я тоже.

—Ну и хорошо.

Он коснулся Хейли, провел кончиками пальцев по ее шее, которую открывали заколотые наверх волосы, и привлек к себе. Тут послышался стук в дверь, и Харпер криво улыбнулся:

—Обслуживание на высоте. Я их впущу. Они только накроют стол и больше нас не побеспокоят.

«Он все это устроил», — размышляла Хейли.

Продумал и общую картину, и мелкие детали так, что вечер разворачивался перед ней, как страницы волшебной сказки. Изысканный номер отеля, шампанское при свечах. Пляшущие языки пламени в камине, цветы, наполняющие воздух волшебным ароматом. И от волнения едва чувствуется вкус изумительной еды.

Сегодня ночью они будут вместе.

—Расскажи мне про свое детство, — попросила она.

—Мне нравилось, что у меня есть братья... хотя иногда они меня до смерти раздражали.

—Вы близки. Я вижу это, когда они приезжают. Конечно, сейчас они живут далеко от Мемфиса, но вы трое — команда.

Харпер подлил ей шампанского.

—Ты ребенком жалела, что у тебя нет брата или сестры?

—Да. У меня были друзья, двоюродные братья и сестры, но не хватало кого-то более близкого... особенно сестры. С кем можно было бы посекретничать ночью или даже подраться. У тебя все это было.

—Все равно что собственная банда, тем более когда с нами был Дэвид.

—Уверена, вы вчетвером сводили Роз с ума.

Харпер ухмыльнулся и поднял свой бокал.

—Старались изо всех сил. Летние месяцы тянулись бесконечно, как и положено в детстве. Длинные жаркие дни, двор, сады, лес... Они были целым миром. Я помню все запахи. И ночи напролет пели цикады.

—Я оставляла окно приоткрытым, чтобы лучше их слышать. Думаю, вы умели находить неприятности.

—Больше, чем следовало. Но от мамы ничего невозможно было утаить. У нее словно имелся встроенный радар. Я помню, чем бы она ни занималась и где бы ни была — в саду или в доме, — я проходил мимо, и она тут же понимала, что я делал то, что не должен был делать. Просто жуть!

Хейли оперлась локтем о стол, обхватила подбородок.

—Например?

—Самое непостижимое, во всяком случае в то время, случилось, когда я в первый раз был с девушкой. — Харпер обмакнул клубничину во взбитые сливки, протянул ее Хейли, дал ей откусить половинку. — Как-то вечером, месяцев через шесть после шестнадцатилетия, я впервые заглянул в рай на заднем сиденье своего горячо любимого «Камаро»[16], а наутро мама зашла в мою комнату и положила на комод коробочку с презервативами. Качая головой, Харпер доел ягоду.

—Я как сейчас помню ее слова. Она сказала, что мы уже говорили о сексе и ответственности, безопасности и осторожности, поэтому она надеется, что я предохранялся и буду это делать впредь. Потом мама спросила, есть ли у меня вопросы или комментарии.

—И что ты сказал?

—Я сказал: «Нет, мэм». Она ушла, я натянул одеяло на голову и спросил Господа, как моя мама узнала, что я занимался сексом с Дженни Проктор в своем «Камаро». Это было интригующе и унизительно.

—Надеюсь, я буду такой же.

Харпер вскинул брови и обмакнул в сливки еще одну ягоду.

—Заинтригованной и униженной?

—Нет. Такой же умной, такой же мудрой, как твоя мама. С Лили.

—Лили будет дозволено заниматься сексом только после ее тридцатилетия и пары лет в законном браке.

—Само собой. — Хейли вонзила зубы в предложенную Харпером клубничину и замурлыкала от удовольствия. — А как поживает Дженни Проктор?

—Дженни? — Мечтательная улыбка, расплывшаяся по лицу Харпера, отразила его воспоминания. — Ну, она потосковала по мне. Ее отправили в Калифорнию в университет, там она и осталась. Вышла замуж за сценариста.

—Бедняжка! Мне больше не следует пить, — сказала Хейли, когда Харпер снова подлил ей шампанского. — Я уже полупьяная.

—Нет смысла что-то делать наполовину. Склонив голову, Хейли бросила на него дерзкий взгляд.

—Ты задумал напоить меня шампанским и воспользоваться моей беспомощностью?

—Это входило в мой план.

—Слава богу! А это скоро должно случиться? Потому что я вряд ли долго смогу сидеть, смотреть на тебя и ждать.

Глаза Харпера потемнели. Он поднялся, протянул ей руку.

—Озвучиваю план. Я собирался пригласить тебя на танец, чтобы обнять. Вот так.

Хейли скользнула в его объятия.

—Пока я вижу в твоем плане лишь один изъян.

—Затем я собирался поцеловать тебя. Сюда, — он провел губами по ее виску. — И сюда. — Харпер коснулся ее щеки. — И сюда.

Их губы слились в жарком поцелуе.

—Я так сильно тебя хочу. — Хейли прижалась к нему всем телом. — Как одержимая. Скорее, Харпер! Я с ума схожу!

В танце он довел ее до лестницы, остановился, заглянул в глаза.

—Пойдем...

Держа его за руку, Хейли начала подниматься по лестнице и беспомощно рассмеялась.

—У меня коленки дрожат. Не знаю, от нервов или от предвкушения. Я так много раз представляла нас вместе, но даже не думала, что буду нервничать.

—Мы не станем спешить.

Ее сердце забилось с перебоями, но следовало уточнить еще один важный момент.

—Хм-м. Я... я ничего не захватила в смысле... предохранения.

—Я позабочусь об этом.

—Должна была понять, что ты все предусмотрел.

—Долг перед собой, перед ближними и перед Богом[17].