Красная лилия - Нора Робертс

—Но такая хорошенькая.

Хейли обвела взглядом комнату. Красота, роскошь... абсолютная свобода.

—Мы правда можем остаться?

—Надеюсь, ты останешься.

Она закусила губу.

—У меня с собой нет... ничего, понимаешь? Даже зубной щетки нет. И расчески. И...

—Дэвид собрал тебе сумку.

—Дэвид... а... ну, тогда все в порядке. Он знает, что мне нужно. — Радость потихоньку вытесняла сомнения. — И мы просто остаемся?

—Такой был план. Если, разумеется, ты не против.

—Если я не против? — повторила Хейли. В ее глазах сверкнули озорные искорки, и она бросилась на Харпера. — Сейчас покажу тебе, что я об этом думаю.

* * *

Позже, гораздо позже, Хейли выбежала из ванной комнаты.

—Харпер, ты видел эти халаты? Такие большие и мягкие! — Она остановилась, потирая рукавом щеку. — Их там два, для каждого из нас.

Он лениво приоткрыл один глаз. Ненасытная — благодарение богу — женщина.

—Прекрасно.

—Здесь все прекрасно.

—«Ромео и Джульетта», — пробормотал он в полудреме.

—Что?

—Номер называется «Ромео и Джульетта».

—Правда? Но... — Хейли нахмурилась. — Ну, если подумать, они были подростками, совершившими самоубийство.

Харпер рассмеялся и открыл второй глаз.

—Верю на слово.

—Я никогда не считала их поступок романтичным. Трагичным, да, и... ужасно глупым. Я не о пьесе. — Хейли покружилась. — Пьеса гениальная, но та парочка? Она мертва, я выпью яд... Он мертв, я заколюсь кинжалом... О боже, я болтаю без умолку!

—Угу. Обворожительно.

—Я начитанная зануда. Но в чью бы честь ни назвали этот номер, он шикарный. Мне хочется танцевать. Голышом.

—Надо было захватить фотоаппарат.

—Я бы не возражала. — Придерживая халат, как мантию, Хейли снова закружилась. — Мы сфотографировали бы друг друга. Получилось бы очень сексуально... А состарившись, став дряблой и морщинистой, я смотрела бы на себя и вспоминала, какой была в молодости.

Хейли прыгнула на кровать.

—У тебя есть твои фотографии в голом виде?

—Пока нет.

—Ой, видел бы ты себя... — она защекотала Харпера. — Ты смутился.

—Не очень.

«О да, — подумал он. — Хейли обворожительна».

—А у тебя есть?

—Раньше я никому настолько не доверяла. И я такая костлявая!.. Но, кажется, ты не в претензии.

—Ты красавица.

И ведь не кривит душой! Видно по глазам. Чувствуется по его прикосновениям. Ну разве не чудо?

—Сегодня я чувствую себя красавицей. — Она соскочила с кровати, обернулась белым халатом. — Такой пушистый и неприлично роскошный!

—Давай закажем десерт.

Хейли перестала кружиться.

—Десерт? В два часа ночи?

—Есть такое потрясающее изобретение, как круглосуточное обслуживание номеров.

—Круглосуточное. Всю ночь? Какая же я деревенщина! Но мне наплевать, — она снова плюхнулась на кровать. — А можно съесть его здесь? В постели?

—Круглосуточное обслуживанию регламентируется строгими правилами. Если заказываешь после полуночи, должен есть в постели. Голышом.

Хейли лукаво улыбнулась:

—Правила надо выполнять.

Они лежали на животах лицом друг к другу. Между ними стояла тарелка шоколадного торта.

—Боюсь, меня стошнит, — пробормотала Хейли, набивая рот. — Но так вкусно!

—Держи! — Харпер опустил руку и нащупал на полу один из бокалов. — Запей.

—Не могу поверить... Ты заказал вторую бутылку шампанского.

—Есть голышом шоколадный торт без шампанского запрещается. Не комильфо.

—Как скажешь. — Хейли выпила шампанское, подцепила на вилку кусочек торта и протянула ему. — Знаешь... — Она помахала перед ним вилкой. — Тебе придется потрудиться, чтобы перекрыть эту ночь по шкале свиданий. Пожалуй, я не соглашусь на меньшее, чем... О, бурный уик-энд в Париже или перелет на реактивном самолете в Тоскану и любовь в винограднике.

—Как насчет бурного секса на пляже в Бимини на Багамах?

—Бурный секс на пляже в Бимини... — Хейли хихикнула. — Быстро повтори это пять раз. — Застонав, она перекатилась на спину. — Если я съем еще хоть крошку, то буду сожалеть до конца жизни.

—Я этого не допущу! — Харпер отставил тарелку и, потянувшись к ней, лениво поцеловал.

—М-мм... — Когда он поднял голову, Хейли причмокнула. — Многообещающе.

—Отличный шоколад.

Его руки заскользили по ее телу, за ними последовали губы.

—О боже, Харпер!

—Забыл упомянуть об этой части ночного десерта. — Он окунул палец в шоколадно-кремовую верхушку торта и провел пальцем по ее груди. — О, ты испачкалась! Придется облизать.

Выходя из лифта в холл с сумкой на плече, Хейли еле сдерживала самодовольную улыбку и чувствовала себя искушенной, привыкшей к комфорту путешественницей. Был почти полдень, а для нее день только начинался. После завтрака в постели. Вообще-то в постель она получила почти все, что было доступно в штате Теннесси.

Ей казалось, что — вплоть до кончиков ногтей — она излучает сияние.

—Я должен расплатиться. — Харпер чмокнул ее в губы. — Присядь пока.

—Лучше прогуляюсь. Осмотрюсь. И выберу парочку сувениров.

—Я быстро.

Хейли счастливо вздохнула. Ей хотелось запомнить все — людей, фонтан, щеголеватых посыльных, сверкающие витрины с предметами искусства и ювелирными украшениями.

Она выбрала крякающую уточку для Лили, серебряную фоторамку для Роз в знак благодарности, ароматное мыло в форме уток и ярко-желтую панамку, которая очень пойдет дочке...

—Ни один мужчина в здравом уме не повернется спиной к женщине в магазине подарков, — сказал Харпер.

—Ничего не могу с собой поделать. Все такое красивое. Нет! — решительно остановила она потянувшегося за бумажником Харпера. — Здесь расплачиваюсь я. — Она выложила все покупки на прилавок, а когда пробили чек, протянула Харперу коробочку. — Это тебе.

—Утиное мыло?

Хейли кивнула.

—В память о нашей поездке. Мы чудесно провели время, — обратилась она к продавцу.

—Я рад, что вам понравился отель. Вы здесь по делам или ради удовольствия?

—Ради удовольствия. — Хейли взяла пакет. — Огромного удовольствия! — Рука об руку они вернулись в холл. — Мы должны скорее вернуться домой, пока Лили не забыла, как я выгляжу, и... О боже, ты только взгляни на этот браслет...