Потерянный рыбак - Э. Энн Джуэл

Он не пошевелился ни когда я расстегнула молнию, ни когда застегивала ее. Фишер мирно спал в своем спальном мешке, свернувшись калачиком… С днем рождения меня, подумала я.

Пока…

Раздался резкий звук.

Я чуть не намочила штаны.

Фишер вскочил.

— Что ты делаешь?

— О Боже… Фишер? — позвала Рори.

Я выскочила из его палатки, но не раньше, чем Рори и Роуз вышли из своей палатки с фонариками, освещавшими палатку Фишера (и меня) и его грузовик с включенной сигнализацией.

Все прекратилось, когда Фишер вышел из палатки, держа в руках брелок.

— Господи, это был медведь? — спросила Роуз.

— Риз, какого черта ты делала в палатке Фишера? — Рори, похоже, не волновала возможность того, что медведь включил сигнализацию грузовика Фишера.

Я крепче вцепилась в свое одеяло, все еще дрожа, тем более что мое тело было в шоке от сработавшей сигнализации.

— Я… я замерзла. И… — Мне нужно было думать быстро, но это было трудно, потому что мне было так холодно, и я чувствовала себя ужасно из-за того, что разбудила всех, и технически это был мой день рождения, и да… я начала плакать.

— Она просто заглянула в палатку, чтобы попросить ключи от грузовика, потому что ей было холодно, и она хотела спать в грузовике, но, когда она ползла рядом со мной, чтобы разбудить меня, она задела брелок и включила сигнализацию. — Фишер за спасение.

Рори смотрела на меня, светя дурацким фонариком мне в глаза.

— Милая, у тебя губы синие. Боже мой.

Я фыркнула и быстро вытерла глаза, чувствуя себя такой глупой и ужасно виноватой во всем, когда Рори обняла меня.

— Иди в нашу палатку. Мы тебя согреем.

Бросив быстрый взгляд на Фишера, я последовала за ними в палатку.

Глава 20

Мои попытки согреться рядом с Фишером не увенчались успехом. Однако его попытка придумать оправдание тому, что я нахожусь в его палатке, увенчалась полным успехом. Рори не стала раздумывать.

А я, счастливая именинница, проснулась между Роуз и Рори, а не на голой груди Фишера. Двадцать четыре — это уже был незабываемый день рождения.

— Мне нужно в туалет, — прошептала я, выбираясь из середины.

— Хорошо. С днем рождения, милая, — пробормотала Рори. Было еще рано. — Я пойду с тобой. — Она звучала в лучшем случае наполовину проснувшейся.

— Я справлюсь сама. Правда.

— Уверена?

— Да.

— Я скоро встану и начну готовить завтрак.

— Не спеши. Я еще не голодна. — Я выбежала из палатки: Роуз все еще спала, а Рори, скорее всего, была на грани того, чтобы снова заснуть.

Когда я оделась, Фишер встретил меня у входа в палатку с термосом кофе и протянул его мне. Я начала благодарить его, но он прижал палец к губам.

Затем он улыбнулся, пригнув голову к моему уху.

— С днем рождения.

Свободной рукой я ухватилась за его флисовую куртку. Он провел ртом по моей щеке к губам и поцеловал меня, обхватив руками мое лицо.

Я не была уверена, было ли отсутствие Энджи моим подарком, или секс в его палатке предыдущим вечером… или кофе? Поцелуй? Или огромная ухмылка, которой он одарил меня после поцелуя, когда кивнул направо и взял меня за руку?

Фишер был тем самым подарком.

Он взял термос из моих рук и поставил его у палатки, а затем снова взял меня за руку и потянул в сторону леса.

— Куда мы идем? Мне нужно в туалет, — прошептала я.

— В поход. Мы найдем тебе камень, на который ты сможешь пописать.

Я рассмеялась, когда он вывел нас за пределы слышимости Рори и Роуз.

— Почему на камень?

— Это более экологичное место, чтобы писать. Он высыхает. Ничего не повреждается. А я знаю, что ты «чистая экология» девушка. — Он оглянулся и ухмыльнулся.

Тампоны из органического хлопка.

— А как же Рори и Роуз? — спросила я.

— Я не знаю, какими тампонами они пользуются.

Закатив глаза, я покачала головой.

— Что будет, если они проснутся, а нас не будет?

— Я думаю, что это будет похищение инопланетянами. Роуз — настоящая любительница теорий заговоров. И я знаю, что она верит в инопланетян.

— Действительно?

— Черт. Я не знаю. Я просто выдумываю всякую хрень, чтобы развлечь тебя. Тебя это развлекает? — Он бросил на меня косой взгляд, когда я догнала его.

Я не хотела ухмыляться, но ухмыльнулась. Он сжал мою руку, пока мы поднимались по склону. Я подумала, не было ли у него таких бессмысленных разговоров с Энджи. А под бессмысленным я подразумевала все. Это означало, что мы заставляли друг друга смеяться. Это означало, что ему нравится быть со мной так же, как и мне с ним.

И я хотела, чтобы это означало, что нам суждено быть вместе — что мы будем вместе.

— Ты всегда меня развлекаешь. И… мне все еще нужно в туалет. Мы проходим мимо множества хороших камней.

— Прости. — Он отпустил мою руку и указал на камень в стороне от тропы. — Этот должен подойти.

Я посмотрела в обе стороны. Похоже, рядом с нами никого не было.

— Хорошо. — Я подошла к камню и повернулась к тропе, а руки начали расстегивать джинсы и спускать молнию. — Что ты делаешь?

Он стоял на тропе, скрестив руки на груди.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, почему ты стоишь здесь и смотришь на меня?

— Я слежу за тобой.

— Но ты смотришь на меня. Я не собираюсь писать, когда ты на меня пялишься.

— Я видел тебя голой.

— И я видела тебя голым, но я не хочу смотреть, как ты писаешь.

— Я не говорил, что хочу наблюдать за тобой. Я сказал, что присматриваю за тобой.

— Повернись.

— Просто поторопись.

— Я не могу торопиться! Мне нужно снять ботинки и джинсы.

— Почему ты снимаешь ботинки?

— Потому что мне нужно снять ботинки, чтобы снять джинсы.

— Почему ты снимаешь джинсы?

— Потому что у меня нет пениса!

И тут… джентльмен средних лет спустился по тропе, услышав меня громко и отчетливо, с крошечной ухмылкой на лице, глядя на меня с расстегнутыми и приспущенными джинсами.

— Доброе утро. — Фишер улыбнулся и слегка кивнул ему подбородком.

Я опустила лицо на руки.

— Убейте меня прям на месте, — прошептала я.

— Я отвернусь. — Он хихикнул.

Скорее всего, существовало искусство писать на корточках, не снимая джинсов, но я не была хорошо