Морвейн. Шепот Хранителей - Морена Тенебрис

— Доброе утро, Морвейн. Спалось прекрасно.

— Ну ещё бы, — буркнула она.

Райнар сел, осматривая лагерь. Он, в отличие от остальных, выглядел совершенно не смущённым.

— Нужно двигаться дальше, — сказал он спокойно.

— Отличная идея, — поддержала его Морвейн, вставая.

Но стоило ей сделать шаг, как Грэйв вдруг схватил её за запястье и внимательно посмотрел в глаза.

— Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь?

— Да, — ответила она, хотя сама не была уверена до конца.

— Хм… — оборотень не выглядел удовлетворённым её ответом, но всё же отпустил её руку.

— Тогда вперёд, — вздохнула Морвейн. — У нас ещё много дел.

* * *

Дорога была долгой и утомительной. С каждым шагом земля становилась всё более каменистой и труднопроходимой, а воздух — холодным и влажным.

Они держали путь в Кхар’Тул — подземный город, скрытый в недрах земли. Как оказалось этими землями правила Хранитель Земли. Она не скрывалась, как другие хранители, и ее местонахождение не было тайной. Но это не значило, что попасть к ней будет легко. В подземном городе живет народ дроу, темные эльфы, под покровительством Хранителя.

Об этом всем рассказал Лиандер. Он знал об этом еще в начале их пути, но на вопросы, почему же он не рассказал раньше, лишь отнекивался.

Путники шли без особых остановок, стараясь как можно быстрее преодолеть эти безжизненные земли, но уставшие и истощенные, они не могли не заметить, как день сменяется ночью. И вот, наконец, впереди показались огоньки — небольшое поселение и постоялый двор.

Они решили сделать привал и остановиться, прежде чем продолжить свой путь в Кхар’Тул, который оставался для них загадкой.

Этот двор был небольшим, но уютным, с мягкими матрасами и простыми деревянными столами. Деревья вокруг защищали от ночного холода, а тусклый свет факелов создавал атмосферу спокойствия, словно напоминая, что здесь они могут хотя бы на ночь забыть о своих страхах и тревогах.

Как только путники вошли, хозяин постоялого двора, старик с добрыми глазами, поприветствовал их и предложил тёплый ужин.

Путники сели за столом в тёмном углу постоялого двора, где огонь в камине бросал мягкие тени на их лица. Вокруг запахи жареного мяса и хлеба создавали атмосферу лёгкой расслабленности, но разговор был куда более напряжённым. Обсуждали подземный город — Кхар’Тул — и правила, которые там царили. Матриархат.

Грэйв не скрывал своего недовольства. Он не привык подчиняться женщинам во всем и каждом. Морвейн, сидя рядом с ним, с интересом наблюдала за его реакцией, но не стала ничего говорить.

Взгляд Сахира был спокойным, как всегда, и он тихо покачал головой.

— В нашем народе всегда ценили женщину как хранительницу очага, — сказал он. — Это не так уж и странно, если подумать. Уважать женщину, которая ведёт свой народ и защищает его — это нормально. В конце концов, как бы мы ни считали, не всё в мире определяется силой.

Грэйв фыркнул, усмехнувшись.

— Ты слишком мягкий, парень. В жизни нужен баланс. Слишком много власти в руках одного пола — это не всегда работает на пользу. Я привык, что каждый за себя отвечает.

Эльф с серьёзным выражением на лице поднимал взгляд на своих спутников, его слова неожиданно прервали общую болтовню. Он был на редкость откровенен, когда сказал:

— Если мы действительно собираемся попасть в Кхар’Тул, нам придётся следовать их правилам. И ты, Морвейн, будешь главной в нашей компании. — Он сделал паузу, давая своим словам весомость. — В подземном городе царит матриархат. Мужчины, как и женщины, должны подчиняться. Поэтому нам всем предстоит притворяться твоими наложниками.

Морвейн приподняла брови и немного наклонила голову в его сторону.

— Притворяться наложниками? Ты это серьёзно? — её голос был удивлённым, но в нём звучала и насмешка.

— Это, конечно, необычно, — заметил он. — Но если это единственный способ попасть в подземный город, придётся с этим смириться.

Сахир, сидя за столом, с любопытством наблюдал за обменом репликами. В его глазах сверкал интерес, а чуть заметная улыбка на губах говорила о том, что его устроила роль «наложника». Он был готов следовать правилам подземного города, лишь бы помочь Морвейн. Он уже привык к тому, что женщины всегда играют важную роль в его жизни, и такие вещи ему были знакомы.

— Мне это не проблема, — произнёс Сахир с лёгкой улыбкой, оглядывая других спутников. — Если это поможет нам добраться до Хранителя Земли, я с радостью буду рядом с тобой, Морвейн.

Его слова были искренними, и хотя все вокруг были не уверены, как себя вести, Сахир показал, что для него важнее выполнить миссию, чем какие-то условности. Он смотрел на Морвейн с уважением, словно бы даже гордился ролью, которую ему предстоит сыграть.

Грэйв, в отличие от кочевника, не разделял такого оптимизма. Он наклонил голову в знак недовольства, его тёмные глаза сверкали.

— Я предпочёл бы быть твоим мужем, а не наложником, — сказал он с намёком на раздражение. — Но, видимо, нам не остаётся другого выбора.

Он едва ли смог скрыть свою усталость от того, что ему предстояло притворяться кем-то, кем он не был. Грэйв был воином, привыкшим действовать по собственным законам, а не подчиняться чужим. Он не хотел быть просто «мужчиной в тени», его гордость и самоуважение противились идее «подчиняться» — особенно в такой форме.

Лиандер, наблюдавший за всей этой сценой с неким внутренним смехом, понял, что дело уже не в том, кто будет играть какую роль, а в том, как справятся с этим все они. Он взглянул на Морвейн с лёгким прищуром.

— Ну что ж, таков план, — сказал он, явно довольный тем, что смог внести порядок в их отношения с подземным городом. — Если мы хотим попасть туда, будем следовать правилам. Даже ты, Рай.

— Чего⁈ — произнёс он с громким, зловещим голосом, обратившись к Лиандеру. — Я не собираюсь быть чьим-то наложником.

— Райнар, — мягко сказал он. — Я понимаю, что тебе это не нравится, но нам нужно следовать правилам. Мы не можем допустить, чтобы нас не пустили в этот город. Если мы хотим найти Хранителя Земли, мы должны принять эти условия.

Райнар раздражённо отвернулся, но в его глазах появился сложный взгляд. Он покачал головой, понимая, что Лиандер прав. В конце концов, он согласился.

— Ладно, — вздохнул он, стиснув зубы.