Безнравственный - Джессика Марседо

— Доброе утро, сын мой. Как дела?

Он посмотрел мне прямо в глаза и издал резкий смешок, который застал меня врасплох.

— Как ты думаешь, как у меня дела, старина? Думаешь, ты оставил меня в отпуске в Диснейленде?

— Конечно, нет.

— Тогда не задавай глупых вопросов.

— Я просто хотел узнать, всё ли с тобой в порядке.

— Я выгляжу в порядке?

— Ну, ты выглядишь лучше.

— Я полагаю, что да, но чего я не понимаю, так это того, почему ты здесь, так как ты нашёл новую семью, с которой можно поиграть.

— Ты в курсе?

Возможно, мне не следовало удивляться, но я был удивлён.

— Что ты обрюхатил её и женился на ней? Бабушка мне сказала.

Я вздохнул, раздражённый своей матерью, но в то же время я знал, что долго скрываться от правды не удастся. Леон должен смириться с этим и принять это.

— Я женат на Аглае, и у тебя есть сестра.

Он вздрогнул и сплюнул на пол.

— Хочешь, чтобы я тебя поздравил? — Сказал он саркастическим тоном.

— Я просто хочу, чтобы ты привык к новой реальности, когда выйдешь отсюда.

— Ты хочешь, чтобы мы были счастливой семьёй, и чтобы я не думал о том, сколько раз ты трахаешь мою новую маму?

Когда он сказал это, во мне что-то зашевелилось, но мне пришлось сдержаться, чтобы не подойти к стеклу. Моей целью было быть в мире с моим сыном и не усугублять наши разногласия.

— У тебя ещё есть немного времени, чтобы собраться с мыслями и подумать о том, каким будет твой отъезд отсюда.

— Ты действительно веришь, что мы можем быть счастливой семьёй?

— Я надеюсь на это.

— Тогда ты зря теряешь время.

Леон встал, жестом указав на тюремщика, который увёл его, прежде чем я успел попрощаться с ним.

Я не думал, что разговор будет лёгким, но он оказался хуже, чем я ожидал.

Глава 68

АГЛАЯ

— Ш-ш...

Я погладила дочь, укачивая её у себя на коленях и пытаясь уложить спать. Была поздняя ночь, и Гера ушла домой, оставив меня наедине с моим ребёнком, в то время как Максимус всё ещё не вернулся с работы. Я не была против быть со своей дочкой, напротив, в её присутствии было что-то особенное, что согревало моё сердце и заставляло меня чувствовать себя способной на всё.

Она была маленькой и хрупкой, и она зависела от меня абсолютно во всём, и я всегда боялась, что с ней что-то случится. Несмотря на то, что мы приближались к пятому месяцу, я всё равно просыпалась посреди ночи, чтобы убедиться, что она спит или что ничего не произошло. Когда я поняла, что она развивает такие навыки, как перевернуться, лечь на живот и попытаться сесть, я начала чувствовать себя спокойнее.

Как только я поняла, что она спит, я осторожно уложила её в кроватку, накрыла тонким одеялом, и наклонилась, чтобы поцеловать её в лоб, и убедиться, что окно закрыто. Я не хотела, чтобы ночью дул ветерок и было холодно.

Я любила её так сильно, больше, чем я думала, что могла вместить в своей груди, и больше, чем я могла чувствовать к кому-либо ещё. Несмотря на то, что это была случайная беременность, после рождения Селены моя жизнь как будто стала ярче.

Осторожно я прислонилась к двери её спальни и вышла в коридор. Я спускалась по лестнице, ведущей на первый этаж, когда услышала в гараже машину и предположила, что приехал Максимус. Обычно это было не так поздно, но я предположила, что, возможно, в суде произошло что-то, требующее его внимания.

Я сидела на диване в гостиной, когда он вошёл, опустив голову и выглядя так, как будто у него был не очень хороший день.

— Проблемы в суде? — Рискнула спросить.

— Аглая.

Он улыбнулся, увидев меня, как будто я цветок, распускающийся под лучом солнечного света. Я подошла и поцеловала его, и он схватил меня за талию, прежде чем я смогла отстраниться.

— Я бы хотел, чтобы это был суд.

— Что, чёрт возьми, случилось?

Я посмотрела ему в лицо, фиксируя его взгляд на моём.

— Я ходил в тюрьму, чтобы встретиться с Леоном.

Я сглотнула, когда он упомянул имя своего сына. Я избегала думать об этом, но я знала, что это не то, что мы могли бы спрятать под ковёр и вести себя так, как будто ничего не произошло.

— И как? — Осмелился я спросить.

— Ужасно!

— Мне очень жаль.

— Я, кажется, не в состоянии убедить Леона следовать правильным путём.

— Я знаю, ты винишь себя за то, что с ним случилось, но Леон взрослый человек и должен сделать свой собственный выбор.

— Я не хотел его терять...

Он покачал головой, что ещё больше усилило моё беспокойство.

— Отношения имеют двусторонний характер.

— Ты права, — он попытался улыбнуться. — Как поживает наша принцесса?

— Она спит. Я думаю, у нас есть три... или, если повезёт, четыре часа, прежде чем она проснётся.

— А как насчёт сотрудников?

— Они уже ушли.

— Правда?

Я кивнула, и на его губах появилась озорная улыбка.

Он схватил меня за талию, и его рот снова оказался на моём, но на этот раз в нём больше не было деликатности. Нежный поцелуй уступил место языку, полному владения и желания, в то время как его руки блуждали по изгибам моего тела, оплетая мои линии. Я мурлыкала, откинув голову назад, когда он схватил меня за горло и оттолкнул, пока я не упала, опрокинувшись на диван.

Я наблюдала, как Максимус снял галстук и бросил пиджак на пол. Он наклонился ко мне, снова целуя, и я начала расстёгивать его рубашку, по очереди расстёгивая каждую пуговицу, пока наши языки танцевали.

Он встал, и я покрыла поцелуями его живот, расстёгивая его пояс и снимая костюмные брюки. Его белые боксеры обнажили бугор его члена, и я опустила их, обнажив его на моих глазах.

Максимус погладил мои волосы, расчёсывая их пальцами, в то время как я наклонилась, чтобы пососать его. Мой муж застонал, когда мой рот наполнился его вкусом. В нетерпении он схватил меня за голову и надавил мне на язык. Я изо всех сил старалась задержать дыхание и вобрать его полностью.

Я думала, что он будет продолжать, пока не кончит, но, к моему удивлению, он отпустил меня и отошёл, чтобы снять с