Любовь - игра для двоих - Терри Грант

— Я решила доказать вам, синьор, что мне идут не только выбранные вами платья… — не оборачиваясь проговорила Даниэла и, улыбнувшись, поинтересовалась: — Надеюсь, вы ничего не имеете против серебристых оттенков?

— Ну что вы, конечно же нет, — с готовностью откликнулся Этторе. — При выборе следующего подарка я буду иметь их в виду… Ну а сегодня я преподнесу вам вот это… — И он продемонстрировал Даниэле черную кожаную папку на молнии.

Она удивленно обернулась.

— Что это? Ты хочешь подарить мне папку?

— Нет, ее содержимое, — загадочным тоном сообщил Этторе. — Которое совсем недавно было подарком для меня…

Даниэла недоуменно пожала плечами.

— Подарком для тебя? Прости, но я не понимаю, о чем ты говоришь…

Этторе бережно взял ее ладонь в свою руку.

— Скоро поймешь…

С этими словами он повел ее сквозь шумную толпу к дверям музея.

— Постой… Ты же не собираешься повторить прошлый трюк с потайной ложей… — заволновалась Даниэла. — У нас ведь есть билеты…

— И если ты решишь воспользоваться ими, то содержимое папки так и останется неразгаданной тайной, — выдвинул условие Этторе и решительно распахнул перед нею дверь.

Так же, как и в прошлый раз, они прошли мимо экспонатов, рассказывающих об истории театра, и, перешагнув порог потайной комнаты, оказались в уже знакомой Даниэле полутемной ложе.

— Прошу, располагайся, — тихо проговорил Этторе, сделав приглашающий жест.

Даниэла опустилась в кресло, устремив на него выжидающий взгляд.

— Я знаю, чего ты от меня сейчас ждешь, а потому не буду томить тебя ожиданием, — так же тихо проговорил он и, расстегнув папку, положил ее ей на колени.

— Что здесь? Неужели новое письмо, похожее на то, что я получила вместе с твоим подарком? — поинтересовалась Даниэла. — Кстати, его текст тоже был подсказан Клаусом? — мягко улыбнувшись, уточнила она.

Этторе сделал отрицательный жест.

— Нет, здесь Клаус ни при чем. А насчет содержимого папки ты почти угадала… Здесь действительно письмо… Только не мое, а твое… Оно и было тем самым дорогим для меня подарком, о котором я только что тебе говорил… Подарком, изменившим нашу с тобой жизнь… Ведь если бы не оно, я бы не осмелился в тот день отыскать тебя возле галереи…

Даниэла нерешительно открыла папку и, увидев тот самый смятый листок, на котором она много дней назад писала признание Этторе, подняла на него растерянный взгляд.

— Как к тебе попало это письмо? — изумленно спросила она.

— Его принес мне синьор Бонелли, — сообщил Этторе и, немного помедлив, добавил с улыбкой: — Ведь должен был кто-нибудь вернуть твоим студентам плоды их нелегких трудов…

Несколько секунд Даниэла недоуменно смотрела снизу вверх на своего собеседника. Затем охнула и лихорадочно отодвинула письмо в сторону, намереваясь, видимо, отыскать под ним листки с тестами. Но Этторе удержал ее руку и, заботливо склонившись к ней, проговорил:

— Не беспокойся, я уже все уладил. Тесты теперь у студентов, а статья у синьора Бонелли. Так что все вернулось на свои места… Но я пригласил тебя сюда вовсе не для того, чтобы рассказывать об этом… Я хотел тебе сказать, что… — Он на секунду запнулся и, взяв ее ладонь в свои руки, продолжил охрипшим от волнения голосом: — Я хотел тебе сказать, что ты умеешь писать прекрасные письма… И я думаю, что ты не перестанешь их писать для меня даже тогда, когда станешь моей женой… — Он опустился перед нею на одно колено и, испытующе глядя ей в глаза, добавил шепотом: — Если ты, конечно, согласишься принять мое предложение…

Некоторое время Даниэла молчала, устремив невидящий взгляд на Этторе. Затем осторожно дотронулась кончиками пальцев до его щеки.

— Так ты пригласил меня сюда только затем, чтобы вот так, под звуки музыки, словно в волшебной сказке, сделать мне предложение? — растроганно проговорила она. — И ты еще сомневаешься, приму ли я его… Да я и мечтать не смела о таком счастливом мгновении, когда впервые увидела тебя в баре… Когда все происходящее с нами казалось мне только игрой…

На лице Этторе засияла улыбка. Он порывисто обнял Даниэлу и, крепко прижав к груди, прошептал:

— Я ведь тебе уже говорил, что любовь — это игра для двоих, и только нам решать, по каким правилам продолжать ее дальше…