Пепел на ветру - Кэтлин Вудивисс

Теперь до заветного мгновения остались считанные минуты, и темные глаза победительницы торжествующе сверкнули: она откровенно праздновала свой успех.

— Пойдем, дорогой. — Роберта обняла Коула за талию. — Ты, должно быть, смертельно устал…

— Мне надо отвести лошадь в конюшню.

— Вовсе нет — Эл сам справится с этим. — Роберта бросила лукавый взгляд через плечо. — Не сомневаюсь, что это у него отлично получится.

Поднявшись в обычное время, Элайна нехотя облачилась в мужскую одежду. Не поглядев на себя в зеркало, она принялась намазывать сажей лицо и руки. Глаза ее опухли от долгих рыданий — всю ночь она прятала голову под подушкой, опасаясь, что кто-нибудь услышит. Но еще больше она боялась звуков, доносившихся из комнаты новобрачных.

Наконец Элайна мрачно прошествовала в сторону кухни, где аромат горячих бисквитов смешивался с почти забытым и желанным благоуханием крепкого кофе. Открыв дверь и увидев сидящего за столом Коула, она застыла на пороге. Капитан молча смотрел в пустую чашку, не замечая ничего вокруг. Поняв, что сейчас он очень нуждается в сочувствии, Элайна взяла кофейник, чтобы налить ему кофе, — впервые в жизни она видела доктора Латимера настолько расстроенным. Протянув руку, Коул каким-то расслабленным движением взял полную чашку и, не удержав ее, пролил горячую жидкость на колени. Вскрикнув, он вскочил на ноги.

Элайна съежилась.

— Что ты наделал, болван? Хочешь превратить меня в евнуха? — От пятна на толстом сукне валил пар, и было заметно, что горячая влага причиняет капитану немалые неудобства. Не придумав ничего лучшего, Элайна схватила ведро и плеснула холодной воды на его штаны.

Прошла целая минута, прежде чем Коул опомнился и зловеще уставился на свою добровольную помощницу.

— Простите. — Элайна робко пожала плечами, стараясь стать как можно меньше и незаметнее. — Я не знал, что так получится. Просто подумал, что вы хотите еще кофе.

— Довольно с меня твоих услуг, — проворчал Коул.

— Как угодно. — Неблагодарность капитана заставила Элайну покраснеть от досады. — В следующий раз я не стану вылавливать вас из реки.

— И правильно сделаешь. Черт, кажется, ты обжег меня до костей!

Щеки Элайны заполыхали.

— Пожалуй, мне лучше уйти… — Она повернулась к двери, но Коул внезапно преградил ей путь.

— Нет уж, так легко ты не отделаешься. Ступай наверх и попроси Роберту разыскать в седельных сумках мазь от ожогов.

— Но кузина, должно быть, еще спит, — запротестовала Элайна, не желая входить в спальню молодоженов. — Она терпеть не может, когда ее будят спозаранку!

Коул промолчал. Подчинившись велению супружеского долга, Роберта ясно дала ему понять, что в постели предпочитает бездействовать: у него даже создалось впечатление, что ей просто лень пошевелиться. И уж конечно, она ничем не напоминала ту страстную женщину, с которой он провел памятную ночь.

Лицо капитана помрачнело еще больше, и Элайна решила больше не прекословить ему: рассердив Коула, она и так многим рисковала.

На ее робкий стук Роберта ответила сонным голосом:

— Ну кто там еще?

— Это я, Элайна. Капитан послал меня за седельными сумками.

В тот же миг дверь распахнулась и на пороге возникла кузина в тонком шелковом халате. Прищурившись, она подозрительно осведомилась:

— А почему Коул не пришел за ними сам?

— Он обжегся, — объяснила Элайна.

— Ладно уж. — Роберта снисходительно усмехнулась. — Кажется, я забыла сказать тебе спасибо, Лайни, — ведь это ты привела его сюда. Благодаря тебе мне не пришлось тратить время и силы.

— Так ты дашь мне то, что просит твой муж, или нет? — Элайна вспыхнула.

Роберта отступила в глубь комнаты, подняла с пола сумки и протянула их кузине.

— Ты все сделала отлично, Лайни, и я просто не могла этим не воспользоваться. А Коул так ни о чем и не догадался. Но на всякий случай предупреждаю тебя: не вздумай рассказывать ему, как было дело, иначе ты об этом горько пожалеешь…

— Успокойся, Роберта, — насмешливо отозвалась Элайна. — Мне самой ни к чему лишние разговоры. Твою тайну я сохраню в глубине своего сердца!

— Мы отлично поняли друг друга. — Роберта покусала губу. — И ты обещаешь не приближаться к нему?

— Вот это вряд ли, — невозмутимо сообщила Элайна, направляясь к лестнице. — Мы не только работаем в одном госпитале, но и живем в одном доме.

Она не стала заходить в кухню, а, просунув руку в дверь, поставила сумки у порога.

— Держите, янки, я оставляю их под дверью. Теперь мне пора бежать, иначе меня уволят за опоздание.

Схватив шляпу, Элайна бросилась к двери. Спустя некоторое время, увидев капитана в холле госпиталя, она, лихо опершись на швабру, усмехнулась:

— Опаздываете, сэр! Майор Магрудер уже спрашивал, куда вы пропали.

Коул мрачно кивнул:

— Надеюсь, ты дал ему исчерпывающие объяснения?

— Само собой. — Элайна торжествующе засмеялась. Капитан поднял глаза к потолку, словно моля небеса даровать ему самообладание.

— Сдается мне, ты это нарочно все подстроил.

— Вовсе нет! — возразила Элайна. — Вы сами виноваты. Незачем было ухлестывать за Робертой.

— Но я ничего подобного не делал, — прорычал Коул.

— Со стороны виднее. Кстати, с чего это вы сегодня утром сидели, глядя в пустую чашку?

— У меня немало своих мыслей, причем не обязательно о Роберте, и они тебя не касаются. — Коул нетерпеливо повел плечами и, пройдя мимо Элайны, направился к себе, не сомневаясь, что Эл никогда не скажет доброго слова о янки — он просто не способен на такой поступок.

Закончив работу в госпитале, Элайна, решив вернуться в дом Крэгхью позднее, направила Тар по дороге вдоль реки.

Однако избежать общества капитана Латимера ей так и не удалось — уже у самого дома миссис Хоторн позади нее послышался стук копыт, и Элайна, узнав чалого жеребца и всадника, чуть не застонала.

— Эй, янки! — крикнула она, когда капитан поравнялся с ней. — Что тебе здесь понадобилось?

— Я хочу побеседовать с миссис Хоторн. Надеюсь, ты не против? — иронически осведомился Коул.

— Я сам еду к ней, и только по одной причине: думал, вы уже милуетесь дома с Робертой. — Элайна изобразила на лице сочувствие. — Кузина наверняка с нетерпением ждет вас.

В ответ Коул лишь пожал плечами.

Девушка нехотя подвела Тар к чугунному столбику, жалея о том, что ей так и не удастся хоть немного побыть самой собой — с недавних пор визиты к миссис Хоторн приобрели для нее особый смысл, и ей не хотелось лишаться такого удовольствия, однако присутствие Коула спутало ей все карты.