Искушение страстью - Франсуаза Бурден

– Хорошо, – глухо проговорил он, – мы что-нибудь придумаем.

Увидев, как отец на глазах изменился, Винсен вдруг забеспокоился.

– Папа, тебе плохо?

– Нет, нет… Ты что-то сказал? Я несправедлив? Может быть…

– Магали не беременна, я не из-за этого хочу жениться. Я люблю ее.

– Это все объясняет, – ответил Шарль с какой-то непривычной нежностью. – Я встречусь с ней, и мы втроем поговорим. Но поскольку спешки нет, то не стоит бежать за ней прямо сейчас. Хорошо?

Предложение было таким неожиданным, что Винсен был потрясен произошедшей в отце переменой. Он даже не успел улыбнуться, как тот добавил:

– Не строй иллюзий, все не так просто. Приводи ее завтра.

Слишком сильно обрадованный, чтобы возражать, молодой человек быстро согласился и поспешил к двери. В холле он подмигнул Даниэлю: тот как бы случайно прогуливался там, а на самом деле дожидался его.

– Идем, – шепнул он, беря брата за плечо, – выйдем на воздух. Когда они подальше отошли от дома, Винсен остановился и рухнул на траву под липой.

– Не могу поверить. Он согласился! – радостно воскликнул он. – Он согласился с ней познакомиться. Ты понимаешь?

– Как тебе удалось?

– Сам не знаю. Сначала он смотрел свысока, потом… не знаю… Наверное, вспомнил о чем-то и передумал.

О чем-то или о ком-то. Винсен очень любил отца и догадывался, что его мучают воспоминания. Жена, дочь, немецкий плен – все это до сих пор не давало ему жить нормально, но он ни с кем не хотел говорить об этом.

– Вот счастливый, – сказал Даниэль. – А мне вчера не очень повезло: он разъяснял мне, каким видит мое будущее.

Даниэль, как и его брат, уважал отца, но в его присутствии чувствовал себя неуютно. Молчаливость Шарля, его непреклонность и безучастность возводили барьеры, которые удалось преодолеть только Винсену.

– Пойду обрадую Магали хорошей новостью! – поднимаясь, воскликнул он. – Возьму машину Алена, так быстрее доберусь.

Он хотел уже побежать по аллее, но остановился и посмотрел на брата.

– Даниэль… То, что ты узнал про Алена…

Они долго смотрели друг на друга, потом смущенный Винсен откашлялся и закончил:

– По-моему, не надо никому говорить. Ни Кларе, ни Мари. Ни тем более папе!

– Думаешь, я дурак?

– Нет, но… Во-первых, ты ничего такого не видел. И потом, если это правда, то это не наше дело. Ты согласен?

Вчера они проговорили больше часа, и Винсен пылко защищал кузена. Ален был его лучшим другом, и Винсен не хотел судить его.

– И за обедом не смотри на него, как на диковинного зверя, – добавил он.

Отвесив брату дружеского тумака, Винсен поспешно удалился.

Если раньше Шарль думал, будто не способен больше любить, то теперь с горечью признавал, что ошибался. Хотя никакая женщина не могла занять место Юдифи, все-таки была одна, которая заставляла его переживать.

Пунктуальный Шарль прибыл к бассейну гостиницы «Осто» вовремя. Сильви, очень привлекательная в белом купальнике, ждала его в шезлонге с книгой в руке. Светлые волосы, большие голубые глаза, ослепительная улыбка так очаровали Шарля, что он разозлился на себя. Она была неотразима, в самом расцвете тридцати лет, он мог лишь желать ее и жалеть об их разрыве. И хотя он ясно осознавал причину, по которой это произошло, все же на мгновение ему показалось, что это было вовсе не обязательно.

Пытаясь сгладить неловкость первых минут, она позвала официанта и заказала минеральной воды «Перье», а потом предложила искупаться. Какое-то время они молча плыли рядом, не касаясь друг друга, и наслаждались прохладной водой и сказочной атмосферой.

– Ты прекрасно плаваешь. Тренируешься? – вдруг спросил Шарль. Они отдыхали у подножья каменного льва, возвышавшегося над бассейном.

– В «Рейсинге». Традиционное место для людей из мира моды. Ты же знаешь!

Она принужденно засмеялась; своим вопросом он напомнил о былом, о своем безразличии: во времена их связи он никогда не брал ее с собой в поло-клуб «Багатель», хотя являлся его членом и регулярно ходил туда плавать. С Сильви он был вежлив, водил в рестораны, иногда провожал, иногда, если было время и желание, занимался любовью. Больше ничего общего у них не было.

– Хочешь наперегонки? – предложил он. Что-то блеснуло в его серых глазах, и Сильви поняла, что он не даст ей выиграть.

– Нет, я устала, пойду обсохну, – ответила она, отворачиваясь.

Залитая светом заходящего солнца, она ступила на голубую мозаику пола, и он посмотрел ей вслед. Потом повернулся на спину и поплыл к другому краю бассейна. Они будут ужинать вдвоем при свечах в мрачной сводчатой столовой, он сможет расспросить ее о замужней жизни, о Стюарте, обо всем, что захочет узнать. Шарлю вообще не следовало приходить, он оказался не таким стойким, каким себя считал. Что бы он там ни думал, она много для него значила, и он не излечился от нее.

Перейдя на кроль, Шарль размеренно плавал в бассейне туда-сюда. Решившись наконец выйти из воды, он увидел ее в отдалении, за круглым столиком, на ней было длинное светло-зеленое платье из дикого шелка[19].

– Можешь переодеться в моем номере, – сказала она, протягивая ему ключ. – Заказать тебе шампанского?

Вдруг он улыбнулся – и неожиданно так нежно, что внутри у нее все перевернулось. Со спинки стула Шарль взял гостиничное полотенце, оставленное специально для него. Он завернулся в него, Сильви успела заметить, что он все еще стройный и мускулистый. Она отвернулась, взгляд упал на пачку сигарет – она достала одну сигарету и медленно прикурила. Когда Сильви перевела взгляд, Шарля уже не было, и она коротко вздохнула. Откуда эта улыбка: Шарль снова оживился или эта улыбка для нее? На мгновение он напомнил молодого красивого лейтенанта Морвана, ее тайную девичью любовь. Двадцать лет назад этой улыбкой Шарль мог очаровать и заполучить кого угодно. Девушки теряли голову, завоевывали право потанцевать с ним. Новость о его женитьбе повергла в отчаяние не одну из них, но тогда никто не мог соперничать с Юдифью, и они отступили, зеленея от зависти.

«Но сейчас, здесь он улыбнулся мне одной, и если еще хоть раз так улыбнется, я брошусь ему на шею».

Она не отдалилась от него ни на шаг. Ни дня не проходило без того, чтобы она не думала о нем. И любовь Стюарта ничего не могла тут изменить: Шарль оставался мужчиной ее жизни.

«Ты в этом хотела убедиться, когда звала его сюда? Теперь ты это знаешь наверняка…»

Появился Шарль, он был одет с привычной элегантностью, волосы его еще не высохли. Пока он шел между столиками, на которые подавали аперитив, его кто-то окликнул.

– Мэтр Морван-Мейер! Какая радость встретить вас здесь…