Мучения Минти Мэлоун - Изабель Вульф

Я посмотрела в ту сторону, куда указывала ее рука, и увидела в луче единственного прожектора молодую женщину. На ней была длинная, до полу, накидка из белых перьев, лицо закрывал веер. Заиграли тромбоны – знакомый, торжественный пассаж. Ди-ди-ди-и! Извиваясь, женщина двинулась вперед, бросила веер, распахнула накидку, и ... о боже! Ди-ди-ди-да! Под накидкой не оказалось почти ничего, кроме боа из перьев, белого корсета, чулок с поясом и длинных белых перчаток, усыпанных блестками. Ди-ди-ди! Она поднесла ко рту указательный палец левой руки и, поддразнивая, облизнула его. Ди-да-ди-да! Потом сорвала перчатку, покрутила над головой под одобрительные крики зала и, наконец, швырнула в толпу. Ди-ди, бум-бум! Ди-да, бум-бум То же самое она проделала со второй перчаткой. Ди-ди, бум-бум! Ди-да, бум-бум!

– Снимай! – кричали женщины. Ди-ди-ди! Да-ди-да! Ди-ди, да-да!

– Вот это штучка! – крикнула Вив. – Я бы ей показала «ди-ди-да-да».

Изящным движением Сюзи избавилась от босоножек, отороченных перьями, и медленно расстегнула пояс. Ди-да-ди-да! Стянула белый чулок с левой ноги, затем с правой. Ди-ди-ди! Немного поиграла с чулком, засмеялась, запрокидывая голову, и обвила им шею женщины во фраке. Ди-да-ди-да! Луч прожектора высветил ее пепельные волосы. Извиваясь, она высвободилась из корсета, подняла его и бросила на пол. Ди-да, бум-бум! Ди-да, бум-бум! Ди-да, бум-бум! Ди-да, бум-бум! Теперь на ней было только белое боа из перьев, концы которого прикрывали грудь. Ди-ди-ди, да-ди-да, ди-ди-ди, да-да! Она распахнула боа и ... направилась к нам. Извиваясь как змея и не сводя глаз с Эмбер. Ди-ди-ди! Ди-да-ди-да! Я отвернулась. Онемела от стыда и не могла пошевелиться. Ди-ди-ди! Ди-да-ди-да! Неужели она меня даже не заметила? Ди-ди, бум-бум! Ди-ди, бум-бум! Хотя фигура у нее блеск. Ди-ди, бум-бум! Ди-да, бум-бум! Эмбер застыла, как соляной столп, а Сюзи театральным жестом сорвала боа из перьев и накинула ей на шею. Ди-ди-ди, ди-ди-ди, ди-дуби-ди-ду! Зал потонул в овациях, когда Сюзи обхватила Эмбер за шею и страстно поцеловала в губы. Отстранилась, прищурилась – и лицо ее застыло от потрясения:

– О боже! Привет, Минти.

– Привет, Софи, – пискнула я.

У вас недержание? Почувствуйте себя уверенно. Многоразовые резиновые прокладки!..

– Надеюсь, ты не очень смутилась, – хихикнула Софи, когда на следующее утро мы столкнулись перед зеркалом в женском туалете.

Надежная защита, днем и ночью!..

– Нет, конечно, нет, – соврала я.

Можно использовать снова и снова, хоть сто раз...

– Понимаешь, я была без очков. Поэтому тебя и не узнала.

– Понятно.

Двухслойный абсорбирующий материал удерживает влагу...

– Никогда не надеваю очки вне работы – это не сексуально. К тому же мне нравится, что перед глазами все размыто. Так я забываю о комплексах.

– О да. И у тебя это прекрасно получается. Внешний слой – водонепроницаемый нейлон – обеспечивает дополнительную защиту!..

– Спасибо. Должна сказать, твоя сестра – просто прелесть.

Всего 14 фунтов 95 пенсов. Доставка в течение двадцати восьми дней...

– Да, но она не лесбиянка. И я тоже.

– Тогда зачем вы пришли?

– Мы не знали, что это «розовый» клуб. Я увидела пресс-релиз и решила пойти.

– О, это Мелисса мне послала, – объяснила Софи. – Я была занята и забыла принять факс.

– Но мы здорово провели время.

– Отлично. Придете еще?

– М-м-м, не знаю.

А теперь новости о состоянии на дорогах. Спонсор выпуска – «Шкода». На мосту Патни затруднено движение. Огромные пробки в центре Лондона, скорость движения – три мили в час...

–Ты никому не скажешь? – обеспокоилась Софи, пока я сушила руки.

– Разумеется, нет. Нет.

– Потому что я не знаю, как отреагирует Джек.

– У Джека в последнее время своих забот по горло. Думаю, ему все равно, – ответила я.

– У меня появился поклонник! – торжествующе провозгласила Мелинда, только мы вошли в офис. В руках у нее был конверт, и она улыбалась во весь рот.

– Его зовут Вобевт. Он пвислал мне письмо – посмотвите! – Помахав конвертом у нас перед носом, она зачитала вслух: «Довогая Мелинда, я слушаю вадио „Лондон» исключительно из-за вас!» Фантастика, пвавда? – Она чуть не прыгала от восторга. – «Обожаю вашу пвогвамму „События». Особенно мне нвавится, как вы кавтавите». – Мелинда, похоже, была сбита с толку. И вдруг расхохоталась. – Какой бвед! – произнесла она. – Вазве я кавтавлю? Да у него совсем квыша поехала!

– Как и у всех, кто пишет такие письма, – кивнула я. – На твоем месте я бы выкинула это послание.

– Ну, нет! – уперлась она. – Оставлю на память. Покажу дяде Певси. Он со смеху помвет!

– Как поживает дядя Перси? – поинтересовался Уэсли.

Дядю Перси мы видим редко. Он почти не появляется в офисе.

– О, у него все отлично, – ответила Мелинда. – Гововит, мне нужно уйти в оплачиваемый отпуск как можно ваньше, – продолжила она, похлопывая себя по растущему животу.

– О да. Он абсолютно прав! – хором воскликнули мы.

– Но я не увевена, – тупо промямлила Мелинда. – Боюсь, если меня не будет, наши вейтинги упадут. Об этом-то дядя Певси не подумал!

– Я бы на твоем месте не выходила на работу как можно дольше, – тактично посоветовала Софи. – Первые месяцы жизни оказывают решающее влияние на развитие ребенка. Исследования показывают, что дети, которых разлучили с родителями в раннем младенчестве, позднее испытывают серьезные психологические проблемы, в том числе страдают различными отклонениями в зрелом возрасте.

– Из таких детей и получаются маньяки, – подхватила я. – Отсутствие связи с матерью в критический период первых шести месяцев может привести к одержимости и мании преследования.

– О, я подумаю, – испугалась Мелинда. – Я должна уйти в отпуск только в севедине декабвя.

– Не знаю, как мы без тебя справимся, Мелинда, – вступил в игру Джек, который только появился в офисе. – Но уверен, что-нибудь придумаем. Кстати, твои реплики мне нужны через полчаса.

– Минти-и-и, – прохныкала Мелинда, как только Джек вышел из комнаты.

– Что?

– Минти-и-и, ты мне поможешь?

– В чем дело? Мне срочно нужно позвонить.

– О'кей, я быстро. Так, пвоцесс в Севевной Ивлан-дии... Скажи-ка еще вазок, на юге жили пвотестан-ты, да? Или пвесвитевианцы? В жизни не упомнить.

– Мы не будем учить вас хамству, – произнес Дэвид Чедвик, один из преподавателей семинара «Решающий фактор», куда я отправилась в субботу утром. – Мы научим вас быть менее «добрыми». Потому что, если относиться ко всем по-доброму, никогда не добьешься того, чего хочешь.