Улыбнись, мой ангел - Барбара Фритти

– Извините, – пробормотала она. – Не знаю, что на меня нашло.

– В этом нет ничего удивительного, – успокоил он ее. Взгляд его был теплым и понимающим.

– Я проявила слабость.

Обычно она не плакала. Отец всегда говорил ей, что эмоции следует приберегать для музыки. Не плачь, лучше играй! Теперь она чувствовала себя абсолютно обнаженной и уязвимой. Она не собиралась выставлять себя перед Ридом этакой слезливой дамочкой, но так уж получилось.

– Слабость – это слово к вам не подходит, Дженна. Оно вам чуждо. Такой сильной и мужественной женщины я еще не встречал, – тихо произнес он.

– Вы не слишком хорошо меня знаете.

– Вы чересчур строги к себе.

– Большинство людей так не думают.

Рид прищурился.

– Большинство людей – это кто?…

– Это неважно. Спасибо за моральную поддержку. Кстати, вам стоит переодеться. – Она скользнула глазами по широкой, мускулистой груди. Ее тотчас охватило безумное желание помочь ему снять намокшую рубашку. Каким-то чудом она сдержалась. А как, наверно, восхитительно было бы уступить желанию, погрузиться в сладостное забвение…

– Дженна! – окликнул Рид.

Она подняла на него глаза. Его взгляд пылал желанием.

– Не смотрите на меня так! – предупредил он.

– Я не знаю, о чем вы… – смущенно сказала она.

– Знаете. – Рид вскочил на ноги и вернулся на стул. – Вы должны рассказать мне все до конца, чтобы я смог помочь вам. Давайте вернемся к тому месту, на котором вы остановились. Вы забрали Лекси в парке. Что было дальше?

Дженна сделала глубокий вдох, затем выдох и, немного помолчав, заговорила снова:

– Я хотела зайти в дом, чтобы удостовериться, что с Келли все в порядке, но внутренний голос подсказал, что этого делать не стоит. Нужно забрать Лекси и отвести ее в безопасное место.

Я знала, что в доме находится полиция, и поэтому поступила так, как просила меня сестра. Я села в машину и ехала четыре часа. Я остановилась возле мотеля, когда проехала пару сотен километров от города. У меня был с собой ноутбук, и я зашла в Интернет.

Так я узнала, что Келли скончалась от ножевых ран во время предполагаемого ограбления дома.

Я увидела фотографии плачущего Брэда, умолявшего найти убийц его жены. Руки у него были перебинтованы. Эти раны он якобы получил, защищаясь от преступника.

Вокруг него стояли его товарищи-полицейские в форме. Мне даже показалось, что его горе настоящее, а не наигранное. Потом я вспомнила, что мне сказала Лекси, вспомнила синяки на руках Келли и ужас в ее глазах. Это Брэд убил мою сестру, я уверена в этом. – Их взгляды встретилась снова. – Не лежи на мне ответственность за Лекси, я бы выследила его. Я бы добилась, чтобы его покарали за совершенное злодеяние.

– Не сомневаюсь, – заверил ее Рид. – Скажите, Дженна, где Лекси могла находиться во время этого якобы ограбления?

– В новостях говорилось, что, к счастью, дочь убитой гостила у родственников в другом штате, и в момент ограбления ее не было в доме, что, разумеется, ложь. Я не знаю, почему Брэд так заявил.

– Что в принципе нетрудно было установить даже в ходе простого расследования.

– Лекси никто не искал, потому что Брэд сообщил всем, что с его дочерью все в порядке.

– Почему он не заявил об ее исчезновении? – задумчиво спросил Рид. – Какая-то бессмыслица получается.

– Возможно, он знает, что она у меня.

– Согласен. Продолжайте.

– В конверте, который дала мне Келли, содержались подробные инструкции относительно того, как начать новую жизнь. Очевидно, сестра давно все спланировала. Она связалась с группой активистов, которые помогают женщинам, пострадавшим от семейного насилия. Эта группа придумала для нее и для Лекси новые имена, так что я просто заняла место Келли. Меня отправили сюда, в Бухту Ангелов, и снабдили документами. Меня ждал банковский счет, снятый напрокат дом и новая жизнь. Короче говоря, я могла начать все сначала.

Дженна помолчала.

– Беда в том, что Лекси меня почти не знает. Я всегда была для нее полузнакомой тетей, живущей где-то далеко, которая играет на пианино и изредка присылает ей красивые подарки. Она не понимает, почему я увезла ее далеко от дома. Первые дни мне пришлось с ней трудно. Сначала она вообще не разговаривала. Она как будто пребывала в трансе, спрятавшись от невзгод и боли. Потом она начала плакать и кричать. Она била меня, кричала, требовала, чтобы я отвезла ее домой.

– Да, тяжело вам пришлось.

– Я не знала, что мне делать. Лекси постоянно спрашивала, где ее мать и когда мы вернемся домой. Наконец я была вынуждена сказать ей, что ее мать мертва, что она превратилась в ангела и теперь живет на небе. По какой-то причине это объяснение успокоило ее. Думаю, какой-то частью сознания она уже понимала, что матери больше нет, но ей требовалось подтверждение. В конечном итоге Лекси перестала плакать. Я рассказала ей, какой план придумала ее мама, чтобы избежать опасностей, и что по этому плану мы должны выдавать себя за маму и дочку. Она согласилась и большую часть времени исправно, даже очень хорошо играла свою роль.

Дженна сделал глубокий вдох.

– Я знаю, у Лекси тяжело на душе, ей все еще больно. Она прячется от этой боли. Так же, как мы с ней прячемся от ее отца. Все стало игрой, обманом, притворством. Возможно, она думает, что однажды игра закончится и все будет по-прежнему. Или же она и впрямь поверила в то, что ее мама на небесах. Не знаю, не могу сказать.

– Так вот почему ей хочется поговорить с ангелами, – произнес Рид. – Она хочет найти свою маму. Хочет спросить у нее, все ли у нее хорошо.

– Да, именно так, – кивнула Дженна. – Это разбивает мне сердце, но что я могу поделать? Лекси ничего не видела. Не видела похорон или даже гроба не видела. А ее отец… я не знаю, какие чувства она питает к нему.

Временами в ее представлении он – плохой дядя. Иногда она начинает путаться, говорит, будто какой-то злой человек забрался к ним в дом и убил ее маму. Думаю, ей нужен психотерапевт, но я боюсь вести ее к специалисту. Слишком рискованно. Я все время надеюсь, что спустя какое-то время Брэд смирится и прекратит поиски. Тогда я смогу показать Лекси врачу, и все само собой уладится.

– Я бы на вашем месте не обольщался. Что вам известно о намерениях Брэда в отношении Лекси? Мужья, избивающие жен, не всегда избивают детей. Любит ли он Лекси? Хочет ли он, чтобы она вернулась к нему? Или желает причинить ей вред?

– Не знаю. Возможно, Лекси могла бы обвинить его в убийстве матери. Не исключено, что ее свидетельство упрятало бы Брэда за решетку. Но она никогда не рассказывает одну и ту же историю дважды.

– Его адвокаты не оставят от показаний ребенка камня на камне, – возразил Рид. – Нужны более весомые доказательства его вины. Вам нужно выяснить, что ваша сестра знала о своем муже.