Улыбнись, мой ангел - Барбара Фритти

– Ты пока побудешь здесь. Отдохнешь. Восстановишь силы. Ради себя и будущего ребенка. Не волнуйся, Энни, мы все уладим. Надеюсь, мы сможем помочь твоему отцу, позаботимся о том, чтобы ему там хватало еды. Но я не хочу, чтобы ты возвращалась туда одна. Тебе надо думать не только о себе, но и о ребенке. Договорились?

– Договорились, – с видимым облегчением согласилась Энни.

– Мне думается, тебе будет удобнее в моей комнате, – сказала Шарлотта. – Пойдем со мной. Тебе там понравится. Когда мы с сестрой были подростками, Дорин обставила ее на свой вкус, а она была страшная модница.

– Ух ты! – изумленно воскликнула Энни при виде комнаты в розовых тонах. На огромной двуспальной кровати высились горы мягких подушек, диванчик возле окна был завален мягкими игрушками. Стены увешаны книжными полками.

– В детстве мы спали каждая в своей кровати. Но когда я, окончив школу, уехала учиться, комнату заняла Дорин. Книги тут – мои, ее интересовала только косметика.

Шарлотта указала на туалетный столик. На нем рядами выстроились бутылочки лака для ногтей, лежало зеркало, пара расчесок, а в ящике – куча старой ненужной косметики.

– Как красиво! – восхитилась Энни, и ее глаза вспыхнули неподдельной радостью.

Хотя Энни было уже восемнадцать и она уже была беременна, во многих отношениях она все еще осталась ребенком – хорошенькой маленькой девочкой со светлыми волосами и карими глазами, в которых застыли печаль и невинность. В своей жизни она повидала немало плохого и почти не имела представления о том, что способен ей предложить окружающий мир.

Шарлотте не давал покоя вопрос, кто лишил Энни невинности. Такой же подросток, как и она? Или кто-то постарше, кто отдавал себе отчет в своих действиях? Она спросила у Энни, принуждал ли ее этот мужчина заниматься с ним сексом, но девушка ответила отрицательно. Она так и не сказала, кто отец ее будущего ребенка.

Хотелось надеяться, что Энни говорит правду. Увы, она по личному опыту знала: в том, что касается секса, девушки-подростки порой попадают в самые разные неприятности.

Энни погладила теплое стеганое одеяло.

– Эта комната как из сказки. Вам повезло, что вы выросли здесь.

– В детстве я так не думала.

Сейчас благодаря Энни она посмотрела на комнату другими глазами, Наверно, ее детству можно позавидовать. Но тогда ей казалось, что комната не ее, а Дорин, а дом принадлежит матери, она же здесь лишняя, если не сказать, чужая. Неожиданный звонок в дверь заставил ее вздрогнуть.

– Откроешь, Шарлотта? – крикнула ей из кухни мать.

– Я сейчас вернусь, – сказала Шарлотта Энни. – А ты пока можешь поводить носом.

С этими словами она направилась к входной двери. Звонок тем временем повторился. Шарлотта распахнула дверь, ожидая увидеть кого-то из прихожанок с очередным угощением. В следующий миг ее приветливой улыбки как не бывало. На пороге стоял молодой мужчина с букетом цветов.

Некогда светлые волосы потемнели, но голубые глаза остались прежними. Сохранилась и ямочка на подбородке. И красивые губы. Сердце Шарлотты как будто сделало сальто. Она на секунду перенеслась в то время, когда школьная звезда бейсбола Эндрю Шиллинг заявился к ней с букетом цветов, которые нарвал по пути. Он пригласил ее покататься на машине. Она согласилась, и тогда…

– Шарли? – растерялся он. – Это ты?

Шарлотта сглотнула комок и постаралась сделать равнодушное лицо.

– Да, это я. Что… что ты делаешь здесь?

– Я буду новым пастором.

– Да. Мама говорила вчера. Но я не ожидала, что так скоро. – Она была не готова видеть его и разговаривать с ним. Но деваться некуда. Вот он перед ней, в темно-коричневых брюках, кремовой рубашке и коричневом блейзере. Он был хорош собой, хотя и выглядел строго и чуть старше своего возраста. Шарлотта даже пожалела, что в данный момент на ней серые брюки-капри и черный свитер, а волосы убраны в конский хвост. Можно было одеться и поярче.

– Прошло столько времени, – произнес Эндрю, откашлявшись. – Я слышал, ты стала врачом. Это замечательно.

– Да. А ты – пастором.

– Ну вот, мы установили факты, – сказал Эндрю, улыбнувшись.

– Чем я могу быть тебе полезна?

– Я пришел поговорить с миссис Адамс. Послушай, я не собираюсь выставлять тебя или твою семью из дома. Это было бы некрасиво с моей стороны. Вы прожили здесь всю жизнь Я могу снять квартиру в центре города.

– Даже не думай, – решительно заявила Моника Адамс, появившись за спиной Шарлотты. – Привет, Эндрю.

– Здравствуйте, миссис Адамс, это вам, – сказал он, протягивая ей букет.

– Прекрасные цветы. Это такой красивый жест с твоей стороны. Ты теперь наш новый пастор, и это твой дом. То самое место, куда ты можешь привести жену и детей.

– Я не женат, – быстро ответил Эндрю.

– Когда-нибудь ты обзаведешься семьей.

– Но мне не нужен дом прямо сейчас. И я не намерен выставлять вас за порог. Он так долго был вашим домом.

– Да, он был моим домом. Я буду скучать по нему. Но мой муж хотел, чтобы здесь жил ты. Я рада, что это ты, а не посторонний человек, – добавила Моника. – Будешь есть с нами? Мы как раз собирались сесть за стол. Еды хватит на всех. Я уверена, вам с Шарлоттой захочется поговорить, вспомнить прошлое. Помнится, вы с ней были дружны до того, как она стала встречаться с другим юношей.

Эндрю явно чувствовал себя неуютно. Шарлотта молила бога, что он откажется. У нее не было ни малейшего желания сидеть с ним за одним столом и уж тем более начинать с ним новый разговор – тринадцать лет спустя, да еще в присутствии матери.

– Извините, не могу, – все-таки отказался Эндрю. – У меня назначена встреча в церкви.

– Хорошо, я понимаю. Но ты приходи к нам.

– Обязательно, с удовольствием, – пообещал он.

Мать ушла. Шарлотта собралась закрыть дверь, но Эндрю ее остановил.

– Хочешь, мы чуть позже выпьем кофе? – предложил он.

Шарлотта помедлила с ответом.

– Я сегодня занята. Извини.

Новый священник кивнул и грустно улыбнулся.

– Наверное, я заслужил это. Если не ошибаюсь, я сказал тебе то же самое, когда ты хотела со мной поговорить.

Да, так и было. Она помнила каждое его слово. Они крепко врезались ей в память.

– Это было давно и уже не имеет значения. Мы с тобой непременно где-нибудь встретимся.

– Шарли?

– Что? – спросила она, испытывая непреодолимое желание захлопнуть дверь у него перед носом и навсегда забыть прошлое.

– Я рад, что ты здесь. Что мы оба дома, в этом городе.

– Не знаю, надолго ли я здесь.

Он выдержал ее взгляд.