Спасение в любви - Робин Карр

— Ты очень терпеливый человек, да, Джек?

— В некоторых случаях — не особенно, — признал тот.

— Я знаю о тебе. Мигель не первый, ради кого ты нес бессменную вахту. Он говорил, что ты никогда не бросишь своего парня — какая бы опасность ни угрожала.

— Он преувеличивает, — сказал Джек.

— Я так не думаю. Я ухожу, хочу немного отдохнуть, чтобы завтра утром не клевать носом. Спасибо тебе за то, что ты делаешь.

— Я не оставлю его, миссис Валенсуэла. Он отличный боец.

На шестой день, в полночь, Майк открыл глаза, повернул голову и произнес:

— Сэдж?^[24]

Джек тут же вскочил и склонился над кроватью. Глаза Майка были ясными.

— Да, ганни^[25]. Вот и правильно. Здесь столько народу тебя ждет, приятель. Только не засыпай опять, а то персонал больницы уже скоро погонит нас отсюда.

К кровати тут же подошла медсестра.

— Майк? — спросила она. — Вы знаете, где вы находитесь?

— Очень надеюсь, что не в Ираке, — сказал тот, еле шевеля губами.

— Вы находитесь в больнице. В отделении интенсивной терапии.

— Хорошо. Значит, здесь нет никаких снайперов.

— Майк, я должен позвонить твоей матери, — сказал Джек. — Я буду неподалеку.

Джек вышел из реанимации и спустился вниз, чтобы сообщить об улучшении тем, кто ждал прямо в больнице, и потом позвонить остальным. Родные Майка сейчас спали в трейлере, который предоставил им полицейский департамент, но по больничному холлу тоже слонялось много тех, кто просто хотел быть поблизости.

— Он пришел в сознание. И узнает знакомые лица.

По больничному холлу прошелестел вздох облегчения. Джек позвонил миссис Валенсуэле, а затем вернулся в палату к Майку. Там он застал двух врачей, которые его осматривали. Один из врачей был Шон, а другой — незнакомый невропатолог.

Шон обошел кровать и, взяв Джека под руку, отвел его в сторону.

— Я еще не звонил Мел, пока только собираюсь. Я просто хочу вам кое-что сказать — вы сидели здесь ночами почти целую неделю. Я чертовски рад, что вы не позволили Мел остаться в одиночестве. Вы хороший человек, Джек. И хороший друг.

— Я уже говорил вам — он хороший парень. Он сделал бы для меня то же самое. — Джек улыбнулся. — А что касается Мел, то, дав мне шанс, она изменила мою жизнь.

В отсутствие Джека Мел занялась важным делом. Она должна была забрать Лиз из углового магазинчика и отвезти ее в Грейс-Валли к доктору Стоуну. Лиз ждала ее на улице.

— Ты уверена, что не хочешь взять с собой тетю Конни?

— Нет, я не хочу, — твердо ответила та. — Я хочу поехать с вами.

— Ну хорошо. Ты сегодня очень хорошо выглядишь, — сказала Мел.

Лиз улыбнулась:

— Спасибо.

Мел порадовало, что Лиз озаботилась своим внешним видом перед первой встречей с доктором Стоуном. Ее волосы блестели чистотой и кудрявились, а косметика была подобрана со вкусом. На Лиз были джинсы в обтяжку и длинный свитер, скрывающий живот от любопытных взглядов.

— Ты очень ждешь ультразвука?

— Наверное, — сказала Лиз. — Я нервничаю.

— Тебе не о чем волноваться — процедура совершенно безболезненная.

Они добрались до клиники Грейс-Валли, и Мел осознала, что УЗИ было, видимо, не единственной причиной того, что Лиз приоделась. И определенно существовала причина, по которой Лиз не попросила тетю Конни поехать с ними. Когда они въехали на больничную парковку, то оказалось, что на другой стороне улицы их ждет знакомый пикап белого цвета. Из машины вылез Рик и направился к ним, собираясь их сопровождать. Лиз увидела его, засияла от счастья и побежала ему навстречу. После возвращения Лиз в Вирджин-Ривер Мел уже видела их вместе — и в баре, и в городе. Они были очень осторожны, особенно когда поблизости находились Конни и Рон, а те, казалось, были поблизости всегда. Рик мог только брать Лиз за руку, незаметно обнимать за плечи, иногда целовать ее в голову.

Но сейчас все было иначе. Она с разбегу обняла его. Он с нежностью прижал ее к себе. Мел увидела Рика в другом свете — вместе с беременной от него девочкой. Высокий, широкоплечий, сильный, привлекательный — но все еще мальчик. Чистый тестостерон семнадцати годов от роду.

Они обнимались и целовались прямо посреди улицы, и целовались как взрослые. Лиз прижимала ладони к его щекам и притягивала к губам его рот. Голодные глубокие поцелуи, их одних было вполне достаточно, чтобы возбудить страсть. Рик с силой прижимал Лиз к себе и гладил по ее спине. Потом он провел ладонью по ее выступающему животу, что-то сказал и улыбнулся в ее полуоткрытые губы. Не мальчик — мужчина. Мужчина и женщина, но они все еще дети.

Мел кашлянула.

Они неохотно отлепились друг от друга и подошли к ней.

— Привет, Рик. Я не знала, что ты придешь.

— Мне пришлось пропустить школу. Сомневаюсь, что присутствие в качестве отца на ультразвуке будет обычным извинением за прогул, но Лиз хотела, чтобы я был рядом.

— Могу ее понять.

Такие взрослые. И такие юные. Они были детьми, и это сбивало с толку. На самом деле их любовь, заметная даже непосвященному, тревожила Мел даже больше, чем то, что бедной девочке придется в одиночестве проходить через подобное испытание. Казалось, эти двое хотят вместе растить ребенка. А что может быть более нереальным для таких юных, которые сами еще дети?

— Ну что ж, пойдемте к доктору.

Мел рассказала Джону Стоуну о своей пациентке, и тот приступил к процедуре. Рик сел рядом с Лиз и взял ее руку, словно обычный муж. Лиз с обожанием посмотрела на него снизу вверх, но Рик не отрывал взгляда от монитора. Доктор Стоун стал водить датчиком по животу Лиз, а на экране затрепыхался ее малыш.

— Вот это да, — вырвалось у Рика. — Вы только посмотрите на это.

— Разбираешь, где что? — спросил Стоун у Мел. — Вот руки, ноги, головка, попка. Пенис.

Мел не вглядывалась в экран, ее взгляд был прикован к Рику. К тому, как медленно менялось его лицо. Его глаза широко раскрылись и затуманились. Он стиснул руки Лиз и сжал губы в прямую линию, стараясь не потерять контроль над собой. Одно дело видеть округлившийся животик, знать, что там твой ребенок, ощущать, как он шевелится, понимать, что он живой. Но видеть ребенка и знать, что это твой сын, — это совсем другое.

— О господи, — сказал Рик. Он опустил голову и прикоснулся губами ко лбу Лиз. Она крепко сжала его руки, потом заплакала. Рик прошептал ей на ухо: — Все хорошо, Лиз. Все нормально. Все будет хорошо.