Павлинья гордость - Виктория Холт

Он въехал на постоялый двор, и появилась дородная женщина в широком черном платье и белом переднике.

Джосс поговорил с ней, а потом вернулся ко мне.

– У них только одна комната, – сказал он. – Здесь вам не лондонский отель. Ну что, соглашаемся или проведем ночь на улице?

В этот момент к нам приблизилась хозяйка.

– Добро пожаловать, дорогая. У меня прекрасная комната. Вы супруги?

– Да, – ответил Джосс.

– Тогда приготовлю кровать. Матрац я привезла из Англии. Джек присмотрит за лошадьми… Джек, возьми их, милый. А где же Мэри?

Джосс помог мне слезть с лошади, и я почувствовала, что он явно наслаждается создавшейся ситуацией.

– Выше нос, – прошептал он. – Если вы будете вести себя неестественно, то поставите нас в неловкое положение.

Комната оказалась чистенькой и приятной. Большую часть занимала огромная кровать. Мэдден внимательно осмотрелся вокруг.

– Вот отличное кресло, оно может пригодиться, иначе придется спать у кровати, как верному рыцарю, – он положил мне руки на плечи и посмотрел прямо в глаза. – Не стоит забывать, что я еще никогда не навязывался ни одной женщине и не собираюсь этого делать…

– Я это знаю. Недаром вам дали прозвище Павлин.

– Никто не смеет так называть меня в лицо. Просто запомните мои слова, и вам сразу станет легче.

Мы смыли дорожную пыль и отправились вниз. На улице жарились бифштексы и стоял длинный стол со скамейками. Нам предложили суп из кенгуру с булочками, потом сыр и мясо.

Ужин закончился до темноты, и мы решили прогуляться. Неподалеку паслась отаpa овец, охраняемая огромными собаками, послушными свистку пастуха.

Несмотря на все заверения Джосса, меня все же беспокоило, что нам придется провести ночь в одной комнате. Я сняла юбку и блузку и всю ночь провертелась на кровати. Думаю, Джосс тоже. Ранним утром мы двинулись в путь. Часов в одиннадцать показалась река. Здесь мы сделали остановку. Лошади нуждались в отдыхе и могли напиться вдоволь. Джосс приказал мне собрать дрова для костра, а потом мастерски разжег огонь и вскипятил чай. Мы удобно расположились под деревом. Хозяйка постоялого двора приготовила в дорогу бутерброды и снабдила сыром. Никогда я не пила такого прекрасного чая и не ела с таким аппетитом. Солнце палило, и мы оба почувствовали усталость. Я вскоре заснула и увидела сон, будто нахожусь на корабле во время шторма и иду по палубе. Внезапно меня хватает Джосс.

– Вы хотите совершить самоубийство? – спрашивает он.

– Вас это устроило бы, – отвечаю я. – Тогда все станет вашим, и вам не придется мириться с существованием жены… Вам достанется Зеленый Огонь…

Как только я упоминаю об опале, выражение его лица меняется, объятия сжимаются, и я ловлю на себе взгляд убийцы.

– Вы правы, без вас мне будет лучше. Самоубийство… Надо, чтобы все выглядело именно так.

В этот момент я вскрикиваю:

– Нет-нет! Вы хотите убить меня…

И тут от ужаса я проснулась и почувствовала на себе взгляд Джосса. На какое-то мгновение сон показался мне реальностью.

– В чем дело? – спросил он. – Просто кошмар.

– Страшный?

– Должно быть.

– Кошмар! Вы, по-видимому, чего-то очень боитесь…

– Я сумею постоять за себя.

– О чем был сон?

– Не помню. Все плохие сны одинаковы.

– Любому будет трудно в незнакомой стране. Вас это беспокоит?

– Не знаю, смогу ли я прижиться здесь.

– А кроме того, брак с незнакомцем… который ничего не значит. Надеюсь, мы все же придем к какому-то компромиссу.

Мне было непонятно, что он имеет в виду.

– Здесь много разбойников, – продолжил Джосс.

– Они везде есть.

– Вы слышали о бушменах?

– Конечно.

– Но вы не знаете, какие они. Отчаявшиеся люди, неудачники, живущие только за счет воровства. Они прячутся в лесу и с легкостью грабят проезжих. В случае, если их поймают, повесят на первом же попавшемся дереве. Именно поэтому бушмены беспощадно убивают своих жертв.

– Наверное, вам бы хотелось отправить меня домой.

– Не думаю, что вы из тех людей, которые бегут при первой же опасности.

– Я на многое способна, чтобы доказать, как вы не правы.

Я упрямо отводила глаза, чтобы не встречаться со взглядом Джосса.

– Ищете бушменов? – спросил он. – Не бойтесь, у вас есть защитник.

–Вы?

– И он, – Джосс вытащил из-за пояса маленький пистолет и показал мне. – Отлично стреляет, так что шансов у них нет.

Мы ехали рядом через лес.

– Постоялый двор Трантов будет через пятнадцать миль, – сказал Джосс. – И нам, и лошадям нужен отдых.

– А что это за деревья? – спросила я.

– Каучуковые. Еще их называют деревьями-призраками. Некоторые люди считают, что души погибших в лесу поселяются в них. Видели бы вы эти деревья при лунном свете – и тотчас же поверили бы всем разговорам. Люди боятся ездить мимо них, считая, что ветки превращаются в руки, а те, которых они захватили, – в призраки.

– В каждой стране есть свои легенды.

– Австралийцы – не мечтательные люди.

Внезапно над нами раздался смех, и я вздрогнула в седле.

– Не бойтесь, это кукабурра – смеющаяся птица. Они всегда появляются парами и радуются жизни. Этих особей полно вокруг поместья.

Мы ехали по сухому полю.

– Если бы не засуха, здесь было бы полно диких цветов, – объяснил Джосс.

Около семи вечера мы выехали на небольшую возвышенность, и Джосс осмотрелся вокруг.

– Отсюда виден постоялый двор Трантов, – сказал Джосс. – Он расположен в ложбине.

– Скоро стемнеет.

– Да, нужно добраться до темноты. В лесу опасно. В одиночку здесь вообще нельзя оставаться. Многие люди теряют дорогу и бродят по кругу. Поэтому будьте осторожны. А вот и дом Трантов, посмотрите.

Мы ехали дальше. Солнце садилось за горизонтом, и появились первые звезды.

Джосс пустил лошадь галопом, и я поспешила за ним. Но внезапно он остановился и воскликнул:

– Господи! Посмотрите на это!

На фоне бледной луны и звезд виднелся скелет дома. Я последовала за Джоссом. Пожар полностью уничтожил одну сторону двухэтажного здания и еще не затих.

– Давайте посмотрим, что случилось, – сказал Джосс.

Мы слезли с лошадей, и он привязал их к железному забору.

– Будьте очень осторожны, – через плечо крикнул Мэдден. Потом взял меня за руку, и мы вместе ступили на почерневшее крыльцо.