Обними меня крепче - Николь Майклз

Линдси и Дерек трудились над кухонной зоной уже два дня, но он не предпринимал никаких попыток к сближению, не флиртовал и не прикасался к ней, даже если она оказывалась рядом. Ее радовало, что он уважает ее желание иметь личное пространство. Они совершенно свободно общались, смеялись и работали, и напряжение между ними скоро исчезло.

Линдси так долго искала детали, что ей не терпелось увидеть кухню в готовом виде. Она не знала, каково было предназначение всех этих предметов в прежней жизни, но для ее замысла они подходили идеально. Островок получился чуть выше столешницы, по краям у него имелись маленькие шкафчики, в центре – два ряда ящиков, и большая стальная полка внизу. Это целое хранилище для кухонной утвари, так что Анна будет в восторге.

– Похоже, мне нужна передышка, – заявил Дерек, положив шлифовальную машину. – А тебе?

Днем существенно потеплело, и в амбаре, где они работали, стало душно. Заметив, что Дерек расстегнул верхние пуговицы фланелевой рубашки, Линдси поспешно опустила глаза и с преувеличенным вниманием уставилась на ящик, над которым работала, но уже через минуту поняла, что не в силах сдерживаться. Сквозь опущенные ресницы она взглянула на него, а он как раз в этот момент расстегивал последнюю пуговицу рубашки, под которой оказалась светло-серая футболка, как вторая кожа обтянувшая его тренированное тело. Дерек провел пятерней по волосам и обернулся взглянуть на то, что у них получилось.

Боже правый, ну нельзя же мужчине быть таким привлекательным! Она помнила его обнаженное тело так же ясно, как если бы видела его вчера: блаженство, поскольку воспоминание было чудесным, и проклятье, потому что ей хотелось увидеть его снова. Вот он, перед ней, мужчина из плоти и крови – настоящее искушение.

Он машинально коснулся живота, и футболка слегка приподнялась, явив взору Линдси узкую полоску над брючным ремнем. Ей пришлось срочно схватить свою шлифовальную машинку, словно это был спасательный круг, и сосредоточиться на обработке передней стенки ящика, где вроде бы оставалась какая-то неровность. Пожалуй, следует обработать ее еще раз, чтобы справиться с возбуждением. Да, это должно помочь.

Краем глаза она заметила, что Дерек направляется к ней. Носком ботинка он ненароком задел ее теннисную туфлю, и только тогда она подняла глаза и изобразила удивление, как будто и не наблюдала за ним с таким напряженным вниманием.

– Извини, задумалась, – солгала Линдси, сняв защитную маску.

– Я думаю, пора сделать перерыв. От этого сидения на земле спина как деревянная – не разогнешься.

Линдси взглянула на пыльный пол, на котором сидела, и только теперь осознала, что и у нее от неудобной позы затекли ноги. Она оглянулась, словно не знала, куда поставить незаконченный ящик, Дерек решительно его отобрал и подал ей руку.

– Вставай. Пойдем погуляем.

Едва приняв вертикальное положение, Линдси поспешила высвободить руку и буркнула:

– Пошли.

Оказавшись на свежем воздухе, Линдси с удовольствием подставила лицо теплому солнцу. Они прошли через двор и приблизились к саду. Линдси здесь очень нравилось. Неухоженный, дикий, заросший бурьяном и полевыми цветами, он был очарователен. Миновав эти цветущие заросли, они оказались на маленьком заднем дворике в окружении высоких деревьев.

– Видишь вон тот белый забор? – спросила Линдси, жестом указав вправо, и остановилась.

– Да, а что с ним?

– Там заросли сирени. Свадьба Анны и Майка пройдет на их фоне. Как ожидается, ко дню их свадьбы сирень уже расцветет. Хочется верить, что так и будет. Анна очень на это надеется и будет расстроена, если не получится. Именно здесь, возле этих зарослей, Майк сделал ей предложение.

– Правда? Оказывается, мой друг романтик! А я и не знал. Впрочем, это не удивительно.

Дерек медленно направился к белому забору, представив взору Линдси потрясающую задницу в старых, сильно изношенных джинсах с дырой над задним карманом, в котором лежал его бумажник. Она могла бы поклясться, что сквозь протертую ткань джинсов проглядывает что-то синее. Когда-то он предпочитал трусы-боксеры, но это было давно, так что вкусы могли измениться: возможно, теперь ему нравятся плавки? Неожиданно ее охватило сильнейшее любопытство: захотелось немедленно выяснить этот жизненно важный вопрос.

Дерек тем временем уже тряс белый забор, словно хотел убедиться в его прочности, и это был чисто мужской жест: ни одной женщине и в голову не пришло бы что-либо подобное.

– Насколько я понял, свадьба будет не особенно многолюдной?

– Думаю, человек пятьдесят, не больше, – ответила Линдси. – Но все будет очень красиво.

– Не сомневаюсь.

Линдси вдруг поймала себя на мысли, как это странно – обсуждать свадьбу подруги с ним. А какой была его свадьба? Роскошной или скромной? С какой тематикой? Разумеется, спрашивать она не станет, это не ее дело, хотя и жаль, что очень многого о нем не знает.

– Ты живешь в Престоне?

– За городом.

– В деревне?

– Ну, не совсем в деревне, – улыбнулся Дерек. – Просто у нас дома расположены на довольно внушительном расстоянии друг от друга. У меня там свой дом – небольшой, но хороший, там вполне достаточно места и для меня, и для Таннера. Кроме того, там большой участок. Я обычно провожу дома очень мало времени, если нет Таннера: как правило, работаю допоздна в офисе или на площадке.