Уроки для папы - Стелла Бэгуэлл

— И все почему? — ласково передразнила Дженни.

Саванна неожиданно фыркнула и подняла на подругу заплаканные глаза.

— Потому что я не соглашаюсь выйти за него замуж.

— Вот это да! Так он сделал тебе предложение? — Дженни, казалось, не могла поверить.

— Сделал, — угрюмо подтвердила Саванна. — А я ему сказала «нет». А он не понимает — почему.

Дженни помолчала, размышляя.

— Ну, если по правде — я тоже.

Саванна воззрилась на нее, пораженная.

— И это говоришь мне ты? Что я должна была сказать «да»? Дженни-мужененавистница желает мне выйти замуж?!

Дженни закивала, смеясь.

— Конечно, желаю! Вовсе я не ненавижу мужчин, особенно таких сексуальных, по твоим словам, как Джо Маккенн.

— В этом ему не откажешь — он сексуальный, — неохотно согласилась Саванна. — Но это же не значит, что я должна за него выйти.

— Не значит. А вот что ты любишь его — значит. — Она пристально смотрела в лицо Саванне. — Любишь? Я так убеждена: истинная любовь, без этих всяких шуточек, соединяет людей навеки — до глубокой старости, до гробовой доски.

Саванна в отчаянии запустила пальцы в короткую, растрепавшуюся шевелюру.

— Вот об этом я и спрашиваю себя снова и снова последние две недели. — Подлинное страдание звучало в ее голосе.

— Ну и?.. — подсказала Дженни.

Саванна безнадежно тряхнула головой и проглотила болезненный комок в горле. Она не может лгать Дженни — не больше, чем самой себе.

— Да-да-да! Люблю его, хочу только его! И быть с ним одним — до глубокой старости, до гробовой доски.

— Тогда… почему ты не примешь его предложение?

— Дженни, — голос у нее опять прервался, — тебе ведь известно, чем кончаются мои взаимоотношения с мужчинами. Выйду я за Джо — и вечно, каждую минуту волнуйся, жди: вдруг что-то с ним случится. Или молния с небес его поразит. А то и просто какая-нибудь рыжеволосая, вроде тебя например, уведет его у меня…

— Эх, дорогая, это безумие в тебе говорит, сама знаешь. К тому же третий раз всегда счастливый.

— Дженни, когда умер Терри, я решила выбрать иной путь. До сих пор я концентрировала все внимание на том, чтобы завершить образование и сделать деловую карьеру. Я никогда… — глаза ее наполнились слезами, и она сердито сощурилась, пытаясь их скрыть, — я совершенно не хотела влюбляться.

— Но это случилось. Зачем же упускать свой шанс быть счастливой из-за того, что никогда, может, и не случится.

Утомленная, Саванна подсунула себе под голову круглую подушку.

— Может, ничего плохого и не случится. Но это еще не все. Его работа настолько… ну, в общем, он помешан на ней. Настоящий трудоголик.

— В наши дни это многим свойственно.

— Да, но Джо ненавидит то, что делает. Он несчастлив из-за этого. Как я могу рассчитывать, что наш брак сохранится при таких условиях?

— Одно могу тебе сказать абсолютно точно: что-то не выглядишь ты особенно радостной. Не знаю только, что лучше — несчастливой быть с ним или без него?

Саванна размышляла над словами Дженни, когда раздался звонок в дверь.

— Я открою, дорогая. — Дженни встала. — А ты подумай-ка над моими словами.

Через несколько секунд вслед за Дженни в комнату важно вступила Меган. Удивленная и донельзя обрадованная, Саванна вскочила.

— Меган, ты… почему здесь?

Меган была явно чем-то озабочена.

— Я взяла такси, Саванна. Пожалуйста, не говори папе, он думает — я в библиотеке.

— Что-нибудь случилось?

Дженни, стоявшая за ними, многозначительно закашляла.

— Пойду-ка на кухню, лимонад сделаю, ладно?

Саванна кивнула и потянула Меган к кушетке.

— А теперь скажи-ка мне, девочка, что случилось?

Меган как-то странно на нее смотрела.

— Не могу понять — почему ты больше к нам не приходишь? Спросила папу. Он объяснил: ты его избегаешь после того, как он сделал тебе предложение. Это правда?

— Много всего произошло, Меган. — Саванна взяла девочку за руку. — Но тебя я не забыла.

— Я так рада! — На лице ее ясно выступило облегчение. — Думала, может, это из-за меня ты не хочешь выйти замуж за папу?

Саванне казалось, что сердце ее сейчас разорвется на части.

— Конечно, нет, дорогая! С чего это ты вздумала?

Меган характерным жестом опустила подбородок и пожала одним плечом.

— Ну, мало ли… Может, ты только своих, собственных детей хочешь, а тут я под ногами путаюсь.

Саванна обхватила ладонями румяные щеки девочки.

— Все, что ты выдумала, — неправда. Рада была бы стать твоей мачехой.

— Тогда почему ты не хочешь выходить за папу? — Девочка с надеждой посмотрела на Саванну. — Он говорит — боишься.

Саванна закрыла глаза — ей стало как-то спокойно.

— Прав твой папа, очень боюсь.

— Ох, Саванна, не бойся ты моего папу! — воскликнула Меган, тряхнув копной кудрей. — Я, когда переехала к нему, тоже боялась. Считала, он, во-первых, брюзга, во-вторых, злющий и находиться с ним под одной крышей — не дай Бог. А теперь, знаешь…

Саванна посмотрела в синие глаза Меган — как они похожи на глаза Джо!

— Что, девочка?

— Теперь я больше не боюсь. Наоборот, рада, что живу с ним в одном доме. Раньше, до моего переезда, он был такой одинокий. И он любит меня! И тебя он тоже любит, Саванна. Так любит! А мне… он мне письмо написал и оставил. Хочешь прочитаю? Тут и о тебе есть. Вот слушай:

«Дорогая Меган, десять лет я вынужден был следить за твоим ростом по фотографиям и воскресным визитам. И вот неожиданный случай позволил мне вновь стать тебе папой не только по выходным. Я испытывал глубокое волнение от этой перспективы: дочь возвращается в мою жизнь.

Когда ты вошла в дом, со своей оглушительной рок-музыкой, беспорядком везде и своеволием, честно говоря, я растерялся. Четко понимал, что не справлюсь с ролью отца, тем более — отца не по годам развитой девочки-подростка.

А знал я лишь одно — что очень тебя люблю и хочу, чтобы ты была счастлива. Потом Саванна подсказала мне, что быть хорошим отцом вовсе не значит обязательно отправить тебя в частную школу, стараться дать тебе все самое лучше. Главное — это любить, просто любить тебя, моя крошка. А я так тебя люблю.

Папа».

Глаза Саванны наполнились слезами, и она прижала девочку к груди.

— Да, да, Меган, ты молодчина, что прочитала. Какое чудесное письмо!

Только теперь она по-настоящему поняла, что значит для нее любовь Джо.