Слишком красив и богат - Шэрон Кендрик

Во двор въехала спортивная машина, и Айслинг уже заранее знала, кто сидел за рулем.

Джанлука заглушил мотор, снял солнечные очки и на мгновение подумал, что глаза обманывают его.

– Айслинг? – удивленно сказал он. – Это ты?

Она не была бы женщиной, если бы не получила удовольствие от его удивления, но что-то задело ее. Не хочет ли он сказать, что обычно она выглядит ужасно?

– Да, это я, – холодно ответила она. – Привет, Джанлука.

Он медленно выбрался из машины, как бы боясь спугнуть прекрасное видение. Да, он сам посоветовал ей купить джинсы, но никак не ожидал, что они так преобразят ее.

В обтягивающем дениме она смотрелась намного лучше, чем в скучных костюмах. Кто бы мог подумать, что у нее такие красивые ноги! А волосы? Такие длинные, густые и шелковистые.

– Мадонна миа, – пробормотал он. Как будто на его глазах гусеница превратилась в бабочку. И что самое удивительное, глядя на нее, он почувствовал необычайное возбуждение.

Хотя Айслинг и было не по себе от такой реакции на ее преображение, она была польщена.

Переведя взгляд на машину Джанлуки, чтобы как-то отвлечь внимание от себя, она проронила:

– Эффектное появление.

Он долго изучал ее.

– То же самое относится и к тебе, – ответил он. – Ты прибыла сюда прямо как превратившаяся в принцессу Золушка.

– Едва ли. Лимузин все-таки сильно отличается от хрустальной кареты, – иронично парировала Айслинг.

Джанлука рассмеялся.

– Я не совсем то имел в виду, – мягко сказал он.

– А что? – игриво ответила Айслинг.

И тут же одернула себя. Не стоит мечтать о несбыточном, а потому флирт здесь неуместен.

– Да, она сегодня и впрямь выглядит неплохо, – подал голос Джейсон, и Айслинг, к своему ужасу, поняла, что совсем забыла про него.

– Неплохо? – темные глаза Джанлуки впились в парня, заставив того пожалеть о том, что напомнил о себе. – Какие вы англичане наблюдательные! – съязвил Джанлука. – Сегодня Айслинг выглядит, по меньшей мере, прекрасно. А теперь пойдемте внутрь и чего-нибудь выпьем.

Айслинг чувствовала себя так, будто только что проснулась и не могла понять, на каком она свете. Джанлука тоже выглядел сегодня по-другому. Сейчас он был более чем досягаем.

Он также надел джинсы. Они привлекали взгляд к его мускулистым ногам. Рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами обнажала темные завитки волос на груди. И смотрел он на нее по-особенному. В офисе он постоянно пытался дразнить ее, сейчас все было иначе.

Но что именно?

Что ему нужно от тебя, Айслинг? – спрашивала она себя. Может, ты видишь в его поступках то, чего там вовсе нет? Неужели итальянский сердцеед мог бы заинтересоваться тобой?

Она покачала головой.

Нет, опомнись Айслинг.

Надо взять себя в руки. В конце концов, это не так уж сложно – общаться со своим работодателем.

– Ты должна попробовать мое вино, – с улыбкой предложил Джанлука.

Айслинг уже почти отчаялась призвать себя к здравомыслию. Была ли в его улыбке какая-то особая теплота или ей это показалось?

– С удовольствием, – наигранно обрадовалась она.

– Я хочу тебя кое с кем познакомить.

Они вошли в просторный зал с высокими потолками и мраморными колоннами, который был полон гостей. Оркестр умолк, и люди начали аплодировать.

Джанлука раскланивался и что-то эмоционально говорил на итальянском. Когда он замолчал, оркестр заиграл новую мелодию.

Джанлука повел их за собой сквозь толпу. Мужчины то и дело дружески хлопали его по плечу, и он, к ее удивлению, совсем не возражал против такой фамильярности.

Тут и там она слышала слова благодарности в его адрес. На ее немой вопрос он ответил:

– Они благодарят меня за хороший урожай. – Он улыбнулся. – Можно подумать, что это я отвечаю за дождь и солнце.

Она отметила, что он сейчас расслаблен, спокоен. Перед ней был совершенно другой человек.

Джанлука подвел Джейсона к компании молодых людей, а ей предложил бокал вина. Потом представил ее группе гостей, среди которых оказались риэлтор, его бывшая няня, два крестника и мэр близлежащего городка.

Айслинг к такому не была готова. Она представляла его суровым и требовательным хозяином и начальником, а складывается впечатление, что его окружение души в нем не чает.

Кто-то завладел его вниманием, и он, извинившись, отошел, оставив ее в обществе Фиделя, своего юриста.

– Я его местный юрист, – заметил Фидель с сильным акцентом. – В городе у него есть еще один. А вы? Вы его последнее увлечение, si?[2]

Айслинг густо покраснела.

– Боже, конечно, нет! Совсем нет.

Фидель рассмеялся.

– Большинство женщин отреагировали бы не так.

– Я работаю на него.

– И что же вы делаете?

– Я менеджер по персоналу.

Фидель перевел ее ответ на итальянский. Айслинг улыбнулась.

– Да, на итальянском это звучит лучше.

– На итальянском все звучит лучше, – услышала она за спиной знакомый голос. Она повернулась и попала под гипноз его темных глаз. – А знаешь почему, сага?

– Нет…

– Потому что итальянцы во всем лучшие.

– Это уж слишком, – возразила она.

Джанлука пожал плечами.

– Пусть так, но это правда.

Айслинг улыбнулась, хотя и пыталась заставить себя быть серьезной.

– У тебя пустой бокал, – заметил он. – Пойдем поищем тебе еще что-нибудь выпить.

Джанлука подвел ее к столу с напитками и наполнил их бокалы. Еще этим утром он даже предположить не мог, какая она может быть. Он был поражен и безумно желал ее. Сейчас же.

– Итак, – он поднял бокал, – salute![3]

– Salute, – повторила она, поднося бокал к губам.

– Нравится? – тихо спросил он.

– Очень.

– Я смотрю, тебе сегодня все нравится, – поддразнил он ее.

– А ты ожидал, что будет наоборот?

Она защищалась. Неужели у нее тоже есть слабое место, как у простых смертных?

– Обычно ты очень критично и требовательно ко всему подходишь, но сегодня отступила от своего правила, – он улыбнулся. – Ладно, расслабься. Это же хорошо. Лучше расскажи мне, что ты знаешь о вине.