Химера, или Дитя двух отцов - Татьяна Михаль

Катюша, находясь у меня на руках, издала радостный булькающий звук.

Игнат внимательно посмотрел на мою малышку и сказал:

— Здравствуй, Вика. Очень рад тебя видеть.

Его голос словно мягкий и пушистый мех, лаской прошёлся по моей коже, заставляя вздрогнуть.

Да, у Игната, как и у Тараса, был невероятный голос, такой же запоминающийся и потрясающий, что забыть его невозможно.

— Что ты здесь делаешь? — спросила, нахмурившись.

— Я здесь живу. С некоторых пор, — улыбнулся он. — Марина мне рассказала о тебе, Вика. О тебе и… о моём ребёнке…

«Марина?! Вот же ты сука драная! Все патлы тебе выдеру, как только увижу! Подруга, называется!»

В душе поднялся ураган из гнева и ярости. Никогда бы не подумала на мою уже точно бывшую подругу, что она может устроить для меня такую вот подставу!

«Она предала меня…» — осознала я с ужасом.

И так гадко и неприятно стало на душе, словно туда не просто плюнули, но и ещё нагадили.

Я резко развернулась, чтобы уйти, но Игнат поймал меня, крепко, но бережно обняв со спины. Его большие ладони легли поверх моих рук и получилось так, будто он обнимает не только меня, но и мою дочурку.

Игнат был тоже большим и крепким мужчиной, как и Тарас. Но если Тарас выглядел более гибким и изящным, то Игнат был похож на настоящего медведя. У него в школе даже прозвище было «медведь».

Высоченный, здоровый, очень сильный — настоящий богатырь. Переодеть его в кольчугу, русский средневековый костюм, дать в руки меч, посадить на коня — и вот он, настоящий мужчина Древней Руси. У него даже светлые волосы чуть вьются и глаза зелёные, как весенняя листва…

Хорош собой, даже очень. А ещё умён.

— Марина не могла меня подставить, — пробормотала я, всё ещё надеясь, что Игнат неудачно пошутил.

Игнат хмыкнул и прошептал мне в самое ухо:

— Марина мне никогда не нравилась, потому что она двуличная стерва. А сдала она тебя затем, что испугалась за своего нового парня, которого ты по неосторожности привлекла и заинтересовала. Вот твоя подружка и засуетилась.

Я нахмурилась, не понимая, о чём он говорит.

«Какой ещё парень?»

И вдруг вспомнила, как буквально месяц назад мы гуляли в парке, и Марина пришла с молодым человеком. Я как всегда была с Катюшей. Но я даже имя и лицо того мужчины не помню… Но да, было дело, он уделял мне больше внимания, чем Марине, и с дочкой моей ворковал и играл…

«Всё-таки, ты гадина, Марина! Могла бы мне рассказать о своих страхах!»

— Отпусти меня, Игнат. Мы прямо сейчас уедем, — произнесла я, чувствуя, как дрожат мои ноги.

— Тебя ищет Тарас, — сказал он, медленно разворачивая меня к себе. — Здесь ты в безопасности.

— Здесь есть ты. А значит, я не в безопасности, — сказала сдавленно. — Я не намерена жить с тобой под одной крышей.

— Вика, Вика, — улыбнулся Игнат. — Сколько можно продолжать на меня дуться? Ну дурак был, сам знаю. Но я всё осознал, понял, раскаялся и готов попробовать сначала, тем более, ты родила от меня ребёнка…

— С чего ты решил, что это твой ребёнок?

Игнат перестал улыбаться и посмотрел на мою малышку, которая внимательно рассматривала большого дядьку.

— Марина сказала…

— Вот именно! — процедила я. — Она солгала, чтобы ты примчался сюда!

Предприняла новую попытку сбежать, но Игнат снова не позволил.

— Пойдём в дом, Вика, не убегай, пожалуйста. Я тебя не съем.

— Сомневаюсь. Медведи любят пожирать людей, — съязвила я.

Игнат негромко рассмеялся, вызывая на моей коже толпы мурашек своим волнующим смехом. Вздохнув и понимая, что попала в самую настоящую ловушку, вслед за ним вошла в дом.

— У тебя потрясающий дом, — призналась я, не скрывая своего восхищения.

— Спасибо, — ответил он. — Приму твои слова за комплимент.

— Игнат, — позвала его, когда мы прошли в невероятно роскошную, но очень уютную гостиную.

Он обернулся.

— Я не хочу ничего усложнять, поэтому прими как данность: Марина подставила меня, и ты это прекрасно понимаешь. Поэтому, я сейчас просто спокойно выйду из этого дома и уеду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет, — сказал он резко.

— Я не твоя собственность, Игнат, — произнесла спокойно, но с нажимом. — И я не часть твоей жизни. Я не твоя невеста, не жена, не…

— Этот ребёнок — мой? — спросил он, сузив свои зелёные глаза. Игнат стал похож на настоящего опасного хищного зверя, с которым в игры играть, ой, как не стоит.

«Я не знаю…» — сказал про себя.

Открыла было рот, чтобы сказать, что это не его дочь, как вдруг, моя малышка нахмурилась, прижалась ко мне и захныкала, выражая протест, что на руках ей уже надоело сидеть и… И что ещё у нас случилась небольшая авария.

— Мне нужно сменить памперс. Подержи её, пока я схожу за детской сумкой.

* * *

Виктория

Игнат очень осторожно взял в свои огромные руки мою малышку, словно она была невероятно хрупкой и удивлённо посмотрел на неё, держа её на вытянутых руках.

Катюша задрыгала ножками, заёрзала и издала настоящий вопль разгневанного младенца.

— Ааааааааааа!!!

Я забрала из машины нужную мне сумку и вернулась в дом быстрее пули.

Вошла в гостиную, где Игнат продолжал стоять в той же позе, и услышала его слова, которые вызвали улыбку на моём лице.

— Но не надо волноваться, малютка… Не надо… Сейчас вернётся твоя мама… Да я уже прекрасно понял, что ты истинная девочка… А что у девочек получается лучше всего? Конечно, это трепать мужчинам нервы и громко шуметь…

— Очень мило, — хмыкнула я.

— Твоя дочь случайно не больна? — спросил он, когда Катя уже перешла на ультразвук.

— Нет. Она полностью здорова, — сказала я недовольным тоном, потому что он посмел усомниться в здоровье моей принцессы.