Развод по любви - Натали Лавру

Цирк заказывали? Нет? Ваши проблемы. Клоуны уже здесь.

Ярик с Толиком набрали с собой в дорогу горячительных напитков и принялись вызывать зелёного змея, как только автобус отправился в путь. Выпивку разлили по термосам, поэтому Саша заметила неладное, только когда по салону начал расползаться характерный запашок.

— Вам, что, до лагеря было не потерпеть, алкашня? — заругалась наша тренер. — Как дети малые!

— У меня, между прочим, каждый день на вес золота, — с трудом ворочая заплетающимся языком, заявил Ярик. — Меня осенью в армию забирают. Так-то!

Ярик в этом году окончил строительный техникум и поступил в университет на заочное отделение, но планы пришлось перекроить из-за внезапно ворвавшегося в развесёлую жизнь военкомата.

— И меня забирают… Ик! — добавил Толик. — А у меня… Ик! Даже девчонки нет. Ждать… Ик! Никто не будет, — и обиженно покосился на меня.

Тут Ярик словил вдохновение и запел:

Ты отказала мне два раза!

«Не хочу», — сказала ты.

Вот такая вот зараза

Девушка моей мечты!

Хоба!

— Вот чего ты опять начинаешь? Ик! Душу травишь! Друг, называется, — обиделся Толик и по-детски выпячил нижнюю губу.

«Хорошо, что Костя с нами не едет, — подумала я, открывая окно, чтобы не задохнуться парами алкоголя».

Вроде взрослые парни, а как выпьют, кажутся дорвавшимися до спиртного малолетками. Правильно им повестки выдали. Может, армия их перевоспитает?

Душевных игр, как в прошлую поездку, у нас не получилось. После пьяного буйства алконавтам поплохело. Сначала они пытались уснуть, а ближе к ночи им обоим приспичило по серьёзному, да так, что невтерпёж.

Игорь, Сашин парень, который был у нас водителем, остановил автобус на обочине трассы. Только вот кустов поблизости не было — одни поля. Хорошо, что дорога непопулярная и на ней почти всегда свободно.

Я сидела у окна справа и наблюдала, как ребята устраиваются по нужде в аккурат пред моими очами. Им, выпивохам-неумёхам, не до приличий. Ну, а мне нетрудно проследить, чтобы они, голозадые, не свалились в канаву. Дружба, она такая. Хотя мне бы не хотелось оказаться на их месте.

Вдруг сзади белёсые пятые точки парней подсветило светом фар проезжающей машины.

— Пацаны, атас! Машина сзади! — крикнула я в открытое окно.

Лучше всех в позе крабика умел бегать Ярик. Он подпрыгнул на месте и, не утруждая себя надеванием штанов, перебрался в темноту, прижавшись к обшивке автобуса.

Толику повезло меньше. Во-первых, он был дальше от спасительной тени. Во-вторых, ему ещё нужно было перепрыгнуть Ярикову лепёху. В общем, со всех сторон засада.

Те, кто ехал сзади, заметили щекотливую картину, замедлили ход, несколько раз щёлкнули вспышкой фотоаппарата, запечатлевая Толика в раскоряку за интимным занятием, и уехали.

Тут уж я была бессильна помочь.

Дальше — больше. Пьяные друзья притащили в салон каку. Кто-то всё-таки наступил… Эта кака только первую минуту действует, как веселящий газ. Потом наступает пресыщение, появляется желание убежать и помыться. А когда ты находишься в закрытом движущемся пространстве, это кошмар.

Саша кое-как попыталась затереть грязь влажными салфетками, но это слабо помогло.

Виновником зловония оказался Толик. Его силой заставили выйти из автобуса и вытереть подошвы о траву. Ибо невыносимо.

Дружок тяпнул раздосадованного Толика за ногу. Не до мяса, но до крови. Ибо у моего щенка аллергия на пьяненьких, как и у меня. Мы с Дружком вообще родственные души.

Толик заплакал. Не выдержал свалившихся со всех сторон неприятностей и попросил, чтобы его отвезли домой. Убивался горько, что жизнь его — та самая какашка, что никто его не любит, никто не приласкает…

Саша дала несчастному другу какую-то волшебную таблетку, после которой Толик уснул.

Ярик захрапел без посторонней помощи и даже подхихикивал во сне. Вот ведь везучий. Ничто его не берёт.

***

Место нашего прошлогоднего кемпинга заняла другая группа скалолазов.

Мы, измотанные практически бессонной ночью, взвыли. Вот же ж!

Пришлось разбивать лагерь в кустах, по другую сторону от деревянного туалета, который был один на весь перелесок.

Новое место было кочковатое и не самое удобное для установки палаток, но деваться некуда. При желании можно где надо подкопнуть лопатой и выровнять землю.

Только вот с утра, сонные, мы шевелились еле-еле. Я так вообще забыла, как собирается палатка и что куда втыкается. А пока соображала, пошёл дождь.

М-да уж, как-то невесело началось моё главное приключение лета.

***

В первый день мы не ходили на скалы. Отсыпались и обустраивались.

Мне звонил Костя, спрашивал, как мы добрались. Я ответила, что нормально, умолчав о грязных подробностях. Нечего ему знать о молодёжных пьяных забавах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дела стали налаживаться к вечеру.

Ярик с Толиком протрезвели и даже насобирали целую кучу валежника для костра.

— А что за понторезы заняли наше место? — спросил Ярик, который обратил внимание, что у наших конкурентов, помимо микроавтобуса со столичными номерами, есть ещё две элитные тачки.

— Не знаю. Но, думаю, лучше к ним не лезть, а спокойно сделать их на всех скалолазных трассах, — ответила Саша.

— Это мы запросто! — просиял наш удачливый алконавт. Из всей нашей команды взбирание на скалы легче всего давалось мне и Ярику. — Натах, ты в деле?

— Ха! — в тон ему ответила я. — Плюнуть да растереть.

Нет, я вовсе не питаю презрения к богатеям, тут чисто спортивный интерес. Должен же мой богатый опыт ползанья по чужим форточкам сыграть свою роль. Не зря же я на восьмой этаж взбиралась по балконам. Тогда у меня была вполне конкретная мотивация: конфеты. Теперь же — победа. Растём потихоньку.