Пятая жена миллионера - Ульяна Гринь

— Мужественно? — уточнила я. Андрей фыркнул:

— Девятый этаж, лифт «сламалса»!

— Я ценю вашу жертву, — улыбнулась. — И даже дам вам ключ, чтобы не бегать к двери.

— Вы мне доверите ключ от квартиры? — удивился он. Я смутилась:

— Не думаю, что человек, который так хорошо варит кофе, захочет меня ограбить. Это раз. А два: грабить у меня нечего.

И улыбнулась обезоруживающе. Андрей, похоже, проникся. Кивнул:

— Спасибо. Ну, давайте тогда, я быстро.

Когда он вышел, я откинулась на спинку дивана и подумала, что, даже если он вернётся сегодня, больше никогда я его не увижу. Жаль… Но такова жизнь.

Глава 2. Жил-был принц…

11 марта, СПБ

Утром я проснулась совершенно разбитая. Ещё бы — вчера такое приключение было! Машинально пошевелив лодыжкой, сморщилась от боли. Эх, горе горькое! Надо закинуться таблетками, приладить ортез, который принёс вечером Андрей перед тем, как постыдно сбежать, и ковылять на кухню, чтобы сделать кофе. А ещё надо как-то изловчиться и забраться в ванну, чтобы помыться…

Надо же было заработать вывих!

Смску начальнику я отправила ещё ночью. Извинилась, конечно, хотя вина не моя. А с утра переделала все насущные дела. Вызвала на дом участкового врача, чтобы оформил больничный. Дала соседу на бутылку, чтобы сходил в магазин за хлебом и молоком. Позвонила Димке. Позвонила Машке и поплакалась на свою горькую долю. Машка пообещала забежать ко мне вечером и принести ещё одну бутылку. Закуску я сообразила сама. К счастью, вчера Андрей по собственной инициативе купил мне костыль-канадку, и я, после недолгой адаптации, рассекала по квартире, ловко опираясь на это чудо инженерной мысли.

С Машкой у нас сложились отношения, как у двух сестёр. Главное — это не претендовать на одного парня, а всё остальное мы делили пополам. Радости, беды, проблемы, победы… У подруги был очень лёгкий, можно даже сказать, пофигистический характер, и даже самая грандиозная неудача после посиделок с Машкой казалась просто ерундой. Машка приехала с Урала поступать на актёрский, но не сложилось. Хотя актрисой она была отличной. Однако в институте кино и телевиденья ей не поверили, как Станиславский. Но Машка органически не умела отчаиваться. Она пошла работать в Столовую, чтобы платить за курсы сценического мастерства. Там мы и познакомились.

Ближе к вечеру розовый доставщик принёс заказанные роллы, я разложила их на тарелке, приготовила симпатичные плошки для соусов, палочки поставила на специальные подставки. И села, чтобы отдохнуть немного. Сейчас Машка придёт, посидим, поболтаем за бутылочкой вина…

Звонок в дверь заставил меня подхватиться. Эх, опять шкандыбать на своём костыле… Но поскакала — дверь сама себя не откроет. Пока ковыляла, опять позвонили. Из соседской комнаты выглянул студент Миша:

— Полинка, это к тебе!

— Знаю я, — буркнула. — Лечу, не видишь?

Уже у двери я сказала громко:

— Маш, ты чего трезвонишь? Открываю!

Но на лестничной клетке стояла совсем не Машка.

— Привет, — весело сказал Андрей и сунул мне букет лилий. — Пришёл вас проведать, вы не против?

— Кто? Я? Нет!

Против я не была. Я не могла поверить своим глазам! Поэтому даже не сразу осознала, что держу человека на пороге. Он легонько отодвинул меня с дороги и вошёл, притворив за собой наружную дверь.

— Я тут вам принёс кое-каких припасов, не знал, что вам надо, поэтому взял всего понемножку… Нет-нет, я сам! Вы на костылях же.

Пакет Андрей не отдал и кивнул на комнату:

— Пригласите?

— Конечно, — я наконец пришла в себя и улыбнулась. — Ох, не думала, что это вы.

— Я не вовремя? — удивился он, но я покачала головой:

— Вовремя, проходите!

Одиночный звонок застал меня уже почти на пороге комнаты. Оглянувшись, сказала Андрею:

— Я сейчас, минуточку.

Доковыляв снова до двери, открыла её и выдернула из руки Машки бутылку белого, зашептала:

— Машулька, извини, не сегодня, мать!

— Чего это? — растерялась она, сделав большие глаза. — Я ж через весь город пёрлась…

— Прости, родненькая, прости, — простонала я. — Неожиданный гость!

— Го-ость! — протянула Машка с понимающей улыбкой. — Всё с тобой, Полинка, ясно! Пошла я. Звони!

Закрыв за ней двери, я поковыляла обратно в комнату. Андрей стоял у окна и смотрел на падающий снег. Услышав мои шаги, обернулся, и губы его растянулись в удивлённой улыбке:

— Вы заказали вино?

— Почти, — я с усмешкой поставила бутылку на стол. Андрей внимательно оглядел инсталляцию из роллов, прочитал этикетку на вине и покачал головой:

— Ай как нехорошо врать! Вы ждали подругу в гости, ведь так?

— Да, — призналась я не без смущения. От этого человека ничего не скроешь! Но получилось, конечно, немного неудобно. Поэтому надо выкручиваться… — Но она вспомнила, что есть одно неотложное дело. Так что сегодня не придёт.

— Не то, чтобы я не рад, — пробормотал Андрей, указывая на бутылку. — Я открою, значит? Или вы не пьёте в незнакомой компании?

— Открывайте. Да и мы уже немножко знакомы.

Внутри, в самой глубине души, что-то приятно защекотало. То ли бабочки крылышками, то ли кошки заскреблись. Бабочки-то понятно отчего — красивый мужик, ухоженный, обаятельный и заботливый! А кошки… Кошки от того, что ну зачем вот такому мужику вот такая вот я? Пришёл один раз, а больше, может, и не придёт. Да и вообще, из вежливости заглянул, а теперь подумает, что я его ждала…

Нет, нельзя, чтобы он думал такое. Да и не ждала я его, честно! Я Машку ждала!

Чпокнула пробка. Вино полилось в тонкое стекло. Андрей подошёл ближе со своим бокалом в руке и улыбнулся так светло и приятно, что я аж обмерла. Вдохнула запах его одеколона, сердце застучало часто-часто, как птичье…

— Полина, давайте выпьем на брудершафт и перейдём на ты?

— Мы можем и без брудершафта, — ответила тихо.

Андрей шагнул ещё ближе, сказал, понизив голос:

— Конечно,