Бархатная маска - Эмилия Остен

«Классной комнатой» была выбрана поляна в саду, где на хорошо утоптанной траве можно было учиться фехтованию. Когда Лаис и следующий за ней по пятам молчаливый Фламбар пришли туда, Джерри стоял напротив месье Венара, который, поминутно хватаясь за поясницу, что-то ему растолковывал. Заметив хозяйку, француз прервал урок и коротко, с достоинством поклонился.

– Миледи, доброго вам здравия. – Месье Венар по-прежнему говорил с сильным парижским акцентом, который не смогли уничтожить даже годы жизни в Англии.

– Доброго дня, сударь. Разрешите представить вам – это мистер Фламбар, он соискатель на вашу должность, коль скоро вы хотите уйти на покой. – Лаис мягко улыбнулась старому фехтовальщику. – Мистер Фламбар, это месье Жюль Венар, мой верный слуга. А это, – она обняла сына за плечи, – Джеральд Ормонд, граф Джиллейн. Джерри, что нужно сказать?

– Здравствуйте, – пробормотал мальчик, которого черная фигура явно испугала.

– Милорд. Месье Венар. – Фламбар прошептал их имена и поклонился по очереди – сначала маленькому лорду, затем его учителю.

– Кто испортил вам горло, месье? – сразу сообразив, в чем дело, спросил Жюль Венар, кивая на черный платок, который в данном случае был не обычной принадлежностью мужского туалета, а явно скрывал что-то. – Ах, впрочем, неважно. Молодые люди вроде вас вечно ввязываются в истории. Я сам таков был. – Он улыбнулся. – Ну, я думаю, это не помешает вам держать шпагу. Извольте! – он сделал приглашающий жест.

Фламбар молча снял свой длинный плащ и повесил его на ветку ближайшей яблони, туда же положил треуголку, потом – простой черный кафтан, затем камзол, оставшись в рубашке, брюках и высоких ботфортах, облегавших ноги до середины бедра. Действительно, пугающая фигура: черен как ночь, даже рубашка из шелка полуночного цвета. То-то Джерри испугался. Лаис взъерошила сыну темные волосы, однако мальчик как зачарованный смотрел на готовившегося к бою Фламбара.

Тот отстегнул от пояса ножны, вытащил из них длинную шпагу с простой гардой, а ножны бросил на траву и знаком показал Венару, что готов. Старый учитель усмехнулся; противники встали в позицию и отсалютовали друг другу. Месье Венар, не раздумывая, пошел в атаку.

Раньше, когда Лаис наблюдала за поединками Роберта и француза, она восхищалась долгими сериями ударов, которыми те награждали друг друга, изящным танцем клинков – настоящее представление, зрелище, которому не находилось равных. Так любопытно было смотреть на блики, игравшие на клинках, и на то, как противники атаковали, хитрили, уходили в защиту. Сейчас Лаис ожидала чего-то подобного – и ошиблась.

Вместо того чтобы навязать месье Венару длинный бой за право называться настоящим учителем, Фламбар сделал неуловимое движение – и через пару мгновений кончик его шпаги был у горла француза, а растерянный старик, едва не налетевший на сверкающее острие, стоял, не понимая, как это получилось.

– Месье, месье! – воскликнул он, отступая назад; а Фламбар опустил шпагу. – Кто вас обучал? Откуда вы взяли этот прием?

Энджел чуть заметно улыбнулся, покачал головой и жестом же предложил новый поединок.

– Чтоб мне провалиться, я не понял, как вы это сделали! – проворчал месье Венар, становясь в позицию. – En guard!

И снова – атака, мгновенный обмен ударами, и шпага Энджела тронула камзол на груди француза.

– О, хорошо! Хорошо, черт возьми. – Месье Венар одобрительно улыбнулся. – Однако, сударь, вам предстоит обучать ребенка; прежде чем он научится делать то, что делаете вы, он должен усвоить основы. Покажите, как вы ведете бой. Медленнее.

Фламбар пожал плечами – дескать, почему бы и нет, если вежливо просят, – и вернулся на позицию. Лаис наблюдала за ним с возрастающим интересом.

На сей раз бой оказался похож на те, что она наблюдала ранее. Однако даже ей было видно, как Фламбар специально замедляет свои движения, не атакует, когда можно атаковать, и вполовину не использует свои знания и возможности. Француз продержался минуту; потом Фламбару, по-видимому, надоело, он произвел все то же молниеносное движение – и остановил кончик шпаги у носа месье Венара.

– Отлично, юноша! – Хотя такое прозвище Фламбару явно не подходило, для старика все мужчины младше пятидесяти кажутся юношами. – Все-таки назовите мне фамилию вашего учителя.

Фламбар ответил, но так как говорил он по-прежнему шепотом, его слов Лаис не разобрала. Зато она увидела, как переменился в лице месье Венар.

– Вы шутите! – воскликнул он недоверчиво.

Энджел махнул рукой, как бы говоря – хотите верьте, хотите нет.

– Вы действительно у него обучались? Но он почти не брал учеников, – продолжал настаивать француз.

Фламбар снова что-то сказал, и снова Лаис не расслышала.

– Мам, – Джерри дернул ее за рукав. – Он будет моим новым учителем, да?

– Если месье Венар его одобрит, – рассеянно сказала Лаис, прислушиваясь к разговору.

– Я не имею привычки лгать, – вдруг вполголоса, но достаточно громко произнес Фламбар и тут же закашлялся, закрыв рот рукой в перчатке. Голос у него был хриплый и неприятный. Сломанный голос.

– Если вы не обманываете меня, тогда… – Месье Венар не закончил фразу и покачал головой, а после обратился к Лаис: – Миледи, я советую вам нанять этого человека. Кроме того что он способен драться как дьявол, я проведу немало приятных часов, пытаясь выудить из него рассказ об обучении у одного из лучших фехтовальщиков нашего времени.

– Даже так? – усмехнулась Лаис.

– Миледи, вы сами все видели, – поклонился месье Венар и, поморщившись, потер поясницу.

«Меняю одного инвалида на другого, – мелькнуло в голове у Лаис. – Один уже не может сражаться, второй еще не может говорить. Впрочем, хорошо, если этот человек не болтлив, болтунов в Джиллейн-Холле и без него хватает».

– Ну что ж, мистер Фламбар, – улыбнулась Лаис, – если месье Венару вы так понравились, я думаю, вы задержитесь у нас.

– С удовольствием, миледи, – прошептал новый учитель фехтования.

Сопровождаемый миловидной служанкой, косившейся на него, как на посланца ада, Энджел прошел в левое крыло дома. Там располагались комнаты слуг. Графская семья обитала в правом крыле. Служанка, чье имя Энджелу было пока неизвестно, посматривала на него со смесью страха и любопытства. Впрочем, вопросов так и не последовало.

Отведенная ему комната оказалась небольшой, но уютной: с камином, что ввиду приближающейся осени было очень кстати, с неширокой удобной кроватью под полотняным балдахином, c письменным столом и парой кресел. На стене – большое зеркало в деревянной раме, на полу – мягкий ковер. Ничего вычурного, все просто и хорошо. Энджел бросил на кровать свой дорожный мешок, повернулся к служанке и изобразил улыбку, давая понять, что дальше разберется сам. Помогло: девушку как ветром сдуло.

Когда за ней закрылась дверь, Фламбар подошел к окну и раздвинул портьеры. Комната сразу наполнилась сумрачным светом; должно быть, когда солнце выглядывает из-за туч, здесь еще лучше. Энджел усмехнулся, касаясь пальцами легких штор: тут не боялись занавешивать окна, как в Лондоне, где даже кусок ткани может стать добычей праздношатающегося вора.