Их любимая кукла - Алекса Адлер

И словно всего этого мало, там внизу снуют сурового вида наги, ещё какие-то странные чудики и ни одного человека.

Боже, куда я попала?

Но рассмотреть всё это подробней у меня нет ни малейшего шанса. Шоадар уже набирает что-то на светящейся панели на стене. Рядом с выделяющимся прямоугольником, который наверняка является дверью.

Ну надо же. Я угадала. Это действительно дверь.

Прямоугольник с тихим шипением ускользает в сторону, открывая проход в следующее помещение. Точнее в коридор. Змеехвостый устремляется туда, поворачивая направо, и мне приходится следовать за ним.

Несколько минут мы идём – точнее, иду только я, поскольку имею, пусть и не послушные, но хоть какие-то ноги – минуя несколько отсеков странного графитово-серого коридора-трубы, освещённого голубыми полосами вдоль потолка и стен, и местами подсвеченного ещё какими-то незнакомыми символами. И в конце концов попадаем в открытое круглое помещение довольно внушительных размеров, при взгляде на которое, сразу приходит в голову словосочетание «капитанский мостик». Что сразу бросается в глаза, так это большой стол в центре, над которым светится объемная голограмма какой-то планетарной системы. В воздухе горят схемы, расчёты, или возможно координаты, таблицы. И ни одного знакомого символа.

Дальняя часть стены напоминает огромный чёрный дисплей, на который выведены небольшие отдельные окна приложений, или программ. И снова куча непонятных символов и бегучие строки текста. А перед этой стеной возвышается две странные конструкции, похожие чем-то на геймерские кресла, только с опущенными под углом сидениями необычной формы. А массивные подлокотники заканчиваются металлическими перчатками.

Но долго и детально рассматривать всё это возможности мне не дают.

– Эйш-ши, это жилой отсек. Мы находимся в комнате управления, – лаконично сообщает мне Шоа-дар, вынуждая повернуться к нему. Моё лицо самовольно изображает крайнюю степень внимания. – Пиш-щевой блок и комната отдыха с-с-слева. Личные апартаменты экипажа с-с-справа. Тебе нужны инструкции, чтобы разобраться с техническим оснаш-щением пиш-щевого блока?

– Нет, господин Шоа-дар. В моей базе данных есть вся нужная информация, – слетает с моих губ.

– Хорош-ш-шо, – усмехается наг, надвигаясь на меня. – Приготовь на обед...

И он принимается перечислять зубодробительные и шипящие названия, которые мне вообще ничего не говорят. А потом такую же тарабарщину заказывает на ужин. Я лишь поддакиваю, мол: "Да, господин, как скажете, господин". Надеюсь, в этой моей-не моей голове действительно есть информация, что он несёт. Потому что, если мне не удастся сбежать, а я пока вообще не представляю, как это сделать, придётся действительно готовить еду для этих двух хвостатых. О том, что мне ещё придётся делать, пока даже думать не хочу. Иначе ударюсь в истерику и панику, а этим делу не поможешь. Я обязана найти выход из этой ситуации, спастись, убраться из этого кукольного тела, в которое я попала. Просто обязана. Иначе свихнусь.

– Когда закончиш-ш-шь с приготовлением пиш-щи, жди нас в комнате отдыха, – Шоа-дар теперь совсем близко.

Протянув руку, проводит по моему бедру. Сжимает ягодицу, притягивая меня к себе. Обхватывает другой рукой за талию.

– Какая нежная кож-ш-ша. Потрясаюш-ще качественная куколка. Так и хочется попробовать, – бормочет он, оглаживая и тиская меня теперь уже обеими руками. Нюхая и чуть ли не облизывая. Ещё бы на зуб попробовал.

– Если господин желает...

О нет, нет, нет... Не смей, кукла безмозглая. Я этого не переживу.

– Нет, Эйш-ши. Позже, – ухмыляется Шоа-дар. И, шлёпнув меня по попе, велит: – Прис-с-ступай к тому, что я тебе велел.

После чего удаляется наконец. Оставляя меня одну. А запрограммированное тело со мной на борту отправляется в пищевой блок.

Та-а-ак. А теперь пробуем перехватить контроль над этой дурацкой кукольной оболочкой. Пока меня не отымели двое змеехвостых мужиков, считая своей игрушкой для постельных утех. Неразумной вещью, не имеющей души.

Но сколько бы я ни пыталась, как бы не пыхтела мысленно, ничего не получается. Тело по-прежнему живёт своей жизнью, полностью игнорируя мои команды и потуги. Подходит к закрытой двери, поднимает руку, чтобы нажать комбинацию из четырех символов на боковой панели, ступает на порог пищевого блока.

От отчаянья я мало на что обращаю внимание, но всё же отмечаю, что тут имеется два стола, длинная стойка у стены, разделённая на три разных зоны, два огромных металлических прямоугольных «шкафа» по бокам. И куча всяких панелек на стене, возле варочных поверхностей, и на дверцах «шкафов».

Кукла Эйши с моей личностью в качестве бесправного пассажира, тем временем уверенно направляется к одному из них, тому, что справа. Снова тянется к панелям, что-то набирает, видимо, чтобы открыть дверцу. И вскоре я уже наблюдаю, как внутри, прямо на глазах, выстраиваются контейнеры с разными обозначениями.

Что ж, похоже моё-не-моё тело реально знает, что делать. В отличие от меня-личности.

И поскольку управлять происходящим от меня-личности явно не требуется, можно использовать это время, чтобы обдумать ситуацию и решить, что делать.

Итак, что мы имеем?

Если отбросить вариант с сумасшествием и бредовыми галлюцинациями и проанализировать всё, что мне довелось услышать, то получается, что после удара молнии меня, точнее моё сознание, или мой разум, или душу… в общем меня-личность забросило куда-то в космос к инопланетянам. И здесь у них не только знают о существовании Земли, но и зачем-то делают кукол, похожих на землян. Собственно, в одной из таких кукол я сейчас и катаюсь беспомощным пассажиром.

Вспомнив, что именно говорил торговец "ящерица" и сам змеехвостый гад, который меня купил, я мысленно цепенею. Они украли какие-то наши базы данных. И кукол сделали по прототипам реальных людей. И тогда возникает вопрос. Вот это вот тело, в котором я сейчас нахожусь, по чьему подобию сделано? Неужели, действительно, по-моему, ? Неужели мои данные тоже были похищены этими инопланетными монстрами?

Задавшись этим животрепещущим вопросом, я снова сосредотачиваюсь на том, что происходит вокруг, надеясь поймать своё отражение на какой-нибудь зеркальной поверхности. И мне в этом частично везёт, потому что вся рабочая зона стола, на котором я-не-я сейчас ловко нарезаю мясо неизвестного происхождения, сделана из какого-то материала, похожего на тёмно-серый металл, отполированный почти до зеркального состояния. Так что с небольшими искажениями, но я всё же могу рассмотреть своё отражение.

И чем больше смотрю, тем больше мне плохеет. Белые волосы, элегантная стрижка боб-каре, смуглая кожа, большие карие, немного раскосые,